Читать онлайн «Взлет и падение Османской империи». Страница 81

17 июня 1919 г. великий визирь был наконец выслушан Советом десяти в Версале. В своей пространной речи он фактически предложил приравнять младотурецкий геноцид в отношении христиан Османской империи к «страданиям и бедствиям трех миллионов мусульман империи». Лейтмотивом речи Ферид-паши было сохранение принципа статус-кво в отношении Османской империи в границах 1913 г. Визирь напомнил, что в «турецком вопросе затронуты интересы трехсот миллионов мусульман всего мира».

Ну а пока шли дебаты в Версале, Италия и Германия решили делить Малую Азию сами. 22 марта 1919 г. итальянский линкор «Регина Елена» в сопровождении эсминцев вошел в порт Анталия, а 27 марта с кораблей был высажен десант, оккупировавший город. 3 апреля десант был усилен батальоном пехоты, доставленной транспортом «Лигурия». Еще два корабля — эсминец и канонерская лодка — вошли в порты Макри и Бурдрум (Бодрум), а 29 апреля итальянская эскадра в составе линкора, двух легких крейсеров и трех эсминцев пришла в Смирну.

Премьер Венизелос решил действовать, чтобы не оказаться перед свершившимся фактом. Умело манипулируя «итальянской угрозой» и ссылаясь на необходимость защитить малоазийских соотечественников, он добился от участников конференции согласия на ввод греческих войск в район Смирны. Таким образом предполагалось блокировать односторонние действия Италии. 15 мая 1919 г., еще до того, как официально был определен размер и статус зоны вторжения, с греческих судов в Смирне (Измире) высадилась первая греческая пехотная дивизия. Замечу, что к началу XX века христиане продолжали составлять большинство населения города, поэтому мусульмане называли его «Гяур Измир» («Неверная Смирна»).

В 1890 г. население Смирны составляло 210 тыс. человек, из них 107 тыс. греков, 52 тыс. мусульман (без определения народностей), 23 тыс. евреев, 12 тыс. армян, 6500 итальянцев, 2500 французов, 2200 австрийцев, 1500 англичан (преимущественно с Мальты) и т.д. В городе было более 40 мечетей, 13 православных, 4 католических, 3 протестантских и 3 армянских церквей, 6 синагог, несколько христианских монастырей. Смирна делилась на две главные части: франкский (верхний) город, отличавшийся чистотой и благоустроенностью, и турецкий (нижний), отличавшийся запущенностью. Между ними располагался еврейский квартал. Лучшей частью Смирны считалась ее набережная (Marina), застроенная богатыми домами европейской архитектуры.

И вот греческая пехота марширует по Смирне. Из толпы турок раздаются выстрелы. Реакцией военных стала кровавая расправа над тремя десятками безоружных турецких пленников. Это послужило сигналом к действию: местные греки принялись громить и грабить дома турок. В течение недели греческие солдаты и туземные греки убили несколько тысяч мирных жителей из числа мусульман, включая женщин и детей. Греческие войска двинулись вглубь Малой Азии под предлогом «обеспечения собственной безопасности».

Параллельно с солдатами воевали и греческие... попы[47]. 12 октября 1918 г. отрекся от престола константинопольский патриарх Герман V. Формальной причиной отречения стал конфликт с иерархами по чисто каноническим вопросам, а фактической была боязнь премьера Венизелоса, что Герман будет препятствовать реализации «Мегами Идеа». Целый ряд причин, в основном организационного порядка, не позволяли избрать нового патриарха. Местоблюстителем константинопольского престола становится епископ константинопольский Дорофей, активный поборник «Мегами Идеа». Местоблюститель с момента начала оккупации Константинополя войсками Антанты начинает по гражданским вопросам обращаться к союзной военной администрации и полностью игнорирует турецкие власти.

«21 января 1919 г. Дорофей под защитой расположенного в городе Греко-Иритского полка приступил к отмене преподавания турецкого языка в греческих школах. А 16 марта в церквях Константинополя была обнародована резолюция об "Объединении с Грецией", после которой патриархия и греки отказались сообщаться с Блистательной Портой. Когда греки также отказались участвовать в ноябрьских выборах, разрыв с турецкими властями оказался полным. Патриархия, в сущности, организовала политический заговор против Оттоманской империи, изменяя тем самым 466-летнюю традицию подчинения мусульманам в области политики»{98}.

