Читать онлайн «История Дании». Страница 126

Женщина из Ирана и женщина из Сомали

За последние пятнадцать лет XX столетия Дания столкнулась с таким значительным притоком иммигрантов из стран третьего мира, что толпа на улицах датских городов даже чисто внешне стала выглядеть по-другому. Многие датчане увидели в иммиграции угрозу своему образу жизни и даже стали требовать прекратить это переселение посредством политических мер. Одновременно усилились поиски ценностей, которые можно считать исконно датскими или, по крайней мере, исконно западными. Перед глазами многих датчан стоит путающая их картина множества правоверных мусульман, одетых странным и непривычным образом. Однако беженцы и иммигранты прибывают из различных стран и приносят с собой разнообразные традиции. Две женщины на фото совершенно по-разному одеты и по-разному держат себя. В будущем, видимо придется всерьез задуматься о том, что же это значит — быть датчанкой или датчанином. (Фото: Торкильд Амди)

Многие стали смотреть на иностранцев как на конкурентов в трудовой жизни, при получении образования и жилья, считая, что они паразитируют на системе социального благосостояния, которая и без того испытывает жесткое давление и в создании которой они не участвовали. Начиная с 80-х годов происходят столкновения между датской молодежью и иностранцами. Крупным событием стало жестокое нападение в Калунборге в 1985 г. на группу иранцев, которые жили в отеле. Появление групп молодежи с откровенно расистскими настроениями явилось другим симптомом происшедших перемен в умонастроениях.

Интеграция растущего числа беженцев оказалась трудным делом. В условиях массовой безработицы на рынке нет спроса на работников, которые не владеют свободно датским языком, не понимают стиля взаимоотношений в стране и по большей части не обладают необходимой профессиональной квалификацией. Мероприятия, направленные на то, чтобы дать необходимую квалификацию новым жителям страны, оказались явно недостаточными. Чаще всего они принимают форму оказания помощи, и поэтому проблема беженцев все больше приобретает экономический и социальный характер. Нежелание давать им работу, даже при наличии необходимой квалификации, как в частном, так и в общественном секторе — общеизвестный факт. Данные о численности иностранцев, занятых на рынке труда, по состоянию на осень 1997 г., говорят сами за себя: 62% из них находятся вне рынка труда, а из остальных 38% почти четверть зарегистрирована в качестве безработных.

Возникли также сомнения в отношении смысла интеграции: должны ли иностранцы полностью превратиться в датчан или, напротив, Дания должна стать мультиэтническим и мультикультурным обществом?

Следствием всего этого является маргинальное положение беженцев в датском обществе со всеми проистекающими отсюда проблемами — их замкнутым изолированным проживанием, преступностью среди молодежи и т. д. И простые решения, например прохождение ими обучения в системе датского образования или выдвижение требований равномерного распределения беженцев по всей стране, мало помогают. Отчасти это связано с тем, что некоторые из них (например, сомалийцы, которые прибыли в страну в 90-х годах) настолько чужды датчанам в культурном отношении, что им действительно трудно вписаться в педантично устроенное датское общество.

После 1984— 1985 гг. политика по отношению к беженцам превратилась в острый вопрос политических баталий. И консерваторы, и партия «Венстре», и социал-демократы продемонстрировали, что они прислушиваются к критике. Они ужесточили свою политику, приняв в 1986 г. закон об иностранцах. Это означало, что Государственное управление по делам иностранцев получило больше возможностей, для того чтобы высылать их или останавливать на границе. Еще одно нововведение появилось в 1992 г., когда были изменены условия для воссоединения семей. Поведение министра юстиции Нинн-Хансена в так называемом «тамильском деле» можно рассматривать как еще одно выражение негативного отношения к беженцам со стороны части политической элиты. Сторонники более жесткого курса постоянно выступали со все новыми инициативами, в то время как сторонники сохранения сложившегося положения находились в оборонительной позиции, призывая к хладнокровию, терпимости и гуманизму, идя все же время от времени на уступки. При правительствах Нюрупа последовало ужесточение политики, что, однако, не смогло внести спокойствия в решение проблемы отношения к иностранцам, и в 1997 г. бурливший котел взорвался.

