Читать онлайн «Последние исполины Российского Императорского флота». Страница 73

Следствием этой здравой точки зрения стал и пересмотр требований к противоминной артиллерии. Проектировщики отказались от переставшей быть достаточной даже для заградительного огня 130мм/55 пушки и повысили ее калибр до 6". Однако ни это орудие, ни оперативно-тактические требования для него, ни снаряд, ни установка детально не разрабатывались, и поэтому подход к оснащению будущих линкоров этой новой пушкой может быть оценен лишь как чисто интуитивный{48}.

Число орудий во всех четырех вариантах было принято одинаковым. Единой была и схема их расположения. В части размещения противоминных пушек был сделан новый важный шаг вперед. Из общего числа двадцати орудий восемь располагалось в казематах на верхней палубе у основания концевых башен, остальные же двенадцать устанавливались в шести двухорудийных башнях, по три с каждого борта. При этом средняя 6" башня находилась на полубаке, что номинально должно было позволить ей вести огонь по носу и корме в диаметральной плоскости. По две башни с каждого борта располагались в нишах на верхней палубе. Возможность ведения ими огня в направлении оконечностей не предусматривалось, поскольку это неминуемо потребовало бы устройства значительных по длине срезов полубака на протяжении почти всего корпуса. Этого проектировщики по соображениям сохранения достаточной высоты борта для действий в океане допустить не могли. Поэтому 6" башни были компактно помещены в ниши полубака и обеспеченные им углы обстрела — по 150° — можно считать вполне приемлемыми. В части оснащения будущего линкора артиллерией других калибров, в частности зенитной, сведений нет, не имеется также данных и об их торпедном вооружении.

По конструкции корпуса и системе распределения броневой защиты проект 1917 г. был выполнен практически в полном соответствии с решениями, отработанными в конструкции предшествующих русских дредноутов. Корпус набирался по продольной системе. Главными его расчетными элементами в нижней плоскости являлись шесть днищевых стрингеров (шестой из них по каждому борту служил продолжением 25мм вертикальной переборки, проходившей от днища до верхней палубы) с обшивкой наружного и второго дна и перекрывающими поясья обшивки продольными пазовыми планками. В верхней плоскости основными несущими элементами были продольные бимсы, в первую очередь верхней, а также средней палубы (и те и другие набирались из двутавровых балок 400 x 153 x 13,5 мм) с броневой настилкой этих палуб (35 мм СПС и 2 x 35 мм СПС соответственно). Шпангоуты двойного борта (еще четыре бортовых стрингера) в верхних своих ветвях, выше шельфа главного пояса, переходили во флоры такого же сечения, подкреплявшие вертикальные стыки броневых плит, и перевязывались с настилкой средней палубы.

Конструктивный мидель-шпангоут проекта линкора 1917 г.

Сопоставление проектных чертежей «IV линейного корабля» с эскизами и описанием В.П.Костенко конструкции спроектированного им в 1917 г. на «Навале» сверхдредноута позволяет сделать вывод о том, что конструкция корпуса и бронирования 16" линкора основывалась на проекте «Императора Николая I» в весьма значительной степени. Разница, в основном, заключалась во введении мощной вертикальной 25мм переборки по всей высоте корпуса, выполнявшей целый ряд важных функций: вертикальных стенок расчетного корпуса-балки, мощной трюмной переборки, а также противоосколочной переборки выше средней палубы и рубашки под 75мм КЦ вертикальные плиты внутреннего бронирования ниже нее. Основные же архитектурно-конструктивные решения и даже типоразмеры многих связей (двутавр 400 x 153 x 13,5 мм, угольник 200 x 200 x 28 мм и др.) едины для обоих проектов.

Реконструкция автора по рис. В.П. Костенко в рукописи «Броневая зашита боевых кораблей»: машинописная копия, фиг. 122 (мидель-шпангоут), личный архив В.П. Костенко, папка Х^1; рукописная копия, рис. 145 (крепление брони), личный архив В.П. Костенко, папка XI-2.

Наружный и верхний вид, продольный разрез, планы верхней палубы и трюма варианта 2 проекта 1917 г. Общая оценка проекта на основе этих видов позволяет сделать ряд выводов в отношении некоторых составляющих его конструкции.

