Читать онлайн «Год службы социалистов капиталистам». Страница 71

____________________ 1) "Правда", No 145 от 14 июля, статья Сосновского. ____________________

"Буржуазия через своих агентов пытается размягчить наши сердца криками о смертной казни. Пусть заливаются попы ханженскими елейными речами... Товарищи ярославцы! мы ждем от вас ответа: сколько сотен гадов и паразитов истребили вы за эти три драгоценные жизни наших друзей? Поп, офицер, банкир, фабрикант, монах, купеческий сынок - все равно. Ни ряса, ни мундир, ни диплом не могут им быть защитой. Никакой пощады белогвардейцам! Помните, что сказал V Всероссийский съезд советов: "Массовым террором против буржуазии должна ответить советская Россия на все преступления врагов народа". 10 или 11 июля была расстреляна в Москве первая группа заговорщиков в 18 человек. В нее вошли арестованные 30 мая члены Союза защиты родины и свободы. Среди них были: 1) Сидиров-Аваев (командир штаба 2-го полка Союза защиты родины и свободы; у него найден план организации Союза, 7 000 руб. денег, пароль для казанской организации; служил в Москве в продовольственной милиции); 2) Парфенов-Покровский, Б. Е. (был в Москве начальником продовольственной милиции); им был украден шифр Московского военного комиссариата и т. д.); 3) Душан (или Душак), Иван Егорович (командир 2-го батальона 2-го полка Союза); 4) Белоусов (состоял начальником разведки и шпионажа при штабе; при обыске у него найден список всех телефонов и проводов советских учреждений, список армейских и других военных частей, сведения о передвижении этих частей, еженедельные сводки расположения советских воинских частей и проч.); 5) генерал Попов, Иван Иванович (арестован в Казани; при обыске найден склад оружия, около 50 винтовок, и список белогвардейцев); 6) Розенфельд-Розанов, Л. И. (был командирован Союзом в Казань для приискания квартир); 7) Виленкин, А. В.; 8) Ольгин (Герцен), В. А.; 9) Коленко, В. А.; 10) Львовский, А. С.; 11) Флеров, Г. Е.; 12) Рубис, К. П.; 13) Никитин, Н. И.; 14) Жданов, С. А. и др. Кроме того после подавления ярославского восстания был впервые применен массовый террор к его участникам и руководителям.

Восстание в Рыбинске.

Разгром белогвардейского восстания в Ярославле в некоторой степени был обусловлен неудачным выступлением Союза в Рыбинске, где были большие запасы боевого снаряжения и артиллерии. Туда, как в главное место восстания, приехал сам Савинков. Тайная офицерская организация насчитывала здесь до 400 человек офицеров, а большевистский гарнизон был немногочисленным, так как Красная армия отправилась на чешский фронт. По плану Союза Перхуров, захватив Ярославль, должен был там держаться до подвоза артиллерии из Рыбинска. О восстании в Рыбинске Савинков сообщает1): "Из Ярославля я с Дикгоф-Деренталем проехал в Рыбинск, где застали полковника Бреде. 7 июля мы узнали, что Ярославль в руках полковника Перхурова, в ночь на 8-е я приказал выступить в Рыбинске. Наш штаб был в квартире одного торговца на окраине; жил я у другого торговца. В 1 час ночи раздался первый выстрел; в 2 часа бой в сущности был проигран... Мы были преданы. Большевики узнали наши сборные пункты". Планы заговорщиков открыл большевикам один из членов местной организации. Пришедшие ночью к артиллерийским складам отряды попали в засаду, - часть складов была захвачена, но воспользоваться ими не удалюсь. Понеся большие потери, белые к утру ушли за город. Штаб их с Савинковым во главе бежал в деревню и скрывался некоторое время у рекомендованного им рыбинской организацией купца, сын которого состоял в Союзе и был ранен во время боя. Известить Перхурова о неудаче в Рыбинске Савинков не смог. Но он бросил все уцелевшие силы в тыл красных, которые осаждали Ярославль. По его словам, они взорвали пароход, шедший с большевистскими войсками по Волге, взорвали поезд со снарядами, направлявшийся в Ярославль, и испортили в нескольких местах железнодорожный путь между Ярославлем и Бологое. Так кончилось выступление в Рыбинске. Отделение Союза в Костроме, которое должно было выступить, не выступило совсем.

Восстание в Муроме.

Союз защиты родины и свободы существовал в Муроме с мая месяца. Он поднял восстание, согласно распоряжению от московского штаба, вечером 8 июля. Целый ряд членов Союза служил в местных советских учреждениях2) и облегчил ему захват города. Почти одновременно были захвачены оружие в караульной роте, арсенал, одно трехдюймовое орудие, военный комиссариат, местный Совет, вокзалы и т. д. К ночи Муром был занят восставшими, и начались аресты коммунистов и советских работников.

