Читать онлайн «Девять веков юга Москвы. Между Филями и Братеевом». Страница 91

Дети Афанасия Алексеева отселились в дом в конце улицы. Старший Афанасьев сын Василий вскоре умер (1803), оставив 8-летнего Степана. Дядя Николай Афанасьев вырастил мальчика. Вскоре и у него самого родился сын Матвей. В 7-й и 8-й ревизиях Николай Афанасьев записал себе фамилию Князев (о судьбе Князева см. 64-й двор).

Казалось бы, Степан Васильев рос под опекой родного дяди, ощущая свое с ним родство. Как правило, родные братья и их дети принимали одну фамилию. Но Степан Васильев выбрал привычную с детства фамилию отчима А.И. Панова, хотя его лично он даже не знал.

За детьми и внуками Симеона Степанова закрепилась фамилия Бибневы в разных ее формах. Дочь, крестьянская девица 49 лет, умершая 26.03.1912 от воспаления легких, записана в метрической книге как Мария Семенова Бибишкова. Вдова Николая Семенова, умершая в возрасте 60 лет от рака желудка (1.03.1918), записана как Марфа Дмитриева Бибнева.

Семейство Ивана Семенова Бибнева было многодетным. Когда у него с женой Екатериной Григорьевой родились дети, он был записан в метрических книгах как Бибнев, Бибишков или Бибашков. Когда жена умерла в возрасте 42 лет от дизентерии (27.09.1918), она была записана как Бибнева. Именно с этой фамилией И.С. Бибнев значился в Именном списке граждан села Зюзина в 1922 г. Он имел всего 1000 кв. сажен, ни коровы, ни лошади у него не было, и ему полагалось оплачивать половину платежного пая – 1150 тыс. руб., в дензнаках 1922 г. В 1927 г. в Именном списке Зюзинского земельного общества по самообложению записаны уже два его сына: Бабешковы Николай и Матвей Ивановы. По их крайней бедности общество сняло с них обязанность платить этот налог[719]. Бедняк Н.И. Бабешков вместе с С.П. Князевым в 1928 г. стал одним из учредителей сельскохозяйственной артели, преобразованной через два года в колхоз им. 9 января[720].

В 43-м дворе в деревянном доме жил Иван Борисов Бычков, 57 лет, с женой и четырьмя детьми (две дочери и два сына: Василий, 18 лет, и Петр, 12 лет).

Иван Борисов – внук Василия Иванова Бычкова. Отец Ивана – Борис Васильев – умер в 1822 г., и вдову Фиону Иванову с тремя детьми, Иваном, Василием и Гаврилой (об этих братьях я писала в 6-м, 7-м, 8-м, 14-м и 32-м дворах), выдали замуж за Ивана Иванова Заварзина. К 10-й ревизии Иван и Гаврила Борисовы стали жить отдельными дворами. При этом оба они взяли фамилию не отчима, а родного деда Бычкова и сохраняли ее до Переписи 1869 г. Но после Переписи дети Ивана Борисова в метрических книгах 1900-х гг. стали записываться под фамилией Комраковы. Смысл этого слова я пока разгадать не сумела (возможно, это от искаженного диалектного слова комора, коморка – комната, комнатка).

И.П. Комраков с женой Клавдией Васильевной и племянницей. Фото из коллекции автора

Василий Иванов Комраков – сын Ивана Борисова – в 1901 г. умер от чахотки. А в 1918 ушла из жизни и его вдова Евдокия Петрова Комракова, 65 лет, – от старости. И сын Петра Иванова – 20-летний Иван Петров – значился Комраковым в 1910 г., когда женился на 18-летней крестьянской девице Клавдии Васильевой Трепыхалиной, а затем и при рождении у него детей: в 1911 г. – Федора, прожившего всего 4 дня, и в 1912 г. – Марии. Кроме Марии (в замужестве Сорокиной), позже у Ивана Петрова родились еще три дочери – Александра (в замужестве Касаткина), Анна и Пелагея, известная как Полина.

Иван Петрович Комраков многие годы был бригадиром в зюзинском колхозе, награжден медалью «За доблестный труд в ВОВ». Он дожил до 1960-х гг., когда село было ликвидировано и ветерана труда переселили в городскую московскую квартиру.

Дочь его Анна Ивановна замуж не выходила. Она, как и отец, была активной колхозницей (прицепщицей, трактористкой – в ноябре 1942 г. ее посылали на курсы трактористок), жива до сих пор. Она предоставила несколько фотографий и вырезку из газеты «Ленинский путь» с фотографией семьи Комраковых 1943 г. (заметку о семье газета поместила по поводу очередного трудового достижения известной трактористки А.И. Комраковой).

В 44-м дворе в каменном доме жила большая семья: Родион Максимов Хайдуков, 81 года, Родионов сын Андриан, 60 лет, с женой и два Андриановых сына: Иван, с женой и 2-летним Николаем, и Илья, а также две дочери Родиона Мавра и Марья. Как я уже писала выше (см. 31-й двор), род Гайдуковых (Хайдуковых) очень древний. В 1646 г. в Зюзине крестьянствовал Гарасимко Емельянов сын с прозвищем Гайдук. От Гарасима Гайдука произошло несколько фамилий. Ветвь именно Гайдуковых продолжил Алешка Гарасимов Гайдук и его сын Павел. От Павловых детей Федота и Ивана пошли две ветви: от старшего Федота – Гайдуковы, а от Ивана, вернее, от Иванова сына Василия – Бычковы.