Понимая шаткость своего положения, Дорофей лихорадочно ищет союзников. Так, в январе 1919 г. была проведена греко-армянская конференция с целью координирования деятельности этих двух групп населения в городе. Летом 1919 г. митрополит Николай Кесарийский от имени патриархии принял приглашение Совместной комиссии Всемирной Конференции «Вера и Устройство», предтечи Всемирного совета церквей, принять участие в ее предварительной конференции в Женеве в будущем году. Он сказал, что патриархия «протягивает руку помощи трудящимся на том же поле и в том же винограднике Господнем».

В январе 1920 г. местоблюститель Дорофей со своим Синодом выпустил в свет документ, ставший программой экуменизма. Это окружное послание было выработано на конференции иерархов-профессоров богословской школы на острове Халки, возглавляемой митрополитом Германом Селевкийским (впоследствии Фиатирским и Великобританским). Оно было адресовано «всем Христианским Церквам всего мира» и провозглашало, что «первой необходимостью является оживление и усиление любви между Церквами, не считая друг друга странными и пришельцами, но близкими и родными во Христе и едиными сонаследниками обетования Божия во Христе». «Эта любовь, — говорилось в послании, — и благожелательное расположение друг ко другу могут быть выражены и доказаны, на наш взгляд, особенно посредством следующих действий:

а) принятие единого календаря для одновременного празднования великих христианских праздников всеми Церквами;

б) обмен братскими посланиями в дни великих праздников единого календаря;

в) близкие дружеские отношения между представителями различных Церквей;

г) общение между богословскими школами и представителями богословской науки, а также обмен церковной периодикой и изданиями, выходящими в каждой из Церквей;

д) посылка молодых людей из школ одной Церкви на учебу в школы других Церквей»{99}.

Англичан меньше всего устраивала реставрация Византийской империи и переход Проливов под греческий контроль. Премьер Ллойд Джордж экстренно вызвал в Версаль из Индии делегацию в составе представителей индийских колониальных властей и Мусульманской лиги. «Члены делегации (и англичане, и индийцы) дружно просили оставить Стамбул за турецким султаном-халифом, которого "любят и почитают все индийские мусульмане"; прозвучало недвусмысленное предостережение о непредсказуемых волнениях в исламском мире, если халиф-султан падет, а Османская Турция будет расчленена между европейскими державами.

Угроза была достаточно реальная, если учесть массовые антибританские волнения в 1919 г. в Северной, Северо-Западной и Центральной Индии. Султан-халиф мог бы своим авторитетом оказаться весьма полезным для сдерживания страстей в Британской Индии»{100}.

В итоге союзники задумались, и в 1919 г. вопрос о Константинополе остался лишь дискуссионной проблемой.

А между тем в восточной части Малой Азии началось движение турецких националистов. Как уже говорилось, понтийские греки пытались создать свое государство в восточной части черноморского побережья Анатолии. Министр внутренних дел султанского правительства для наведения порядка предложил отправить туда генерала Мустафу Кемаля. Его назначили инспектором 9-й армии, штаб которой находился в Эрзеруме. Таким образом, он стал уполномоченным представителем правительства на всей территории Анатолии к востоку от Анкары. 16 мая 1919 г. Мустафа Кемаль сел на пароход «Бандырма» в Константинополе и через три дня прибыл в Самсун, расположенный на анатолийском побережье Черного моря.

Эту поездку современные историки считают «звездным часом» Турции. Двухкомнатная каюта Кемаля сейчас служит главным предметом экспозиции в Морском музее Стамбула.

Прибытие Кемаля в Самсун совпало с резней, учиненной греками в Смирне. Турецкие войска и население были вырезаны. И вот Кемаль вместо того, чтобы распустить мобилизованные на местах войска, приложил все усилия, чтобы сохранить их в боеспособном состоянии для предстоящей борьбы за независимую Турцию. Султан, узнав об этой инициативе Кемаля, велел ему немедленно возвращаться в Константинополь, однако Кемаль проигнорировал приказ. «Я останусь в Анатолии до тех пор, пока турецкий народ не добьется независимости», — заявил он.

22 июня 1919 г. Кемаль в городе Амасье издал циркуляр, в котором утверждалось, что независимость Турции находится под угрозой, а также объявлялось о созыве Сивасского конгресса. Сторонники Кемаля заранее завербовали множество офицеров и чиновников, в ведении которых находилась телеграфная сеть Анатолии и Фракии.