____________________ 1) См. его брошюру "Борьба с большевиками". 2) Таковы: начальник милиции-бывший штабс-капитан Кравченко, руководитель военной частью Муромского уездного комиссариата - поручик Блескунов; председатель местного союза инвалидов-бывший офицеры Мяздриков и ряд офицеров, служивших инструкторами в Красной армии. ____________________

9 июля было единственным днем господства белых; Во главе штаба восставших стояли Д. С. Григорьев1), который именовал себя в воззваниях: "временно исполняющий обязанности уполномоченного правительства, представитель центрального штаба при восточном отряде", и Н. Сахаров, называвший себя "командиром восточного отряда северной добровольческой армии". Эти два чина успели выпустить за своими подписями 4 воззвания2). Первое называлось: "Приказ No 1". В нем сообщалось, что войсками северной добровольческой армии командует бывший военный министр Б. В. Савинков, а верховное командование принадлежит генералу Алексееву. Следующее воззвание призывало старые городские и земские думы возобновить свою деятельность, отменяло хлебную монополию и объявляло свободную продажу хлеба. Третье воззвание к рабочим и крестьянам было опубликовано от имени Союза защиты родины и свободы, оно восхваляло подвиги чехо-словаков, говоря: "чехо-словаки - истинные республиканцы и служат тому же святому делу, что и мы", обрушивалось бранью на Совет народных комиссаров и призывало к его свержению. И четвертое воззвание являлось извлечением из устава "северной добровольческой армии": оно восстанавливало чины, погоны, обязательную молитву и т. п. По захвате города штаб тотчас мобилизовал всех офицеров и чехо-словаков, а также призвал добровольцев из населения. Сборным пунктам было помещение бывшего воинского начальника. Здесь записывались добровольцы, давались им белые повязки и оружие, а также сулилось рядовым по 300 рублей в месяц, а за время боев - по 30 рублей в день. Духовенство, местная буржуазия и интеллигенция всеми мерами помогали восставшим. 9 июля днем в соборе было отслужено торжественное молебствие по случаю "освобождения города от большевиков".

____________________ 1) Член плехановской группы "Единство", один из главных организаторов Союза защиты родины и свободы. 2) Опубликованы в "Красной книге" Всероссийской чрезвычайной комиссии, т. I. ____________________

Местные купцы бесплатно снабжали штаб продуктами, а епископ Митрофан Муромский, личный и семейный друг Сахарова, передал ему большой пакет денег, собранный местными богатеями, и свое благословление. Учителя среднеучебных заведений ловили на улице гимназистов и реалистов и уговаривали их записываться в белую гвардию. А местная группа правых эсеров записалась туда целиком. Рабочие массы после первых же приказов белогвардейцев заняли по отношению их резко враждебную позицию, несмотря на то, что белые пытались их подкупить и послали им грузовики с хлебом и мукою, расхищенными ими из местного продовольственного городского склада1). С восстанием Муром справился собственными силами. Местные коммунисты, рабочие железнодорожных мастерских и заводов, а также крестьяне окрестных сел и деревень, сорганизовавшись, прогнали белых из города к утру 10 июля. Преследуя их, они еще два раза их разбили, и остатки белых отрядов пешим порядком ушли в Казань. Обвинительный акт Чрезвычайной комиссии говорил по поводу выступления: "Выступление в Муроме произошло в тот момент, когда советская власть, бросив на фронт в бой с чехо-словаками за хлеб для голодающих и пролетарских центров почти все свои вооруженные силы, не имела под рукой войск, чтобы сразу же рассеять мятежников. И когда редеющие от потерь отряды рабочих и крестьян, почти лишенные командного состава, истекая кровью, протянули к бывшим офицерам руку, ища помощи, последние ответили гнусным предательским ударом в спину". В ответ за то деятельное участие, которое принимала муромская буржуазия в восстании, местный Совет наложил на нее контрибуцию в 10 миллионов рублей, предложив ей уплатить деньги в 7-дневный срок.

Лево-эсеровское выступление.

Заключение Брестского мира, а главное чрезвычайно тяжелое положение, которое переживало советское правительство в тот момент (оккупация Украины, наступление на Ленинград немцев, голод и т. д.), опять бросили левых эсеров в панику и в резкую оппозицию к Совету народных комиссаров. Подчиняясь давлению буржуазных классов общества, которые подняли ужасный шум в своей и оборонческой прессе по поводу заключения Брестского мир, левые эсеры выступили также его решительными противниками. Ратуя за "революционную" войну с немцами, они рассчитывали заслужить признательность Антанты и русской буржуазии, т.-е. прекратить или ослабить гражданскую войну, раскаты которой приводили их в трепет. Это был решительный разрыв с авангардом пролетариата - с коммунистической партией, решительный поворот к буржуазной реставрации.