Использование в проекте полубака, предназначавшегося в первую очередь для улучшения мореходности, значительно увеличивало внутренний полезный объем корпуса. Это позволяло существенно улучшить условия размещения экипажа, а также перенести в пространство между верхней палубой и полубаком значительное число служб вспомогательного назначения, многие из которых в прежних проектах помещались за броней в пределах цитадели корабля, и существенно повысить, таким образом, эффективность использования забронированного объема корпуса. Пространство под полубаком, являвшимся, по существу, лишь обширной небронированной надстройкой, идеально подходило для размещения кубриков команды и кают кондукторов и унтер-офицеров, а также многочисленных отсеков хозяйственно-бытового и вспомогательного назначения — кладовых для хранения различных запасов (шкиперских, боцманских, провиантских и т. п.), мастерских, лазаретов и перевязочных пунктов, прачечных, бань и сушилен, а также умывальников и лагун для команды.

Сейчас уже трудно сказать, как на самом деле располагались в проекте 1917 г. переборки, отделяющие друг от друга отсеки машинной установки — вдоль или поперек диаметральной плоскости корабля. На реконструкции общего расположения они приведены в соответствии со вторым предположением. При этом размещение турбин в отсеках принимает вид, характерный для британских проектов «Худ» и «Джи-3» — турбоагрегаты бортовых валов располагаются в переднем котельном отделении, внутреннего вала левого борта — в среднем отделении, а внутреннего вала правого борта — в кормовом отделении. Подобная компоновка турбин в отсеках наиболее оптимально соотносится с общим габаритом участка площади турбинной установки (30 м в длину и 15 м в ширину — соотношение 2:1), а также позволяет минимизировать общую протяженность главных паропроводов. При этом деление на поперечные отсеки в наибольшей мере отвечает основным требованиям теории непотопляемости тяжелого артиллерийского корабля, разработанной И.Г.Бубновым в 900-х гг. XX столетия.

Реконструкция по материалам из личного архива В.П.Костенко. папка XI–Iu XI-2.

Главный элемент броневой защиты линкора, его бортовой пояс, простирался по высоте на 5,25 м и имел толщину, в зависимости от варианта проекта, 250–325 мм. За ним, на расстоянии 4,5 м в уровне между средней и нижней палубой, проходила противоосколочная переборка из 75мм КЦ плит, наложенных на 25мм вертикальную переборку из стали повышенного сопротивления. Подобную конструкцию имел и скос нижней палубы, замыкавшийся на нижнюю кромку бортового пояса. Таким образом, полная толщина вертикального бронирования корпуса, с учетом внутренней защиты и 20мм рубашки борта, составляла 370445 мм. Толстые наружные поясные плиты связывались между собой шпонками по их вертикальным стыкам. Большое внимание было уделено разработке прочной опоры для броневых плит главного пояса, конструкция которой сохранилась в описании Б.П. Костенко:

«Основной принцип создания жесткого опорного контура для каждой броневой плиты по всем четырем сторонам был проведен в этом проекте весьма последовательно. Для создания надежных соединений броневых переборок и палуб между собой и для образования наружного шельфа под плиты главного пояса был введен специальный, весьма мощный угловой профиль 200 x 200 x 28 мм. Его полки были достаточно широки для расположения двух рядов заклепок или гуженов с d = 38 мм. Против стыков плит были введены внутренние клепанные стойки в виде флоров шириной до 1,2 м, а между ними поставлены по шпангоутам промежуточные двутавровые стойки прочного профиля 400 x 153 x 13,5 мм. Из таких же балок были сделаны продольные бимсы главной и верхней палубы. Особое внимание было обращено на обеспечение жесткой металлической передачи усилий от плиты на торцы броневых палуб, для чего как верхний, так и нижний шельф был образован из двух склепанных угольников 200 x 200 x 28 мм, с введенным между ними листом броневой палубной настилки. Между нижним концом броневой плиты и угольником на нижнем шельфе был закреплен металлический брусок, обеспечивающий непосредственное прилегание металла к металлу. При верхнем шельфе оба пояса — тонкий в 75 мм и главный в 300 мм были перекрыты друг с другом, чтобы обеспечить обоим поясам прочную опору в виде торца броневой палубы. Чтобы обеспечить жесткую металлическую передачу усилий при ударе снарядов в главный пояс, между плитами был забит металлический расчеканенный клин»[193].