Читать онлайн «Сталинград. За Волгой для нас земли нет». Страница 59

К 25 ноября фронт 6-й армии сократился до 200 км. В окружение попали:

Штаб 6-й армии;

IV, VIII, XI, LI армейские корпуса и XIV танковый корпус;

14, 16 и 24-я танковые дивизии;

3, 29 и 60-я моторизованные дивизии;

44, 71, 76, 79, 94, 100, 113, 295, 297, 305, 371, 376, 384 и 389-я пехотные дивизии;

20-я румынская пехотная дивизия:

1-я румынская кавалерийская дивизия;

243 и 245-й батальоны штурмовых орудий;

2 и 51-й полки реактивных минометов;

91-й полк ПВО и более 150 артиллерийских подразделений, саперных и строительных батальонов, батальонов военной полиции и другие вспомогательные подразделения. [341]

Всего на 25 ноября в составе частей 6-й армии в «котле» было 284 тыс. человек. В эту цифру входят XXXXVIII танковый и IV армейский корпуса, перешедшие в подчинение Паулюса из состава 4-й танковой армии, а также две румынские дивизии (1-я кавалерийская и 20-я пехотная дивизии, 12607 человек).

Подобно тому как из осколков восстанавливался фронт советских окружений 1941 г., немцы постепенно укрепляли свои силы на внешнем фронте окружения. Из состава 2-й венгерской армии была переброшена 336-я пехотная дивизия, из состава 8-й итальянской армии — 62-я пехотная дивизия, из резерва группы армий «Б» — 294-я пехотная дивизия. С запада прибывала 306-я пехотная дивизия. Все эти силы образовали так называемые армейские группы Холидта (повышенный в звании XVII армейский корпус) и Гота. В группу Холидта вошли 22-я танковая, 62, 294 и 306-я пехотные дивизии и остатки I и II румынских пехотных корпусов (остатки 1, 7, 9, 11, 14-й румынских пехотных дивизий, 7-й кавдивизии и румынской 1-й танковой дивизии). В группу Г. Гота входили XXXXVIII танковый корпус, VI и VII румынские корпуса. Сражение вступало в новую фазу.

В любой операции на окружение требуется не только отрезать путь к отступлению и линии снабжения окружаемым, но и обеспечить внешний фронт кольца. Если не создать прочный внешний фронт окружения, то ударами извне противник может деблокировать окруженных, и все наши труды пойдут насмарку. Обычно внешний обвод «бублика» вокруг войск противника создают танковыми и механизированными соединениями. Они прорываются [342] за спиной окружаемых максимально глубоко в тыл противника, захватывают ключевые позиции и занимают оборону. Под Сталинградом в ноябре 1942 г. эта роль была поручена кавалерийским корпусам. Выбор пал именно на кавалерию, поскольку у Красной армии на тот момент было мало хорошо подготовленных механизированных соединений.

Кавалерия танковой армии. 8-й кавалерийский корпус был включен в состав 5-й танковой армии и должен был формировать внешний фронт окружения на реке Чир. Корпус был усилен двумя истребительно-противотанковыми полками, полком «катюш», полком ПВО и 511-м огнеметно-танковым батальоном. Настоящим бичом средств усиления была нехватка транспорта, боеприпасов и горючего. В частности, полк ПВО постоянно отставал из-за отсутствия бензина.

Поскольку оборона противника была взломана уже в первые часы наступления, кавкорпус пошел в бой уже 19 ноября. В 13.00 он вошел в прорыв по следам 1-го танкового корпуса и 8-го мотоциклетного полка. В отличие от рванувшихся на юг и юго-восток танковых частей, кавалеристы стали разворачиваться на запад, для образования фронта окружения. Нельзя сказать, что все шло гладко. 112-я кавалерийская дивизия втянулась в бой за Блиновский и вела его до вечера 20 ноября. Пути обхода нащупать не удавалось. Кризис был преодолен за счет удара 21-й кавалерийской дивизии совместно с пехотой с севера, что привело к охвату оборонявшего Блиновский противника. 55-я кавалерийская дивизия атаковала с трех сторон Усть-Медведицкий и к 12.00 заняла его. В тот же день 20 ноября по приказу командующего 5-й танковой армией из состава корпуса была изъята 21-я кавалерийская дивизия и передана соседней 1-й гвардейской армии. Далее корпус действовал в [343] двухдивизионном составе. Необходимо отметить, что 21-я кавдивизия не была исключена из операции. Более того, ее наступление в обход левого фланга 22-й танковой дивизии привело к отходу последней и высвобождению маршрутов, по которым могли наступать советские войска.

Помимо изъятия одной дивизии, командующий 5-й танковой армией поставил кавалеристам новую задачу: двигаться на юг, в направлении Большая Донщинка, Петровка. Операция развивалась успешно, и вполне можно было выходить на маршруты образования внешнего фронта окружения на большей глубине. К тому моменту части 22-й танковой дивизии уже отходили на запад. К утру 22 ноября 55-я кавалерийская дивизия овладела Б. Донщинкой. Препятствием для продвижения кавалерии вперед на этом этапе наступления стали пробивающиеся на запад остатки румынских соединений. 55-я кавалерийская дивизия оказалась в окружении, из которого пробилась к 23 ноября.

