Читать онлайн «История Дании». Страница 54

Духовная жизнь общества

В конце XVII столетия в Европе, а чуть позже и в Дании наступила эпоха Просвещения. Она ассоциировалась с такими ключевыми понятиями, как «разум», «рационализм», «критика», а также «общественное благо». При этом главным было понятие разума, что явилось следствием революции в естественных науках, связанной с именами Коперника, Тихо Браге, Галилея, Ньютона и пр. Светом Просвещения оказалось озарено все общество. Он распространялся на государство, его экономику, полицию, на гражданское и военное устройство, то есть на всю общественную жизнь: религию, мораль, общественное воспитание, науку, искусство и производство. Во главу угла были поставлены идеалы гуманизма и свободы, пробудился дух здоровой критики. В обществе разгорелись дебаты, появились различного рода утопические проекты, проявился Реализм в проведении конкретных реформ. В эпоху Просвещения получили развитие средства массовой информации, что послужило дальнейшему распространению новых идей, особенно с помощью газет, журналов, благодаря театру, а также клубам, где велись оживленные дискуссии.

Одним из первых представителей идей Просвещения в Дании был Людвиг Хольберг (1684— 1754). Подобно многим норвежцам, после получения университетского образования он остался в Дании, где стал профессором Копенгагенского университета. Его перу принадлежат комедии, пользовавшиеся большой популярностью. Другим выдающимся деятелем был профессор государства и права Йене Шильдеруп Снеедорфф (1724—1764), издававший журнал «Патриотический обозреватель» (Den patriotiske Tilskuer). Однако во весь голос требования о проведении реформ зазвучали только во второй половине XVIII столетия.

Из всех самодержавных форм правления, существовавших в Европе, датский абсолютизм был наиболее последовательным, по крайней мере на бумаге, ибо Дания являлась единственной страной, где передача королевской власти по наследству была закреплена законодательно. Для того чтобы понять механизм действия датского самодержавия, а также причины в целом спокойного и благожелательного отношения к нему населения страны, следует рассмотреть отдельные элементы сложившейся системы. В связи с этим возникает один крайне важный вопрос: каким образом абсолютизм вообще мог функционировать все те 42 года, когда на датском престоле находился слабоумный Кристиан VII? Ведь именно на время его правления приходится осуществление в стране широкого комплекса реформ. Ответ на этот вопрос, по-видимому, таков: датские короли, формально являясь всемогущими самодержцами, на деле редко оказывались таковыми, ибо власть их опиралась на всевластие бюрократии. В этом заключается если не полное, то по крайней мере частичное объяснение данного феномена.

Уже в период, предшествовавший 1721 г., в Дании сложился хорошо развитый бюрократический аппарат, использовавшийся отчасти в руководстве коллегиями, отчасти в работе все еще слабо развитых органов местной администрации. Коллегии, число которых постепенно росло и в конечном счете достигло шестнадцати, участвовали в работе правительства и осуществляли функции центральной администрации. Каждая из коллегий имела своего начальника; все они делились на несколько департаментов, возглавлявшихся так называемыми депутатами. Последние по статусу были равны друг другу; в их функции входило коллективное обсуждение тех вопросов, которые затем направлялись для принятия окончательного решения королю. Это позволяло говорить о том, что деятельностью каждой из ветвей центральной администрации руководил небольшой «парламент», назначавшийся государем.

«Красный дом»

Гравюра из «Атласа Дании» Эрика Понтоппидана (т. 2, 1764). Здание было выстроено в 1716—1721 гг. по указанию Фредерика IV на острове Слотсхольмен рядом с Копенгагенским замком. Здесь размещалась вся гражданская и военная администрация Фредерика IV. В настоящее время в здании с трудом умещается Министерства финансов Дании.

Наиболее значимыми были пять коллегий:

Датская канцелярия являлась основным органом государственного управления. Она контролировала деятельность местной администрации, полиции, судебных органов, религиозных и школьных учреждений, учреждений для бедных, ведала вопросами набора рекрутов и несения срочной воинской службы, а также юридическими аспектами договоров держания земли. Руководил ее работой президент, которого иногда также называли министром юстиции или статс-министром. Помогал ему эксперт по юридическим вопросам — генеральный прокурор. Сфера деятельности Датской канцелярии ограничивалась территорией королевства.

