Читать онлайн «Тайная история атомной бомбы». Страница 100

Так или иначе, внимание физиков Лос-Аламоса вновь было приковано к новым американским ядерным испытаниям под кодовым названием «Перекрестки». Испытания должны были пройти на тихоокеанском атолле Бикини и на Маршалловых островах. Целью испытаний ставилось изучение воздействия стандартных атомных бомб типа «Толстяк» на специфические цели, например на надводные корабли. Для создания усовершенствованных моделей оружия требовалось полностью выяснить свойства базовой модели. А усовершенствование имеющихся бомб было необходимо для разработки таких моделей, в которых применяется термоядерный синтез. Несмотря на первоначальный размах, оказалось, что немедленно развертывать масштабный проект по бомбе «Супер» не планируется. Теллер был разочарован. Он обвинял в этом Брэдбери.

Фукс участвовал в дискуссиях по бомбе «Супер», в работе над «левитирующей» моделью имплозии и над композитным ядром, в обсуждении производства и обработки плутония. Значительная часть этой информации была очень ценна для СССР, но из-за дезертирства Гузенко и последовавших арестов в Канаде и Британии разведывательную деятельность в Америке временно приостановили. Правда, не исключено, что Фукс что-то передавал Яцкову через Лону Коэн в период с октября 1945-го по июнь 1946-го.

21 мая физик Луи Слотин продемонстрировал в каньоне Парахито нескольким коллегам по Лос-Аламосу критическую сборку, в которой использовал то же плутониевое ядро, которое погубило Даглиана. Проводя эксперимент, Слотин отделял друг от друга две полусферы бериллиевого отражателя нейтронов кончиком отвертки. Это был необычный эксперимент, и Слотин, который участвовал в сборке ядра для испытания «Троица» и вообще был опытным исследователем, должен был знать, что делает. Отвертка соскользнула, и сборка немедленно стала критической. Слотин получил смертельную дозу радиации. Он смог сдвинуть верхнюю полусферу со сборки и таким образом спас жизни своим товарищам. Слотин умер через девять дней, 30 мая.

Тогда Фуксу вместе с Филиппом Моррисоном поручили расследовать этот несчастный случай, что стало для Фукса последней задачей в Лос-Аламосе. Он покинул Холм в июне, в последний раз нарушил правила безопасности, написав конфиденциальный отчет о дейтериево-тритиевых реакциях, который ему поручили взять в Вашингтон для Чедвика. Он еще раз навестил сестру в Кембридже и там получил срочную телеграмму от Кокрофта: он приглашал Фукса на заседание Харвеллского руководящего комитета, намеченное на 1 июля. Фукс вылетел в Великобританию из Монреаля 27 июля.

Холл также должен был уехать из Лос-Аламоса. В конце мая ему объявили, что отсутствует уверенность в его благонадежности. После просмотра личного дела в картотеке службы безопасности его, вероятно, признали непригодным к работе в проекте и обязали уехать с Холма через несколько дней. На Холла не собрали достаточно улик, чтобы возбудить дело. 24 июня Холл был уволен с положительной характеристикой.

Грингласс отказался продолжать работу в Лос-Аламосе. Он был уволен с положительной характеристикой четырьмя месяцами ранее, 29 февраля. Вместе с женой Рут он переехал на Манхэттен и открыл свое дело вместе с братом жены.

Целью операции «Перекрестки» была проверка, как атомное оружие воздействует на «испытательный» флот из 71 корабля. Суда привели и поставили на якорь в лагуне атолла Бикини. До того момента руководство флота США понимало, что этот род войск «исключен» из атомных испытаний. Теперь флот должен был сыграть свою роль. Нужно было выяснить, сможет ли военно-морской флот противостоять удару атомного оружия и как результат испытания отразится на будущем распределении ресурсов между ВМФ и ВВС при формировании послевоенного американского оборонного бюджета.

В операции «принимали участие» списанные американские суда, в том числе авианосец Saratoga и боевые корабли Nevada, Pennsylvania, Arkansas и New York. Кроме того, в испытании участвовали трофейные корабли, в частности немецкий крейсер Prinz Eugen и японский боевой корабль Nagato. На некоторых кораблях поместили растения и животных — на них предполагалось проверить воздействие радиации. На кораблях имелось различное количество вооружения и топлива для имитации боевых условий.

