Читать онлайн «Война с персами. Война с вандалами. Тайная история». Страница 33

XIX. Велисарий, видя, что Нисибис очень хорошо укреплен, и не имея никакой надежды взять его, поспешил двинуться дальше, с тем чтобы внезапным вторжением нанести вред неприятелю. (2) Поэтому, снявшись с лагеря, он всем войском двинулся вперед. Пройдя однодневный путь, они оказались возле укрепления, которое персы называют Сисавранон[112]. (3) Там было множество жителей, а гарнизон его составляли восемьсот отборных персидских всадников, во главе которых был знатный муж по имени Влисхам. (4) Расположившись лагерем вблизи этой крепости, римляне приступили к ее осаде. Однако во время штурма они были отброшены назад и понесли в битве большие потери. (5) Ибо стены оказались очень крепкими, да и варвары отражали нападавших с огромным мужеством. Поэтому Велисарий, собрав всех своих военачальников, сказал следующее: (6) «Мужи-начальники! Опыт многих войн научил нас в трудных обстоятельствах предвидеть их последствия и уметь избегать опасности, избрав лучшее решение. (7) Вы понимаете поэтому, как опасно для войска продвигаться по вражеской земле, оставив у себя в тылу много укреплений, охраняемых к тому же множеством воинственных людей. (8) Именно в таком положении пришлось оказаться нам сейчас. Если мы пойдем вперед, то неприятель и отсюда, и из города Нисибиса будет тайно следовать за нами, и, что вполне вероятно, причинять нам беды в местах, подходящих для засады и всяких других козней. (9) Если же и другое войско попадется нам навстречу и вступит с нами в сражение, то нам по необходимости придется бороться и с теми, и с другими, и таким образом претерпеть от них непоправимое зло. Нечего уже говорить, что, если так случится и мы потерпим поражение в схватке, у нас не будет впредь никакой возможности вернуться на римскую землю. (10) Пусть не окажется так, чтобы мы из-за неразумной поспешности сами позволили снять с себя доспехи [оказавшись убитыми] и своим рвением причинили вред делу римлян. Неразумная смелость ведет к гибели, а разумная осторожность всегда приносит спасение тем, кто ее придерживается. (11) Итак, давайте останемся здесь и попытаемся взять эту крепость, а Арефу с его людьми пошлем в области Ассирии. (12) Ибо сарацины от природы неспособны штурмовать стены, а для грабежа и опустошения нет народа более пригодного, чем они. (13) Вместе с ними во вторжении примут участие и некоторые из наиболее боеспособных солдат с тем, чтобы они, в том случае, если не встретят никакого сопротивления, нанесли как можно больший ущерб тем, на кого нападут, а если же встретят какой-то вражеский отпор, легко могли бы спастись, отступив к нам. (14) Мы же, взяв, если Бог даст, эту крепость, со всем войском переправимся затем через Тигр, не опасаясь, что нам будет грозить с тыла какая-либо опасность, и уже хорошо зная, как обстоят дела в Ассирии».

(15) Эти слова Велисария всем показались верными, и он тотчас же приступил к исполнению этого плана. Арефе с его людьми он приказал двинуться в Ассирию, и вместе с ним он послал тысячу двести воинов, большинство из которых являлись его щитоносцами. Во главе их он поставил двух своих копьеносцев, Траяна и Иоанна, по прозвищу Фага [Обжора][113], оба они были прекрасные воины. (16) Он велел им действовать, во всем повинуясь Арефе; Арефе же он приказал разорять все, что попадется на пути, а затем вернуться в лагерь и сообщить, как обстоят дела в Ассирии с точки зрения ее военной мощи. (17) Итак, Арефа со своими людьми перешел Тигр и оказался в Ассирии. (18) Они нашли там страну плодородную, давно не подвергавшуюся опустошениям и никем не охраняемую. За время набега они разорили много тамошних местечек и собрали огромные богатства. (19) Между тем Велисарий, захватив в плен нескольких персов, узнал от них, что у осажденных в крепости сильная нехватка продовольствия. (20) Ибо они не придерживались обычая, существующего в Даре и Нисибисе, складывать в общественные амбары годовой запас продовольствия, и, кроме того, теперь из-за неожиданного нападения на них неприятельского войска, они не успели ввезти достаточного количества провианта. (21) Поскольку же в крепость неожиданно стеклось много беженцев, все они, естественно, страдали от недостатка продовольствия. (22) Когда об этом стало известно Велисарию, он послал туда Георгия, чрезвычайно разумного мужа, которому он поверял свои тайны, с тем чтобы он попытался узнать, не согласятся ли тамошние жители сдать крепость по какому-либо соглашению. (23) Георгий многими увещеваниями и ласковыми речами убедил их, чтобы они, взяв клятву сохранить им жизнь, сдались сами и сдали крепость римлянам. (24) Так Велисарий взял крепость Сисавранон и всех ее жителей, издревле являвшихся христианами и римлянами; он отпустил их, не причинив им вреда. Персов же вместе с их военачальником Влисхамом он отправил в Визáнтий, а стены укрепления срыл до основания. (25) Немного времени спустя василевс послал этих персов и Влисхама в Италию на войну с готами. Так закончились события, касающиеся крепости Сисавранон[114].