Немецкая (с 1814 г. — Шлезвиг-Гольштейн-Лауэнбургская) канцелярия осуществляла те же функции в герцогствах и до 1770 г. действовала так же, как министерство иностранных дел.

Департамент иностранных дел был учрежден в 1770 г. и, как следует из названия, в противоположность коллегиям, обладал типичной для департамента иерархической структурой, возглавлял которую министр иностранных дел.

Сфера компетенций Казначейства, как и многих прочих коллегий, распространялась на все государство. Оно контролировало службы сбора налогов и пошлин, занималось вопросами рыболовства, лесного хозяйства и землеустройства. Во главе стоял министр финансов, и с 1780 г. помощь в осуществлении функций ему оказывала особая финансовая коллегия.

Коммерц-коллегия была создана в 1735 г. Она должна была отстаивать интересы государства в торговле, «промышленности» и таможенных вопросах, в том числе и в колониях. Основной проблемой абсолютизма являлась слабость экономического управления. Это усугублялось еще и тем, что взыскание и учет налогов и прочих сборов производились децентрализованно, поэтому главной задачей администрации в XVIII в. было упорядочение данных процессов.

Военная канцелярия объединяла Адмиралтейскую и Генеральскую коллегии и являлась своего рода секретариатом администрации сухопутных войск и военно-морского флота.

Кроме этих органов существовала еще группа лиц, в руках которых была сосредоточена немалая власть. Ими были личные секретари короля, придворные, члены многочисленных комитетов и комиссий. Последние, являясь чиновниками-бюрократами, могли прибегать к помощи различных приглашенных экспертов, да и сами они были людьми мыслящими и привыкшими действовать. В обществе мало-помалу складывалось устойчивое мнение, что обстановка в стране требует изменений. Обсуждались и конкретные пути преобразований. Правда, по поводу этого существовали различные точки зрения. К примеру, представления помещиков вовсе не совпадали с суждениями бюргеров Копенгагена.

В целом можно сказать, что центр тяжести власти в этот период перемещался сверху вниз и обратно. Король Фредерик IV практиковал личную форму правления, которую впоследствии сменило правление кабинета, а в 90-х годах XVIII в. — Государственного совета. Однако позже, при Фредерике VI, положение вещей вновь изменилось. Он, будучи еще кронпринцем, а затем и королем, пытался на многие области распространить свое личное влияние. Здесь было бы уместным подчеркнуть тот факт, что при абсолютистском правлении не существовало различий между правлением и администрированием, между политическими функциями власти, включающей в себя, например, принятие законов и введение налогов, с одной стороны, и собственно управление органами власти, судебными институтами и обороной страны — с другой. Разграничение этих функций, типичное для современного датского государства, связано с принятием современной Конституции страны, то есть с периодом после 1849 г.

Фредерик IV (1699— 1730) сосредоточил все бразды правления в своих руках. Он лично принимал все решения даже по поводу мельчайших дел. Некоторые называли короля властолюбивым трудягой-конторщиком, другие говорили, что он использовал все возможности самовластия, не отталкивая, однако, от себя своих советников. В 1701 г., готовясь к военному реваншу в борьбе со Швецией и одновременно стремясь к максимальной экономии средств, король учредил корпус национальной милиции. Двадцать тысяч крестьянских сыновей были призваны заменить такое же количество солдат, которых государь за большие деньги предоставил в распоряжение германского императора в качестве наемников. В соответствии с нравами того времени у Фредерика IV было немало любовных связей. Последняя его интрига — с аристократкой Анной Софией Ревентлов — окончилась тем, что король похитил ее из поместья Клаусхольм и затем женился на ней. Брак этот имел двоякие последствия. Во-первых, отныне те немногие советники, к чьей помощи прибегал король, были людьми исключительно из ее окружения. Во-вторых, женитьба Фредерика IV осложнила его и без того непростые отношения с сыном Кристианом — большим сторонником пиетизма.