Читать онлайн «Девять веков юга Москвы. Между Филями и Братеевом». Страница 88

В соседнем, 26-м дворе, тоже в деревянном доме, жил Иван Иванов Корнев, 65 лет, брат вышеупомянутого Тимофея Иванова. С ним жили сын Иван Иванов, 34 лет, с женой Аксиньей Григорьевой, 32 лет, и тремя дочерьми, и дочь Агафья Иванова, 30 лет. Здесь жил брат старшего Ивана Иванова Егор Иванов, 63 лет, с женой. Кстати, Аксинья Григорьева была записана Спиридоновой, когда умерла в 1918 г. крестьянской вдовой 80 лет от роду. Аксинья помнила Ивана Михайлова Спиридонова, когда выходила замуж за его внука Ивана Иванова, потому всю жизнь и на смертном одре считала себя Спиридоновой. Это семейство, увы, не имело продолжения рода ни по одной фамилии.

В 27-м дворе в деревянном доме жила вдова Егора Иванова Чучина (про Егора Иванова см. 21-й двор) Прасковья Родионова, 40 лет, с тремя дочерьми. Ветвь не имела продолжения.

В 28-м дворе в каменном доме жил Иван Гаврилов Рыжиньков, 20 лет, с родным братом Василием, 18 лет, с матерью и теткой. Иван Гаврилов – внук Степана Михайлова Гусева. О Степане Михайлове я писала, рассказывая о Гусевых (см. 10-й двор). Напомню, мать Степана Екатерина Стефанова, вышедшая вторым браком за Леонтия Прокопьева с младенцем Степаном, умерла в 1803 г., 32 лет, оставив мужу Леонтию Прокопьеву сына – младенца Ивана и пасынка Степана. Степан Михайлов уже в 1808 г., 16 лет, женился, у него родилось три сына. И в метрических книгах он неоднократно писался с фамилией Вавилин, родовой фамилией отчима, ведущего свой род от зюзинского садовника Вавилы Герасимова. Отчим на 20 лет пережил мать Степана, построил пасынку деревянный дом во втором ряду своего двора, куда Степан Михайлов поселился к 8-й ревизии. В ревизской сказке он тогда остался без фамилии.

К 9-й ревизии (1850) и Степан Михайлов с дочерьми и семьей младшего сына Гаврилы, и оба его старших сына Алексей и Матвей жили со своими семьями отдельными, но соседними дворами и все записались под фамилией Гусевы – и тогда, и в 10-й ревизии (1858). Но к Переписи 1869 г., когда Степана Михайлова уже не стало, не стало в этих домах и фамилии Гусев. В доме Степана Михайлова жил его внук Иван Гаврилов Рыжиньков с вышеперечисленной семьей. В метрических книгах фамилии ни Ивана, ни его брата Василия и при рождении их детей не записаны. Так и закончилась фамилия Рыжиньков.

В соседнем, 29-м дворе, тоже в каменном доме, жил Алексей Степанов Рыжиков, 55 лет, старший сын Степана Михайлова. У Алексея была жена, 43 лет, четыре дочери, два сына – Михайла и Николай – и сестра Алексея Лукерья Степанова. Михайла Алексеев продолжил род своего отца, но фамилию его в метрических книгах не называют.

В 30-м дворе в деревянном доме жил Максим Петров Дьяконов, 27 лет, с женой Александрой Матвеевой, 19 лет. Десять лет назад хозяином на дворе был отец Александры Матвей Степанов; к Переписи 1869 г. Матвея не стало, и его дочь вышла замуж за Максима Петрова Дьяконова. К нему и перешел двор ее отца. Детей у них не было. Дьяконов умер в 1918 г., 73 лет. На том ветвь Матвея угасла.

В 31-м дворе в деревянном доме жил Федор Федоров Тисилев, 55 лет, с женой. Фамилия искажена, вероятно, по ошибке. Ведь и в предыдущих переписях (1850, 1858) его отец Федор Васильев был записан под фамилией Киселев; в последующие годы после Переписи 1869 г. и сам Федор Васильев, и его дети и внуки носили фамилию Киселевы.

Отец Федора Васильева Василий Иванов происходил из Гайдуковых. Это часть самого древнего и многочисленного древа, родоначальником которого был деловой человек Омельянко Леонтьев, отмеченный в переписи 1627–1729 гг. Два его сына, Козма Омельянов и Сенка Омельянов, были крестьянами в Зюзине в 1644 и 1646 гг. В том же 1646 г. в Зюзине крестьянствовал Гарасимко Емельянов, третий его сын, с прозвищем Гайдук. Видно, Гараска был высокого роста и до крестьянствования служил у господ гайдуком – прислугой при езде, что стоял на запятках кареты. Через 20 лет из Омельяновых детей упоминается только Гараска, у которого было уже два сына, Олешка и Петрушка. При переписи 1684 г. старший сын был записан с прозвищем отца: Алешка Гарасимов сын Гайдук. У Алексея Гарасимова были жена и сын Павел, но к 1721 г. не стало ни Алексея Гайдука, ни его сына. На дворе остались только вдова Павла и два его сына, Иван и Федот.