Первое испытание под названием «Эйбл»[180] заключалось в сбросе бомбы с воздуха на боевой корабль Nevada, «ветерана» Перл-Харбора. Его выкрасили в оранжевый цвет, чтобы он был лучше заметен с воздуха. На расстоянии 900 метров от Nevada стояли на якоре еще 23 корабля. Остальные были еще более удалены, на них располагалась аппаратура для измерения эффекта от радиации и от воздействия взрыва.

Операция широко освещалась в СМИ, причем для наблюдения за ней (с американского боевого корабля Appalachian) пригласили более 130 корреспондентов газет, журналов и радиостанций из США, Австралии, Великобритании, Канады, Франции и Китая. Среди них были также два советских журналиста.

Испытание «Эйбл» состоялось 1 июля 1946 года в первые минуты после 9:00 по местному времени. Взрывная сила бомбы составила 23 000 тонн в тротиловом эквиваленте, но само испытание чуть не стало катастрофой. Бомбу сбросили примерно в 400 метрах от цели. Был потоплен американский военный корабль Gilliam, кроме того, еще четыре судна затонули либо получили тяжелые повреждения. Видя, что корабль-цель остался на воде, генерал Джозеф Стилвелл по прозвищу Уксусный Джо выругался: «Эти чертовы авиаторы снова промазали!»

С точки зрения демонстрации ужасающей разрушительной силы атомного оружия испытание также провалилось. Корабль со зрителями находился слишком далеко. Один из советских обозревателей, Семен Александров, издалека наблюдавший за этим представлением, с некоторым презрением заметил, что испытание вышло «не очень». Газета «Экономист» писала: «Первое испытание атомной бомбы на атолле Бикини, чрезмерно, а иногда и легкомысленно разрекламированное, оставило впечатление обычного фейерверка, да и то с перебоем».

Зато испытание повлекло долговременные последствия. Американские матросы прибыли на атолл Бикини всего через семь часов после взрыва. Они плавали в лагуне и поднимались на борт кораблей-мишеней, оставшихся на плаву.

Второе испытание под кодовым названием «Бейкер» провели 24 июля примерно в 21:30 по местному времени. Это испытание оказалось более успешным. Бомба взорвалась под водой на глубине примерно 25 метров с силой около 23 000 тонн в тротиловом эквиваленте. На месте взрыва высоко в воздух поднялся гигантский столб воды и пара, и на корабли-цели сразу же вылился радиоактивный ливень. Однако интерес ко второму испытанию был уже гораздо ниже, чем к первому (сыграло роль разочарование от «Эйбл»), репортажей и комментариев о «Бейкер» было значительно меньше.

Испытания «Перекрестки» не позиционировались как часть американской атомной политики. Не планировалось, чтобы они стали плохо завуалированной демонстрацией превосходства Америки в атомной сфере и еще одним предупреждением Советскому Союзу. Но само время проведения испытаний — почти сразу после того, как Барух внес свои предложения в Комиссию ООН по атомной энергии, — выбрали неудачно. В администрацию Трумэна пришли тысячи писем с мольбами прекратить испытания. Одна женщина с Лонг-Айленда написала: «Соединенные Штаты не могут рассчитывать на доверие людей со всего мира, если наши усилия, направленные на пропаганду мира, будут подкрепляться демонстрацией превосходства и мощи». Оппенгеймер отказался наблюдать за испытаниями и усомнился в их оправданности, «в то время как мы только начинаем реализовывать планы по ликвидации [атомного оружия] из национальных вооружений». В статье на первой полосе газеты «Правда» эти испытания назвали «обычным шантажом», который «в принципе подрывал веру в серьезность намерений Америки, связанных с ядерным разоружением».

По совету Гровса третье испытание отменили. В этот момент отношения с Советским Союзом осложнились как никогда. Ученые Лос-Аламоса должны были сконцентрировать усилия на создании американского арсенала ядерного оружия.

К тому времени, как законопроект Макмагона приняли обе палаты Конгресса, в него внесли существенные изменения. Исчез призыв к либеральному распространению технической информации. Вместо него в разделе, озаглавленном «Контроль над информацией», появилась формулировка «закрытая информация»:

Термин «закрытая информация» в трактовке данного раздела означает любые данные, касающиеся производства или использования ядерного оружия, производства ядерного топлива, ядерной энергии, но не включает те данные, которые [американская] Комиссия [по атомной энергии] может время от времени допускать к печати, если это не окажет негативного влияния на оборону и безопасность.