У внука Федота Павлова Максима Егорова было четверо сыновей и дочь Василиса. К 7-й ревизии все они жили в одном доме – доме прадеда: трое старших с семьями и 12-летний подросток Яков. Старший Кузма Максимов Гайдуков, на которого был записан двор, перед ревизией ударился в бега вместе с женой. Старшим в семье остался Родион Максимов. У него с женой уже было двое малышей: 6-летний Андреян и годовалая Мавра. 20-летний Евстрат Максимов недавно женился. Вскоре после ревизии Евстрат с Яковом и Василисой отселились в отдельный дом второго ряда. (О них ниже, см. 55-й двор.)

Родион с семьей остался в родовом каменном доме. Его долголетие поражает. Родившийся в 1790 г., в течение многих лет – в 8-ю, 9-ю, 10-ю ревизии и Перепись 1869 г. – Родион Максимов неизменно сохраняет свою фамилию. Возникло только небольшое фонетическое изменение: фамилию при Переписи 1869 г. начинали с буквы «Х» вместо «Г». В этой форме – Хайдуковы – фамилия сохранилась в селе Зюзине вплоть до 1960-х гг.

В 45-м дворе жил Сергей Федоров Морковкин, 50 лет, с женой и двумя дочерьми. Это младший брат Якова Федорова Бибнева, о котором шла речь выше (см. 3-й двор). Сергей Федоров еще до 10-й ревизии (1858) переселился из отцовского двора в конец улицы, а в ревизской сказке был записан под фамилией Бибнев. Он из рода Пановых (о них см. 2-й двор).

Иван Козмин, племянник Антона Иванова, имел четырех сыновей. Один из них, Дмитрий, был взят в рекруты, а остальные трое, Григорий, Федор и Максим, при 7-й ревизии были записаны под фамилией Бибневы. У Федора было два сына: от первого брака Яков и от второго – Сергей. При 10-й ревизии (1858) Сергей Федоров Бибнев жил уже самостоятельным дворовладельцем. Брат Сергея Яков в метрических книгах 1841 и 1842 гг. был записан под фамилией Морковкин (см. 3-й двор). Вероятно, и Сергей прозывался так же, но, как я уже писала выше, ни прозвища, ни фамилии после 1842 г. священники в метрические книги не записывали. Однако в официальных документах – в ревизских сказках 9-й и 10-й ревизий – оба брата записаны Бибневыми. И только при Переписи 1869 г., когда сын Якова взял другую фамилию – Булкин, Сергей Федоров тоже поменял фамилию – стал Морковкиным, как бы сохраняя то прозвание, которое было у братьев более четверти века.

Сыновей у Сергея Федорова не было. Но его дочь Александра Сергеева вышла замуж за Александра Захарова Хромова, который, по обычаю, поселился во дворе тестя. И прозвание тестя перешло на зятя.

В Именном списке граждан села Зюзина 1922 г. записан Александр Захаров Морковка, 64 лет, с двумя детьми: сыном Александром, 30 лет, и дочерью Александрой, 21 года[721]. Домохозяин Александр Морковкин имел всего один земельный пай – 2000 кв. сажен – и лошадь, потому ему было положено платить денежный подворный налог в два пая – 4600 тыс. руб. в дензнаках 1922 г.[722] Но к 1927 г. ситуация в семействе изменилась. В Именном списке Зюзинского земельного общества по самообложению Александр Захаров записан, как и его брат Василий Захаров, под собственной фамилией Хромов. И взнос его был, как у середняка, 10 руб.[723]

Фамилия Морковкиных всегда сопровождала Хромовых. И в июне 1923 г., когда Александр Александров сын, собираясь жениться, обратился в сельсовет, ему выписали: «Удостоверение – Дано от Зюзинского группового совета Ленинской волости села Зюзина Александру Александрову (Морковкину) Хромову, 29 лет, холост, для вступления в законный брак с гражданкой девицей деревни Деревлевой Александрой Васильевной Благовой. Председатель сельсовета И. Заварзин, секретарь Н. Корьёв»[724]. И позже – все последующие колхозные годы – эту ветвь Хромовых называли Морковкиными.

В 46-м дворе в каменном доме жил Иван Яковлев Корнев, 68 лет, с женой и семьями трех взрослых сыновей – Алексея, Дмитрия и Григория.

Рассказывая о Корьёвых (см. 16-й двор), я писала об Иване Михайлове – праправнуке Савки Корнилова. Так вот, у Ивана Михайлова были два старших брата Григорий и Яков, которые остались в отцовском доме, когда Иван Михайлов женился и ушел в дом тестя. В 6-й ревизии Григорий и Яков Михайловы жили отдельными домами и взяли фамилию Корневы. Образована она, несомненно, от того же корня, что и полуотчество Савки Корнилова, и исходное имя отца Савки – Корней. В ревизских сказках эта фамилия писалась Корневы, а в метрических книгах и в различных документах – Кореневы. В конце концов, преобладало первое написание.