Старшая ветвь Алексея Герасимова Гайдука получила фамилию Гайдуковых только в 6-й ревизии (1811). Они занимали два двора: 1-й – двое детей Федота Павлова сына Гайдукова, Егор и Гаврила; 2-й – Василий Иванов сын Гайдуков с тремя сыновьями, Иваном, Федором и Борисом. Федот был старшим сыном, и его потомки сохранили фамилию Гайдуковы. (О них см. 44-й двор.)

А вот Василий Иванов не сохранил фамилию отца. Возможно, именно потому, что был сыном младшего Павлова сына. Вероятно, Василия по-уличному прозывали Бычок, а все его семейство соответственно Бычковы. В метрических книгах 1814 г. сыновей Василия – Бориса и Федора – при рождении у них детей записали с фамилией Бычковы. При 7-й ревизии (1816) он сам в ревизской сказке был записан под фамилией Бычков, хотя уже в 1812 г. его не стало. Умер и старший сын Василия Иван.

Федор Васильев, ставший дворовладельцем, с фамилией не определился и в 8-й ревизии был записан без всякой фамилии. Умер к тому времени и третий брат – Борис Васильев, и Федор спешно выдал вдову Бориса Фиону Иванову с тремя малолетними детьми Иваном, Васильем и Гаврилой за Ивана Иванова Заварзина. (О судьбе детей см. 6-й, 7-й, 8-й и 14-й дворы.) С Федором Васильевым остались, кроме его детей, три племянника – Ивановы дети Яков, Михайла и Федор с семьями.

Дети Ивана уже к 9-й ревизии (1850) стали Бычковыми. И дети Бориса, Иван и Гаврила, когда они подросли и стали самостоятельными дворовладельцами (уже к 10-й ревизии), приняли фамилию деда. Иван Борисов сохранил фамилию Бычков и в Перепись 1869 г. (см. 43-й двор).

Федор Васильев только к 9-й ревизии (1850) выбрал фамилию, но не Бычков, а Киселев. Ну не был он напористым, как его отец Бычок. За вялость, может, и получил прозвище Кисель. Дети Федора Васильева – Федор Федоров и Андриян Федоров – в метрических книгах 1900-х гг. носили фамилию Киселевы.

В 1922 г. в Именном списке граждан села Зюзина записана семья Дмитрия Федорова Киселева с женой Натальей Никитиной и сыном Иваном, 23 лет[707]. У Дмитрия Киселева был небольшой земельный пай в 1 ¼ десятины, без лошади и коровы, соответственно платежный пай подворного налога за ним был 1 ¼ в сумме 2925 тыс. руб. в дензнаках 1922 г.[708] К 1927 г. двор уже был записан на Иване Дмитриеве Киселеве, но по-прежнему оставался бедным – платил 4 руб. налога по самообложению[709]. Сын его, Михаил Иванович Киселев (1923 г. р.), был призван на войну 8 июля 1941 г. и домой не вернулся.

В соседнем, 32-м дворе в деревянном доме жил младший брат Ивана Гаврила Борисов Седов, 50 лет. Гаврила Борисов сменил фамилию при Переписи 1869 г. – стал Седовым (несомненно, от прозвания Седой). С ним жили второбрачная жена, Авдотья Яковлева и два сына от первого брака – Иван и Василий. Новая фамилия закрепилась за немногочисленным потомством – детьми и внуками Гаврилы. У Сергея Васильевича Седова, женившегося (1.11.1900) на Анне Петровой, родился сын Георгий (17.03.1916). Призванный в июле 1941 г., Георгий Сергеевич Седов не вернулся с фронта Великой Отечественной войны.

В 33-м дворе в деревянном доме жил Иван Кузмин Городилин, 56 лет, с второбрачной женой Анной Яковлевой, 40 лет, и детьми (три дочери и четыре сына: Симеон, Феодор, Василий, Алексей). Здесь же находилась мать Анны Яковлевой Акулина Николаева, 70 лет.

Иван Кузмин – один из потомков Андрея Дмитриева, старшего сына Дмитрия Моторы. У Андрея в двух браках родилось несколько сыновей. О самом младшем сыне от второго брака Иване Андрееве я уже рассказывала (см. 11-й, 12-й, 23-й дворы). А Алексей был сыном Андрея от первого брака. Алексей и его три сына (Федор, Козма, Иван) стали началом трех устойчивых родов. От Федора пошли Маторины, Городилины. От Ивана – Маторины, Шариковы (о них см. 62-й двор). А средний, Козма, уже в 1787 г. был дворовым человеком. Дворовыми людьми стали впоследствии и три его сына – Платон, Иван и Егор. И все они, и их дети и внуки до конца XIX в. неизменно носили фамилию Маторины. После крестьянской реформы 1861 г. редко кто из дворовых людей переходил в крестьянство. Большинство дворовых отпускали на волю. Не остались в селе и дворовые Маторины – гуляет по свету зюзинская фамилия, забыв о роде и племени. (Вот и сейчас живет одна семья с этой фамилией в нашем районе Зюзино, приехавшая сюда уже после сноса села Зюзина, но корней своих даже не знает.)

После 5-й ревизии сыновья Алексея Андреева (которого к тому времени давно не стало), Федор и Иван, жившие с семьями на дворе отца в конце улицы у околицы, разделились. Вернее, Федор поставил себе рядом отдельную избу, а Иван остался в доме отца. Федор не дожил до 6-й ревизии (ум. 1808), и два его сына Кузма и Иван с семьями долго жили в одном доме.