Читать онлайн «Хетты и их современники в Малой Азии». Страница 13

Мир сохранялся еще несколько лет, до тех пор, пока персидский царь Кир не разгромил и не сверг индийского царя в 550 г. до н. э. В Центральной Анатолии снова возник политический вакуум. Царь Лидии Крез поспешил пересечь р. Галис, пытаясь захватить все, что можно, а в это время Кир вел свои войска через горные перевалы, чтобы защитить основанную им империю. В этой ситуации арбитры мирного соглашения 585 г. до н. э. заняли противоположные позиции: царь Хилакку встал на сторону Кира, а Вавилон поддержал Креза. В 546 г. до н. э. Крез был разбит и Лидия включена в Персидскую империю. А Хилакку за поддержку Кира получила в подарок Хуму. И уже не в первый раз название Хилакку (Киликия) отождествлялось со всей прибрежной равниной южнее гор Тавра. Почти полтора столетия Киликия оставалась вассальным царством и лишь в 401 г. до н. э. была окончательно лишена независимости и стала провинцией Персидской империи.

Персидское завоевание Анатолии по-настоящему положило конец истории народов, говоривших на хетто-лувийских языках. В Центральной Анатолии еще существовали отдельные группы народностей, которых греки называли «белые сирийцы» — возможно, потому, что они говорили на языке своих предков, когда греки впервые появились в Сирии.

На западе и юге Малой Азии, от Карии до Киликии, хетто-лувийские языки оставались в употреблении весь классический период, вплоть до начала нашей эры. Церковные писцы VI в. н. э. зафиксировали в рудиментарном языке Исаврии, по всей видимости, последние следы языка, носители которого хлынули потоком в Анатолию более трех тысяч лет назад.

Раскопки в поселениях II тысячелетия до н. э. в Анатолии дали множество сведений о том, как в те времена здесь жили и работали люди. Достаточно обширные исследованные районы в таких местах, как Богазкёй, Аладжа, Бейджесултан и Тарсус, позволили составить довольно ясное представление о плане, архитектуре типичного анатолийского города.

Прежде всего бросается в глаза, что большое внимание уделялось городской планировке. Улицы старались делать прямыми, насколько позволял рельеф местности, и зачастую засыпали их крупным гравием, на склонах же возводились террасы, и большое внимание уделяли дренажной системе и водосливам. Посередине многих улиц тянулись искусно прорытые и покрытые каменными плитами дренажные каналы; к ним примыкали малые каналы или глиняные трубы, отводившие канализационные воды от домов по обеим сторонам улицы. Аналогичные сточные канавы отходили от общественных зданий. Вся система в целом убедительно свидетельствует о наличии общегородской организации водоснабжения и канализации.

Рис. 14. Часть дренажной системы в Аладже

Планировка вне улиц зачастую не столь строга. Дома весьма различались по форме и размерам и создавали общее впечатление совершенно произвольной застройки. Хотя хетты-строители и придерживались в целом приблизительно прямоугольной планировки, они, по-видимому, не считали необходимым строго соблюдать прямые углы и расположение комнат. Их основная задача заключалась в том, чтобы до предела использовать все отведенное им в городе пространство.

Иногда встречаются дома определенного типа. Например, в Богазкёе, непосредственно за оградой храма, найдена группа одинаковых домов, каждый из которых состоял из внутреннего дворика с двумя комнатами в глубине, к которым были пристроены, стена к стене, аналогичные комнаты с двориками, открывавшимися на параллельную улочку. В остальных случаях можно сказать, что жилище хеттов состояло из нескольких помещений, располагавшихся вокруг внутреннего двора. Следует подчеркнуть, что внутренний двор далеко не всегда располагался в центре архитектурного ансамбля, а зачастую представлял собой передний двор, используемый для различных хозяйственных нужд.

Рис. 15. План домов севернее храма I в Богазкёе (А — дворы, В — улицы)

На юго-западе, в Бейджесултане, мы встречаем другой план жилища. Он состоит из двора, за которым располагается крытая веранда-галерея с широкими проемами на деревянных столбах. За этой галереей-холлом располагались другие внутренние комнаты по усмотрению хозяина. Так, один дом в том же городе имел форму мегарона или передней крытой галереи, к которой с одной стороны примыкала дополнительная комната.

