Читать онлайн «Гробница Тутанхамона». Страница 72

Крепящие распорки кресла, покоробленные сыростью, проникавшей в гробницу, уже не отвечали своему назначению, так как их шипы вышли из отверстий пазов. Поэтому мы были озабочены лишь тем, как доставить эту эмблему власти в целости и сохранности в Каирский музей, не думая даже о реставрации трона, которая требовала разрешения целого ряда проблем.

Вместе с троном была найдена так же пышно украшенная скамеечка для ног из того же гарнитура (табл. 131). Она сделана из дерева, украшена фиолетовой глазурью и инкрустацией из слоновой кости, стекла и камней. На верхней части скамеечки золотом, черным и кедровым деревом инкрустировано обычное изображение девяти связанных недругов Египта, так что фараон как бы попирал ногами врагов своей страны.

Было нечто комичное и в то же время трогательное в положении перевернутого маленького белого креслица с высокой спинкой и ножками в виде звериных лап. Креслице, очевидно стоявшее раньше в детской фараона, очутилось в самом плебейском обществе: среди сосудов для вина и масла, рядом с большими корзинами для фруктов. Так же как и табурет из того же гарнитура, имеющий позолоченную орнаментальную решетку между сиденьем и нижними поперечными планками, оно громоздилось на ложах фараона.

Сразу же за порогом кладовой лежал придавленный тяжелыми каменными сосудами еще один белый табурет с полукруглым сиденьем, на сей раз на трех ножках (табл. 137, А). Довольно богато украшенный резьбой, он имеет сиденье, вырезанное в виде двух львов, связанных голова к хвосту. По краю сиденье обрамлено спиральным рисунком. Пространство между сиденьем и нижними поперечными планками, так же как у кресла и другого табурета из этого же гарнитура, забрано деревянной решеткой с традиционным орнаментом, символизирующим единение двух царств - Верхнего и Нижнего Египта.

Кроме необычной формы, табурет имеет еще одну оригинальную деталь, которая делает его в своем роде уникальным. У большинства египетских кресел и табуретов ножки оканчиваются либо копытами, либо львиными лапами и лишь изредка имеют вид утиных голов. У этого же табурета ножки вырезаны в форме собачьих лап.

Несмотря на то что и кресло и оба табурета сильно пострадали и лишились первоначальной окраски, они все еще дают представление о той обстановке, частью которой они являлись.

Напротив входа в кладовую, поверх всей утвари, наваленной у западной стены, лежало садовое кресло, сплетенное из тростника. Его сиденье и спинка покрыты раскрашенным папирусом, так же отделаны боковые и нижние планки кресла.

Рисунок на спинке изображал лепестки папируса, а на сиденье - «девять недругов», то есть девять связанных азиатских и африканских пленников в их характерных одеяниях.

Тростниковое плетение, состоявшее главным образом из расщепленных стеблей папируса, а также раскрашенная папирусная отделка настолько пострадали, что от всего кресла удалось сохранить лишь немногочисленные фрагменты.

Кроме того, здесь же оказалось еще несколько маленьких прямоугольных скамеечек для ног, разбросанных по всей кладовой. Они были сделаны из кедрового или черного дерева, а одна из них сочетала обе породы дерева с отделкой из слоновой кости. Судя по размерам, скамеечки могли предназначаться только для ребенка.

Особый интерес представляет круглый коврик, подобный тем, которые употребляются и поныне (табл. 136, Б). К сожалению, этот коврик явно знавал лучшие дни. Но даже его жалкие остатки говорят о том, что он фигурировал в каких-то церемониях. Коврик сплетен из тростника и обтянут холстом, однако холст украшен богатой и сложной вышивкой из сверкающего разноцветного бисера, изображающей связанных пленников-чужеземцев, лежащих вокруг центральной розетки.

Такой рисунок в древнем Египте обычно украшает скамеечки для ног и коврики. Здесь он окружен орнаментом из гирлянд, а края коврика обрамлены бисерной вышивкой, имеющей вид кружева. Если скамеечки явно предназначались для ног фараона, то на этом коврике он, очевидно, преклонял колени.

Посреди кладовой в окружении самой разнообразной утвари еле держался в шатком равновесии комод на четырех тонких ножках высотою около 60 сантиметров. Этот прелестный образчик древнего ремесла обладает изяществом египетской мебели и одновременно - всеми достоинствами той мебели, которую у нас принято называть мебелью стиля модерн.

