Читать онлайн «Война с персами. Война с вандалами. Тайная история». Страница 45

(27) Некоторые же утверждают, что Рим был взят Аларихом не так, но что одна женщина по имени Проба, из сенатского сословия, блиставшая и славой, и богатством, сжалилась над римлянами, погибавшими от голода и других бедствий: ибо они уже стали поедать друг друга. Видя, что у них нет уже никакой надежды на лучшее, поскольку и река, и гавань находились в руках врагов, она приказала своим рабам открыть ночью ворота города. (28) Собираясь уйти из Рима, Аларих провозгласил римским василевсом одного из эвпатридов, Аттала[14], возложив на него диадему, порфиру и все другое, что подобает царскому достоинству. Он делал это с целью низложить Гонория и передать всю власть над западной державой Атталу. (29) Поэтому Аттал и Аларих с большим войском отправились к Равенне. Этот Аттал не был способен ни сам здраво судить о делах, ни слушать разумный совет, когда ему его давали. (30) В самом деле, хотя Аларих этого совсем не одобрил, он послал в Ливию архонтов безо всякого войска. Так обстояли тогда дела.

(31) В то время и остров Британия отложился от римлян и находившееся там войско избрало себе василевсом Константина[15], мужа не из безвестных. Он, собрав флот и значительное войско, напал на Испанию и Галлию с тем, чтобы подчинить их себе. (32) А Гонорий держал суда наготове; он ожидал, каков будет исход событий в Ливии, намереваясь, если посланные Атталом люди будут прогнаны, плыть в Ливию и удержать за собой хоть эту часть своего царства; если же и там обстоятельства сложатся против него, плыть к Феодосию[16] и остаться при нем там. (33) Дело в том, что Аркадий уже давно умер, и его сын Феодосий, совсем еще юный мальчик, правил на Востоке. (34) Когда Гонорий был охвачен такими беспокойными мыслями и тяжкие валы бурной и ненадежной судьбы надвигалась на него, пришло вдруг огромное и удивительное счастье. (35) Ибо Богу угодно приходить на помощь тем, кто не отличается сообразительностью, и, попав в крайнее затруднение, сами не способны что-либо придумать, если только они не негодяи. Нечто подобное случилось и с этим василевсом. (36) Неожиданно из Ливии пришло известие, что архонты, посланные Атталом, убиты; что большое количество кораблей с сильным войском явилось ему на помощь из Византия, чего он не ожидал; что Аларих, поссорившись с Атталом, лишил того всех знаков царского достоинства и, сделав его частным человеком, держит под стражей. (37) Затем Аларих умер от болезни, а войско визиготов, возглавляемое Атаульфом[17], ушло в Галлию; Константин же, разбитый в сражении, погиб вместе со своими сыновьями. (38) Но Британию римляне уже не могли впредь вернуть под свою власть; она так и осталась под властью тиранов. (39) Готы, перейдя через Истр, заняли сначала Паннонию, а затем, с разрешения императора, заселили местности во Фракии. (40) Пробыв здесь недолгое время, они завоевали Запад. Но об этом я буду говорить, когда начну рассказ о войне с готами[18].