Рис. 16. Дома. Бейджесултан II.A (А — дворы, В — передние комнаты, С — внутренние комнаты, D — очаг, Е — сточный колодец)

Строительным материалом обычно служил необожженный кирпич-сырец, который клали на каменный фундамент. Однако в тех районах, где не было недостатка в камне, он полностью заменял кирпич, а в лесистых местностях зачастую встречались деревянные балки и укрепления. Иногда дома строились в несколько этажей, в отдельных случаях кровля доходила до земли, что позволяло размещать внизу под ней складские помещения, а с другой стороны дома, наверху, как предполагается, находились жилые комнаты. Изредка часть внутреннего двора тоже была крытой. Окна, если они вообще существовали, были маленькие и прорубались в верхней части стен. Крыши делали плоскими из сплетенных и обмазанных глиной ветвей и клали на деревянные стропила.

Внутреннее убранство отличалось крайней простотой. Здесь были, разумеется, необходимые печи и очаги, а иногда каменные стоки, соединявшиеся с канализационными отводами. Других удобств и мебели было обнаружено мало. Вымощенные небольшие помещения внутри некоторых домов могли быть «банями» или «туалетами», иногда встречались даже известняковые ванны для детей с высеченными внутри сиденьями. В остальном же люди работали, ели и спали просто на полу.

Дома зажиточных горожан обычно строились вплотную друг к другу, ограничивались улицами или проулками. Встречались и дома, стоявшие особняком, которые зачастую принадлежали богачам или знати. Подобный дом, обнаруженный вблизи Львиных ворот в Богазкёе, по-видимому, был собственностью преуспевающего горожанина, однако строения в верхней части города, воздвигнутые на выступах естественной скалы, явно были «замками» представителей правящего класса. При строительстве этих зданий учитывалась окружающая местность, и потому в них опять же нет определенного плана.

Рис. 17. Район «малого дворца». Бейджесултан II (м — мегарон, к — конюшни, л— лавка, т — «трактир»)

В Нишантепе подобные строения до какой-то степени сохраняли прямоугольную форму. На внутренний двор выходили комнаты с трех сторон, и лестница, по-видимому, вела на верхний этаж. Такой план дома был, пожалуй, более типичным, чем строения в нижнем городе.

В Сарыкале сохранились остатки здания, которое ближе всего подходит к нашему представлению о замке: башнеподобный донжон на самом верху обрыва, к которому вела извилистая дорога, проходившая через систему многочисленных внешних оборонительных стен.

Планировка замка в Ениджекале имела неправильную форму. В нем было множество помещений, пройти в которые можно было через окруженный стенами внутренний двор, расположенный на скале. Эта предполагаемая реконструкция приблизительна и не претендует на полную достоверность.

Более «оригинальным» является дом, раскопанный в Аладже, вблизи главных городских ворот. Здание стояло на каменном фундаменте, полы приподняты над уровнем улицы. Камни надземной части фундамента чередуются по цвету — темные со светлыми; это редчайший пример попытки ввести декоративный элемент в гражданское домостроение. План же самого дома обычен, хотя его и нельзя считать абсолютно симметричным, поскольку центральный вход на северной стороне, ведущий во внутренний двор, куда выходили все комнаты, слегка сдвинут. Судя по размерам и местоположению, это было жилище важного чиновника.

Рис. 18. Реконструкция домов в Аладже

Мало что можно сказать о прочих более крупных зданиях в других местах раскопок. Например, в Бейджесултане так называемый «малый дворец» состоял из двух отдельных дворов, внешнего и внутреннего, с рядом примыкающих комнат и с чем-то вроде прихожей или холла с одной стороны. В Тарсусе двухэтажное здание, окружавшее с трех сторон внутренний двор, по-видимому, было чьей-то официальной резиденцией или служило для административных целей. За исключением внешнего двора и внутреннего зала, в архитектуре этого здания нет ничего примечательного.

Рис. 19. «Замок» в Богазкёе. Реконструкция

Внутри частных домов иногда встречаются помещения не только для людей, но и для животных. В Тарсусе, в большом доме на склоне холма, получившем в отчете из-за многочисленных глиняных оттисков печаток название «резиденция правителя», в полуподвальном помещении, нашли вместительное стойло. Судя по его размерам, археологи сначала предположили, что оно предназначалось для ослов. Позднее, правда, возникла версия, что здесь все-таки жили люди. Если первая версия правильна, животные спускались сюда с улицы по ступенькам, пересекали особое помещение (для упряжи) и только после этого добирались до своего стойла. Сверху эта конюшня была покрыта каменными плитами, которые образовывали террасу для людей, живших над стойлом. В Бейджесултане обнаружены помещения, явно предназначенные для содержания лошадей, со стойлами, загонами для жеребят, с комнатами для конюхов и с остатками соломы на полу.