Его совершенно гладкие панели сделаны из превосходного темно-красного кедрового дерева. Верхние и нижние поперечные, а также вертикальные рейки из черного дерева украшены инкрустированными хвалебными титулами и другими наименованиями фараона, начертанными иероглифическим письмом. Между дном комода и нижними перекладинами вставлен ажурный фриз, состоящий из эмблем «жизнь» и «благоденствие», причем эти вырезанные из черного дерева эмблемы чередуются с такими же, но позолоченными. Крышка откидывается назад на бронзовых петлях, прикрепленных к верхней поперечной рейке комода. На крышке и на передней панели вделаны две позолоченные круглые ручки, которые когда-то были скреплены веревкой с печатями.

Судя по табличке с иератической надписью, прикрепленной к панели такого же, только сломанного комода, найденного в той же кладовой, они, по-видимому, предназначались для хранения тонких льняных одеяний фараона. Однако их содержимое оказалось выброшенным, а может быть, и украденным, и единственное, что мы в них нашли, - несколько изящных подставок для головы, которые были сюда положены уже явно после ограбления гробницы.

Первая из подставок для головы (табл. 135) - великолепный образец резной утвари из слоновой кости. Пожалуй, это лучшее из всех до сих пор найденных произведений египетского символического искусства эпохи Нового царства. Подставка превосходно сохранилась и приобрела от времени специфический цвет.

Сюжет изваяния явно почерпнут из официальной религии. Он основан на древнем представлении о «космосе», когда все стихии заняли отведенное им место. Изваяние как бы иллюстрирует миф о супругах - боге земли Гебе и богине неба Нут, которых разлучил отец, бог воздуха Шу. Подобно коленопреклоненной кариатиде, бог Шу, опираясь на землю, вздымает ввысь богиню неба вместе со всеми ранее созданными божествами. Богиня неба Нут приняла в себя всех богов и превратила их в звезды.

На восточном и западном краях земли (то есть нижней части подставки для головы) лежат два льва: лев - «Вчера» и лев - «Завтра». Очевидно, они символизируют восход и закат бога солнца Ра, творца всех бессмертных и смертных существ. Однако эти львы могут также символизировать приход и уход Осириса, то есть умершего.

Фигурка бога воздуха Шу, вздымающего вверх небеса, и львы - лев восточного горизонта и лев западного - все преисполнено достоинства. Невольно проникаешься безмятежным спокойствием, исходящим от этого маленького изваяния, идея которого навеяна, вероятно, счастливой мыслью: во время сна голова фараона будет покоиться на «небе», и, может быть, он сам станет звездой на небосводе.

Вторая подставка для головы по конструкции напоминает маленький складной стул без спинки, сделанный из раскрашенной резной слоновой кости.

Эта подставка для головы тоже является прекрасным образчиком художественного мастерства, однако в ней не хватает высокого благородства первой подставки. Вместо него мы находим здесь пристрастие к гротеску. Ее украшают уродливые, окрашенные в темно-зеленый цвет головы демона мужского пола по имени Бес, которого суеверные египтяне почитали как домового, как бога - хранителя домашнего очага. Обязанностью этого демона в облике карлика было забавлять богов своей игрой на тамбурине и нянчить их детей.

Третья подставка для головы сделана из фаянса 'прекрасного синего цвета. В данном случае символизм уступает место эстетике. Красота подставки достигается лишь плавными закругленными линиями и богатством сочетания цветовой гаммы лазурита с золотой отделкой.

Точно так же сделана и четвертая подставка, вырезанная из непрозрачного бирюзового стекла, с пояском чеканного золота вокруг ножки.

Все эти подставки для головы являются принадлежностями ритуальной утвари, предусмотренными погребальным обычаем древних египтян. Они необходимы умершему для благополучия в загробной жизни. И мастера фараона, несмотря на ограничивавшие их рамки условности, сделали все возможное, чтобы придать подставкам для головы их царственного господина максимум красоты и простоты. Подставки не похожи друг на друга: каждая из них имеет свои особенности, говорящие о разнообразии традиционных форм изголовий «урс», предписанных «Книгой мертвых», «чтобы поддерживать голову покоящегося».

Среди ряда орнаментированных сундуков следует отметить один хотя и сильно пострадавший, но прекрасный образчик, обнаруженный в северном конце кладовой. Его крышка валялась в одном углу, а сам сундук - в другом, под грудой вещей, которые повредили своей тяжестью его стенки и ножки. Кроме отделки слоновой костью с тончайшей раскрашенной простыми красками рельефной резьбой, напоминающей древнегреческие монеты, этот сундук украшен бордюром из фаянса и полупрозрачного кальцита. По своему типу он может быть отнесен к той же категории, что и расписной ларец, найденный в передней комнате.