Датчане стали свидетелями различных стычек и даже войн между бандами, созданными вторым поколением беженцев, и датчанами, в том числе жестоких нападений и убийств, а также стычек с полицией. Они узнали о нелегальных переходах беженцев через датско-немецкую границу. А газета «Экстрабладет» провела пристрастную кампанию под рубрикой «Чужие», в ходе которой были опубликованы истории о крупных мошенниках-иностранцах и приводились другие крепкие высказывания возмущенных датчан, которые прежде можно было услышать только в частных разговорах. После этого и правительство, и большая часть оппозиции выразили намерение более решительно бороться с ростом численности беженцев. На муниципальных выборах 18 ноября 1997 г. вновь образованная Датская народная партия заняла прочные позиции благодаря жесткому радикализму в решении проблем иностранцев и повсеместно завоевала места в советах городов и амтов. Датская народная партия быстро стала важным фактором политической жизни страны и после выборов 20 ноября 2001 г. превратилась в парламентскую опору нового коалиционного правительства, образованного либеральной партией «Венстре» и консерваторами, которое ответило тем, что еще больше ужесточило законодательство, регулирующее политику по отношению к иностранцам.

Местные выборы в ноябре 1997 г. явились новым поворотным пунктом в дискуссии по политике в отношении беженцев. Согласно опросу общественного мнения, проведенному на рубеже 1997 и 1998 гг., 47% датского населения самой важной проблемой страны считали политику по отношению к беженцам и иммигрантам. Такое положение не является датской особенностью — похожая ситуация наблюдается и в других западноевропейских странах, но примечательно, что доля иностранцев в Дании ниже, чем в большинстве других стран. Например в Германии, где доля иностранных мигрантов составляет 9%, что в 2 раза больше, чем в Дании.

В 90-х годах и население, и ведущие политические партии делали заявления, которые в 80-х годах рассматривались бы как негуманные и расистские. В 1998 г. фолькетинг одобрил самый жесткий среди всех стран ЕС закон об иностранцах. «Мы приблизились вдруг к пределу мерзости» — так выразился датский политолог Йорген Гоуль Андерсен.

Забота о состоянии окружающей среды появилась в политической повестке дня еще в 70-х годах, но всеобъемлющее законодательство стало разрабатываться только начиная с 1986 г. В том году фолькетинг принял решение, которое гласило, что любые официальные разрешения, выданные предприятиям и связанные с окружающей средой, являлись лишь временными и могли быть пересмотрены властями. Одновременно подчеркивалось, что улучшение состояния окружающей среды должно иметь приоритет перед чисто экономической выгодой; также увеличивались штрафы за нарушение экологического законодательства. После этого последовал поток слабо проработанных законопроектов, которые в первую очередь ставили целью ограничить в сельском хозяйстве слив нитратов и фосфатов в воду. Начало было положено в 1987 г. законом об охране водной среды; новое законодательство охватило также промышленность и индивидуальные хозяйства. Вскоре охрана окружающей среды стала рассматриваться уже не как отдельная область политики, а как аспект регулирования почти всех видов государственной и частной деятельности, с приоритетной целью изменить традиционно сложившиеся способы производства и потребления.

Целью широкой экологической политики должно было стать увеличение государственных инвестиций в эту область. Они выросли с 2 млрд. крон в 1982 г. до 6 млрд. крон в 1988 г., что соответствовало 7% государственных инвестиций. План коалиционного правительства «Венстре», консерваторов и радикалов на 1989— 1994 гг. предусматривал инвестиции в охрану окружающей среды в размере 33 млрд. крон, но он был превзойден.

Столь типичное для всех западных стран развитие обуславливалось заметным изменением природной среды, вызванным деятельностью человека, что, в свою очередь, повлекло видимое ухудшение условий жизни населения. В Дании речь шла о попадании кислотных дождей в озера, реки, море, вследствие чего гибло много животных, о сжигании химических отходов и захоронении их в Северном море, а также о захоронении в земле отходов предприятий и индивидуальных хозяйств. Как только экологическая проблема попала в центр внимания, угрозу окружающей среде стали находить повсюду. Понятие «окружающая среда» превратилось в нечто мифическое, имеющее связь с множеством проблем, однако отсутствовало четкое определение самого понятия.