23 ноября 8-й кавкорпус продолжал двигаться на юг и атаковал отходящие румынские части в районе Озеры. Часть их была уничтожена, а часть все же смогла вырваться на запад в ночь с 23 на 24 ноября. В основном это были части румынской 15-й пехотной дивизии генерала Сиона. Из окружения Сиону удалось вывести 3680 человек, 18 автомашин, 1045 лошадей и два орудия.

Уход кавалерийского корпуса дальше к югу и отставание стрелковых частей позволил румынской 1-й танковой дивизии пробиться на запад, на соединение с 22-й танковой дивизией. Они сумели это сделать 24 ноября через Б. Донщинку. Хотя румыны пробились из потенциального окружения, они потеряли большую часть техники. В дивизии осталось 11 Pz.III и Pz.IV, а также 19 R-2. Многие танки были брошены по дороге из-за [344] технических неисправностей и отсутствия топлива. Безвозвратными потерями соединения стали 77 R-2, 5 Pz.III, 7 Pz.IV, 457 полноприводных грузовиков и 335 мотоциклов.

24 ноября командующий 5-й танковой армией поставил перед 8-м кавалерийским корпусом задачу — захватить Обливскую и переправу через р. Чир на железной дороге Сталинград — Лихая. Для выполнения этой задачи части корпуса, выступив из района Озеры, Аржановский, вечером 24 ноября в течение ночи совершили марш 50–60 км и к утру 25 ноября вышли на подступы к Обливской с севера.

112-я кавалерийская дивизия в 6.00 25 ноября развернулась для атаки Обливской, однако атака дивизии была сорвана непрерывными ударами с воздуха в течение всего дня. Противник, пользуясь слабостью зенитных средств корпуса и полным отсутствием поддержки корпуса истребительной авиацией, вел непрерывные атаки боевых порядков дивизии группами до 50 самолетов. 55-я кавалерийская дивизия еще на дальних подступах к Обливской утром 25 ноября также подверглась атаке авиации противника в количестве 20 самолетов, продолжавшей атаки до наступления темноты и буквально приковавшей дивизию к месту. Только в 2.00 26 ноября, приведя части в порядок, дивизия выступила на Обливскую. За 25 ноября части этих дивизий от авиации противника потеряли убитыми и ранеными 559 человек и 915 лошадей.

Тем не менее в 5.00 26 ноября 55 и 112-я кавалерийские дивизии развернулись для атаки Обливской. С рассветом 26 ноября начались мощные непрерывные налеты авиации противника. Самолеты пикировали, бомбили, обстреливали из пулеметов, гоняясь даже за отдельными всадниками. Зенитная артиллерия, расстреляв последние [345] снаряды, молчала, а истребительная авиация, несмотря на своевременно переданную через офицера связи штаба смешанного авиакорпуса заявку, в воздухе не появлялась. Кавкорпус хлебнул полную чашу проблем соединений на внешнем фронте окружения, когда авиация противника летает с близко расположенных аэродромов, а свои самолеты — с авиабаз глубоко в тылу. Части 55-й кавалерийской дивизии потеряли убитыми и ранеными до 1000 человек и 1500 лошадей, 112 кавалерийская дивизия — 332 человека и 473 лошади. Атака корпуса на Обливскую была сорвана исключительно действиями люфтваффе. Обливская в этот момент оборонялась всего лишь батальоном из румынской 6-й пехотной дивизии.

В последующие дни до 4 декабря части корпуса приводили себя в порядок, отражали контратаки пехоты и танков противника и безуспешно (1–3 декабря) трижды атаковали станцию Обливская. Внешний фронт окружения стабилизировался и обрел относительную прочность.

8-й кавалерийский корпус понес в ходе боев с 19 ноября по 2 декабря значительные потери. Общие потери корпуса убитыми, ранеными и пропавшими без вести составили 5982 человека. Больше всех пострадала 55-я кавалерийская дивизия, потерявшая 2359 человек. Также было потеряно 7030 лошадей.

Приказом НКО СССР №78 от 14 февраля 1943 г. 8-й кавалерийский корпус был преобразован в 7-й гвардейский кавалерийский корпус. Ему предстояло пройти до Берлина и встретиться с союзниками на Эльбе.

Кавалерия против танков. Так получилось, что самые тяжелые бои выпали на долю 4-го кавалерийского корпуса. По злой иронии судьбы он был наименее укомплектованным людьми и техникой корпусом из всех [346] трех, участвовавших в операции. Командовал корпусом генерал-майор Т. Т. Шапкин. Хрущев писал о нем в своих воспоминаниях: «Потом к нам прибыл Тимофей Тимофеевич Шапкин, старый русский воин, человек уже в летах, среднего роста, с окладистой бородой. У него сыновья уже были не то генералы, не то полковники. Сам он служил в царской армии, воевал в Первую мировую войну. Еременко говорил мне, что он имел четыре Георгиевских креста. Одним словом, боевой человек. Когда он нам представлялся, на его груди Георгиев не было, но три или четыре ордена Красного Знамени украшали его грудь»{155}.