(26) Арефа же, испугавшись, как бы римляне не отняли у него добычу, не захотел больше возвращаться в лагерь[115]. (27) Отправив некоторых из своих людей якобы в качестве лазутчиков, он тайком приказал им как можно скорее вернуться и объявить всем, что большое вражеское войско находится у переправы через реку. (28) По этой причине он посоветовал Траяну и Иоанну возвращаться в римские земли другой дорогой. (29) Они так и не пришли к Велисарию, но имея Евфрат по правую руку, прибыли в Феодосиополь, расположенный на реке Аворрас. (30) Ничего не ведая об этом войске, Велисарий и римская армия пребывали в досаде и были исполнены страха и нестерпимого ужасного подозрения. (31) Поскольку им пришлось остаться здесь на весьма продолжительное время, многих солдат поразила сильная горячка, ибо подвластная персам Месопотамия чрезвычайно знойная страна. (32) Римляне к этому были непривычны, особенно те, что были родом из Фракии, и так как они пребывали в этой исключительно знойной местности и им приходилось летней порой жить в душных хижинах, они захворали, так что почти треть войска лежала полумертвой. (33) Все войско жаждало уйти оттуда и как можно скорее возвратиться в свою страну, а пуще всех командующие ливанскими войсками Рекитанг и Феоктист, которые понимали, что и время принесения даров сарацинами своему богу уже миновало. (34) Они не раз обращались к Велисарию с просьбой немедленно отпустить их, утверждая, что в то время как они сидят здесь без всякой надобности, все области Ливана и Сирии отданы на произвол Аламундару. (35) Поэтому Велисарий, созвав всех военачальников, устроил совещание. (36) Тогда первым встал Иоанн, сын Никиты, и сказал следующее: «О храбрейший Велисарий, никогда, я думаю, не было полководца, равного тебе ни по удаче, ни по доблести. (37) Такое мнение о тебе господствует не только среди римлян, но и среди варваров. (38) Эту славу, однако, ты еще больше укрепишь, если окажешься в состоянии спасти нас, приведя живыми на римскую землю, ибо теперь наши надежды на это отнюдь не блестящи. Посуди сам, в каком положении находится наше войско. (39) Сарацины и самые доблестные из наших воинов, перейдя через Тигр, не знаю, сколько дней тому назад, попали в такую беду, что даже вестника к нам не смогли прислать. Рекитанг и Феоктист, думая, что войско Аламундара уже находится в центре Финикии, грабя и разоряя все тамошние места, уйдут, как ты и сам, конечно, видишь. (40) Из тех, кто останется, такое количество больных, что тех, кто будет за ними ухаживать и повезет на римскую землю, окажется значительно меньше их самих. (41) При таких обстоятельствах, если случится так, что враг нападет на нас либо в то время, когда мы будем находиться здесь, либо когда мы будем отступать, некому, пожалуй, будет известить находящихся в Даре римлян о постигшем нас несчастье. (42) А о том, чтобы идти вперед, даже и говорить нечего. Поэтому пока остается у нас какая-то надежда, самым полезным для нас будет обдумать план нашего возвращения и претворить его в жизнь. (43) Ибо для людей, попавших в такое опасное положение, было бы безумием думать не о собственном спасении, а о том, как причинить вред врагу». (44) Так сказал Иоанн; все остальные одобрили его слова и, придя в волнение, стали требовать как можно скорее организовать отступление. (45) Поэтому Велисарий, посадив больных на вьючных животных, отправил их вперед, а сам со всем войском последовал за ними[116]. (46) Как только они оказались на римской земле, Велисарий узнал обо всем, что было сделано Арефой, но у него не было никакой возможности наказать его, поскольку он больше не показывался ему на глаза. Так завершилось это вторжение римлян.

(47) После того, как Хосров взял Пéтру, ему было объявлено о вторжении Велисария в Персию, о битве около города Нисибиса, о взятии крепости Сисавранон и о том, что совершило войско во главе с Арефой, перейдя реку Тигр. (48) Оставив гарнизон для охраны Петры, он тотчас со всем остальным войском и взятыми в плен римлянами вернулся в персидские пределы. (49) Таковы были события, произошедшие во время второго нашествия Хосрова. Велисарий же, явившись во вызову василевса в Визáнтий[117], провел там зиму.