Читать онлайн «Сталинские войны: от мировой войны до холодной, 1939 – 1953». Страница 99

1334

Возврат репрессий.

Ждановщина усилилась с ухудшением советско-западных отношений. Начало кампании против запада было инспирировано недовольством Сталина отношениями с Британией и США, и беспокойством о проникновении западного влияния в советское общество. Культурная чистка (Стр.337)1946-1947 годов совпала с опасением Москвы, что будущему "великого альянса" угрожает рост влияния анти-советских сил в западных странах.

Развитие советского и русского ура-патриотизма совпало с началом холодной войны в 1947-1948 годах, и с началом идеологического соперничества с западом. Окончательно, в конце 40-х и начале 50-х годов, когда холодная война достигла своего пика, советская внутренняя политика развернулась к ксенофобии. Гражданам запретили контактировать с иностранцами, западные журналисты, работавшие в Москве, стали подвергаться грубой цензуре, иностранный туризм строго ограничили даже для советских чиновников, драконовские наказания были введены за предательствоо и выдачу государственной тайны.

В результате вернулся изоляционизм и менталитет осаждённой крепости, который характеризовал советское общество в 30-х годах. В этом контексте Сталин организовал новую волну судебных процессов, арестов и репрессий. Уровень сталинского послевоенного террора не достиг уровня и интенсивности ежовщины 1937-1938 годов, но это был горький удар по надеждам интеллигенции, что с победой начнётся эра либерализации.

На уровне руководства наиболее известным событием было так называемое "ленинградское дело" 1949 года. Повторная чистка ленинградского руководства последовала за обвинением, что оно дистанцировалось от Центрального Комитета и действовало самостоятельно. В оборот попал Наколай Вознесенский, глава государственной планирующей организации, Госплана. Он имел личные связи с ленинградскими вождями и попал под огонь при проведении заседания Совета Министров всвязи с недостоверностью информации, и утерей секретных документов государственной важности.

Арестованным очень быстро были предъявлены обвинения в шпионаже. Ленинградские вожди были арестованы в августе 1949 года, а Вознесенский в октябре. В закрытом суде в Ленинграде, годом позже, всех признали виновными и расстреляли. Репрессии захватили чиновников среднего уровня в Ленинградской области, и более 200 человек были в результате приговорены к смерти, тюремному заключению или ссылке.

Истинные мотивы этой сталинской чистки остались неизвестны, но видимо он действительно был раздражён независимостью, выказанной ленинградскими вождями, и наказал их, как пример для других партийных лидеров, которые могли бы соблазниться на самостоятельные действия. Возможно также, что Сталин беспокоился о предложениях и планах, исходящих от ленинградцев, создать российскую компартию, аналогичную национальным партиям в других советских республиках. Такое движение всегда встречало сопротивление в советской коммунистической партии, так как существовала опасность поощрения великорусского шовинизма.

Сталин всегда предпочитал русский национализм и патриотизм, подготовленный так, чтобы он оставался под строгим контролем. В случае с Вознесенским сыграл роль элемент каприза Сталина, "бросившего его волкам". Вознесенский считал себя одним из сталинских доверенных лиц по (Стр.338)экономическим делам. Когда Сталин решил, что Вознесенский злоупотребляет доверием и поставляет вводящую в заблуждение информацию, он был исключён из партии и передан в руки службы безопасности, невзирая на его жалкие уверения в вечной лояльности.

Очень маловероятно, что Сталин считал Вознесенского и других шпионами, и предателями. Скорее всего, как и в 1930-х годах, Сталин вероятно думал, что он, как и другие, мог переметнуться во враждебный лагерь, если не предпринять превентивных мер. Такая фантазия стала плодом холодной войны с западом и активизации западных разведок, действовавших посредством шпионских, и саботажных операций. На западной Украине и в прибалтийских странах они действовали совместно с местными силами сопротивления советскому правлению.