III. Вандалы прежде жили около Меотиды[19]. Страдая от голода, они направились к германцам, называемым теперь франками, и к реке Рейну, присоединив к себе готское племя аланов[20]. (2) Потом, двинувшись оттуда под предводительством Годигискла, они поселились в Испании[21], которая является первой страной Римской державы со стороны океана. Тогда Гонорий заключил соглашение с Годигисклом о том, что вандалы будут жить там, не причиняя вреда стране. (3) Так как у римлян существовал закон, что те, которые сами не пользовались своей собственностью в течение тридцати лет, не могут требовать ее обратно от тех, кто ею завладел, и в силу давности теряют право выступать на суде с жалобой, Гонорий издал закон, чтобы в течение всего того времени, которое вандалы проведут в пределах Римской державы, не действовал пункт о применении тридцатилетней давности[22]. (4) Когда дела на Западе обстояли таким образом, Гонорий скончался от болезни. Еще до того, как это случилось, вместе с Гонорием царскую власть разделил Констанций, муж сестры Аркадия и Гонория Плацидии[23]; однако, вступив на престол, он прожил только несколько дней, тяжко захворал и умер еще при жизни Гонория, не имев возможности ни сказать, на сделать чего-либо достойного: слишком коротко было время, в течение которого он был василевсом. (5) Сын этого Констанция, Валентиниан[24], только что отнятый от груди, воспитывался при дворе Феодосия, и римские придворные избрали василевсом одного из дворцовых воинов по имени Иоанн[25]. (6) Это был человек кроткого нрава, одаренный разумом, во в то же время способный к решительным действиям. (7) Пять лет своей власти он провел в благоразумной умеренности, не слушал доносчиков, никого не умертвил по произволу, ни у кого не отобрал имущества; против же варваров ему не удалось сделать ничего значительного, так как с Византием он был во вражде. (8) Сын Аркадия Феодосий послал против этого Иоанна большое войско под начальством Аспара[26] и Ардавурия[27], сына Аспара; он лишил Иоанна власти и передал царскую власть Валентиниану, совсем еще мальчику. (9) Валентиниан, захватив Иоанна живым, велел отправить его на ипподром Аквилеи, отрубить ему одну руку, провезти его перед народом посаженным на осла и, заставив испытать множество оскорблений от слов и действий мимов казнил. Так Валентиниан получил власть над Западом. (10) Его мать Плацидия вырастила и воспитала этого василевса в распущенной неге и роскоши, и поэтому он с детства предавался всяким порокам. (11) Он по большей части общался со знахарями и с теми,кто гадает по звездам; он безумно предавался любовным связям с чужими женами, ведя беззаконный образ жизни, хотя жена его была исключительной красавицей. (12) Поэтому он не только не вернул державе что-либо из того, что было раньше отторгнуто, но и потерял Ливию, да и сам погиб. (13) Когда же он умер, то его жена и дети оказались пленниками. Несчастие, постигшее Ливию, произошло следующим образом.

(14) Было два римских полководца, Аэций[28] и Бонифаций[29], оба исключительной доблести и по опытности в военном деле не уступавшие никому из своих современников. (15) Хотя они не имели согласия в том, как вести государственные дела, оба они были одарены таким величием духа и такими выдающимися качествами, что если бы кто назвал того или другого «последним из римлян», он бы не ошибся. Ибо вся римская доблесть оказалась сокрытой в этих мужах. (16) Одного из них, Бонифация, Плацидия назначила главнокомандующим всеми военными силами в Ливии. Это было не по душе Аэцию, однако, он не подал виду, что ему это не нравится. Их вражда еще не обнаруживалась, но была скрыта под личиной приязни. (17) Когда Бонифаций оказался уже далеко, Аэций оклеветал его перед Плацидией, говоря, что он хочет незаконно захватить власть над Ливией, отняв у нее и у василевса всю эту область; он говорил, что ей самой нетрудно убедиться в справедливости его слов: если она вызовет Бонифация в Рим, он ни в коем случае к ней не явится. (18) Когда Плацидия это услышала, ей показалось, что Аэций говорят верно, и она так и поступала. Аэций же, предупредив ее, тайно написал Бонифацию, что мать василевса злоумышляет против него и хочет его погубить. (19) Он утверждал, что есть у него и серьезное доказательство, а именно то, что очень скоро Бонифаций будет без всякой причины отозван в Рим. Вот что гласило письмо. (20) Бонифаций не пренебрег тем, что было в нем написано, и когда вскоре явились к нему посланники, чтобы позвать его к василевсу, он отказался повиноваться василевсу и его матери, никому не сказав о предупреждении Аэция. (21) Услышав такой ответ, Плацидия стала считать Аэция в высшей степени преданным государю, и начала обдумывать, как ей поступить с Бонифацием. (22) Тот же, понимая, что не может противиться василевсу и в то же время, если он вернется в Рим, ему не ждать пощады, стал размышлять, как бы ему заключить, насколько возможно, соглашение с вандалами, которые, как было сказано раньше, поселились в Испании, недалеко от Ливии. (23) В это время Годигискл уже умер, и власть перешла к его сыновьям, Гонтарису[30], рожденному от законной его супруги, и Гизериху[31] – его побочному сыну. (24) Первый, однако, был еще мальчиком и не обладал большой мощью, Гизерих же прекрасно знал военное дело и был необыкновенным человеком. (25) И вот Бонифаций, послав в Испанию самых близких своих людей, пришел к соглашению и с тем, и с другим сыном Годигискла с условием полного равенства, т. е. чтобы каждый из них, получив треть Ливии, самостоятельно управлял своими подданными; если же кто пойдет на них войной, они должны были общими силами отражать нападающих. (26) На основании этого договора, вандалы, перейдя через переправу в Гадире, прибыли в Ливию[32]; впоследствии на их месте в Испании поселились визиготы.