Опасение западного проникновения было даже более сильным при чистке еврейского антифашистского комитета (JАFС). Этот комитет был одним из ряда антифашистских организаций, созданных Советами в ходе Великой патриотической войны. Их работой были поездки для организации поддержки СССР среди советских евреев и евреев за границей. Комитет, возглавлявшийся Соломоном Михоэлсом, знаменитым актёром и театральным директором, включал много выдающихся советско-еврейских артистов, интеллектуалов, и учёных.

Комитет организовал (публичные) поездки в Москву, сбор средств за границей. Спонсировал еврейские издания, помогал евреям, попавшим в трудное положение после стремительного вторжения нацистов. В Советском Союзе он организовывал поддержку еврейской культуры и идентичности, предавал гласности факты об уничтожении евреев нацистами, проталкивал образование Еврейской Советской Социалистической Республики в Крыму.

В результате его активности за границей, члены комитета развили широкое сотрудничество с еврейскими организациями, включая сионистские, работавшие над образованием государства Израиль. После войны Михоэлс выступал за развитие JАFС в прогрессивную организацию, действующую за рубежом в поддержку Советского Союза. В аппарате коммунистической партии, однако, планировали свернуть комитет после войны. Недовольство аппаратчиков заключалось в том, что внутри организации важную роль в ходе войны играли националисты и даже сионисты.

Комитет, как указывали критики, освещает жизнь евреев в СССР, но не культуры других национальностей, таких, как русская, и не выказывает достаточную степень советского патроитизма. Комитет энергично опровергал эти утверждения, подвергающие сомнению его лояльность Советскому Союзу. В январе 1948 года, однако, Михоэлс был убит в Минске, официально в результате дорожного происшествия, но вероятно подстроенного советскими секретными службами.

В марте 1948 года к событиям добавился зловещий поворот всвязи с представлением Сталину доклада Абакумова, главы советского министерства безопасности, утверждавшего, что "лидеры еврейского антифашистского комитета, будучи активными националистами про-американского направления, в сущности проводят антисоветскую националистическую кампанию". После приведения многочисленных примеров, (Стр.339)подтверждающих его вывод, Абакумов в заключение подчеркнул, что его министерство обнаружило ряд американских и английских шпионов среди недавно арестованных еврейских националистов.

Несмотря на это ужасное предупреждение начальника службы безопасности, Сталин не предпринял немедленных действий по закрытию комитета. Некоторые аналитики предполагают, что комитету покровительствовал Жданов до своей смерти в августе 1948 года, но другие объясняют эту сдержанность влиянием послевоенного альянса Сталина с сионистами.

После войны фактически развился альянс между Советским Союзом и нарождающимся государством Израиль, хотя формально он оформлен не был. Главным советским мотивом был собственный интерес, однако существовали и некоторые симпатии вследствие бедствий, которые случились с европейским еврейством по вине нацистов. Советы не доверяли арабскому национализму, так как он идентифицировался с британским и американским влиянием, и они видели в сионизме полезное противопоставление западному влиянию на Среднем Востоке.

Московский предпочтительный выбор для решения палестинской проблемы основывался на учреждении независимого государства, которое будет отвечать интересам как евреев, так и арабов. Однако, когда наступил решающий момент, Советы были готовы голосовать за раздел Палестины на еврейское и арабское государства. Речь Андрея Громыко в ООН от мая 1947 года объявляла советскую позицию, которая почти что была учебником сионистской пропаганды:

"В ходе последней войны еврейский народ перенёс исключительное горе и страдания… Евреи на территориях, где хозяйничали гитлеровцы, подверглись почти полному физическому уничтожению. Большое количество выживших евреев Европы было изгнано из своих стран, своих домов и лишилось крыши над головой… Опыт прошлого показывает,… что западно-европейские государства были в состоянии предоставить адекватную помощь для еврейского народа, для защиты его прав и, что очень существенно, для жизни… Этот непростительный факт… объясняет стремление евреев образовать собственное государство. Будет несправедливо не принять это во внимание и отказать в праве еврейскому народу реализовать это стремление".