Читать онлайн «История Русской армии». Страница 116

* * *

Частичная мобилизация 1 ноября 1876 года затронула 20 пехотных, 8 кавалерийских дивизий, 3 стрелковые, 2 саперные бригады и льготные казачьи части. Для доведения этих войск до штатного состава военного времени было призвано 225000 запасных, 33000 льготных казаков, а по конской мобилизации поставлено 70000 лошадей. Из мобилизованных войск поведено составить 6 армейских корпусов и особый Кавказский. Корпуса эти были: VII князя Барклая де Толли-Веймарна (15-я и 36-я пехотные, 7-я кавалерийская дивизии), VIII генерала Радецкого (9-я и 14-я пехотные, 8-я кавалерийская дивизии), которому была придана 4-я стрелковая бригада, IX барона Криднера{183} (5-я и 31-я пехотные, 9-я кавалерийская дивизии), Х князя Воронцова{184} (13-я и 34-я пехотные, 10-я кавалерийская дивизии), XI князя Шаховского{185} (11-я и 32-я пехотные, 11-я кавалерийская дивизии), XII генерала Ванновского{186} (12-я и 33-я кавалерийская дивизии) — все в 2 пехотных и 1 кавалерийскую дивизию. Кавказский корпус генерала Лорис-Меликова{187} был в двойном против прочих составе (Кавказская гренадерская, 19-я, 38-я и 39-я пехотные. Кавказская кавалерийская и казачья дивизии).

VIII, IX, XI и XII корпуса образовывали Действующую армию, VII и Х назначались для охраны Черноморского побережья (результат гнетущего воспоминания о высадке союзников в Крыму). Общая численность мобилизованных войск простиралась до 390000 строевых, из них 130000 назначено в Действующую армию, 60000 — на Черноморское побережье, 40000 — на Кавказ. Внутри страны оставалось на мирном положении еще 730000. Иными словами, мобилизована лишь третья часть вооруженной силы, и из этой трети опять-таки третья часть назначена в главные силы — Действующую армию.

Ввиду слабости турецкой армии Милютин, а с ним и Главный штаб полагали возможным достигнуть решительных результатов без напряжения вооружённых сил России и находили достаточным для этого иметь на главном, Балканском театре войны всего 4 корпуса. Черпая всю свою информацию о противнике из случайных, непроверенных источников (главным образом иностранных газет), петербургские стратеги считали силы турок на Балканах около 200000, из коих против России могло быть использованным не свыше 80000. Донесения агентов представляли турецкую армию совершенно дезорганизованной.

В основу плана войны легли следующие соображения.

Превосходство турецкого флота на Черном море было подавляющим. Операционную линию надлежало поэтому удалить сколь можно от побережья, направив главный удар в Западную Болгарию. Первой целью кампании следовало поставить скорейшее занятие Румынии, дабы лишить турок возможности активной обороны первой естественной преграды — линии Дуная. Перейдя Дунай, оставить 1–2 корпуса (примерно треть всех сил) для наблюдения за сильными крепостями, а остальными 2–3 двинуться на Балканы и, преодолев эту вторую естественную преграду, идти на Константинополь — объект всего похода. Кавказскому корпусу надлежало отвлечь неприятельские силы от главного театра и овладеть Эрзерумом. Кампания 1829 года — забалканский маневр Дибича — в общих своих чертах продолжала служить русской стратегии трафаретом в 1877 году, как и в Восточную войну.

Между объявлением мобилизации и объявлением войны прошло свыше пяти месяцев. Корпуса Действующей армии были перевезены по железным дорогам в долину Днестра и расположились постоем у обывателей, частью в Бессарабии, частью в смежных уездах Подольской и Херсонской губерний (последствием скученности и антисанитарных условий этого постоя в войсках развился тиф). Главнокомандующим был назначен брат Государя великий князь Николай Николаевич-Старший, начальником штаба — генерал Непокойчицкий{188}. Главная Квартира находилась в Кишиневе.

В феврале 1877 года у нас было образовано помимо уже имевшегося Гвардейского корпуса еще 9 армейских корпусов (Гренадерский, 1 — У1, XIII и XIV). Из них в марте и апреле мобилизовано и двинуто к Днепру три — IV генерала Зотова{189} (16-я и 30-я пехотные, 4-я кавалерийская дивизии), XIII генерала Гана{190} (1-я и 35-я пехотные, 13-я кавалерийская дивизии) и XIV генерала Циммермана{191} (17-я и 18-я пехотные дивизии). Сверх того 3 дивизии (20-я, 21-я и 41-я) мобилизованы на Кавказе. Таким образом к моменту объявления войны для действий против Турции было мобилизовано 530000 человек около половины вооруженных сил России: 25 пехотных и 9 кавалерийских дивизий.

Остальные 23 пехотных и 8 кавалерийских дивизий пока оставлены на мирном положении. В казачьих войсках было мобилизовано свыше двух третей всех частей и выставлено (помимо четвертых полков кавалерийских дивизий) еще 4 казачьи дивизии и 4 отдельные бригады.

Тем временем Турция тоже успела изготовиться, доведя свою армию до 450000 регулярных и 100000 иррегулярных войск. Вся пехота была снабжена превосходными винтовками Пибоди-Мартини, далеко превосходившими своими баллистическими качествами наши ружья Крнки, конница получила магазинные карабины Винчестера, а артиллерия — дальнобойные стальные крупповские орудия, правда, в небольшой сравнительно с пехотой пропорции. Из всех этих сил к моменту объявления войны на Балканах находилось 300000, из коих до 200000 могло быть привлечено к действиям против русских. Сердарь-экремом был назначен победитель при Дьюнише Абдул-Керим{192}. Ему указано придерживаться активно-оборонительного образа действий, сосредоточить главные силы в знаменитом четырехугольнике крепостей Рущук — Шумла — Базарджик — Силистрия, завлекать переправившихся русских к Балканам, в глубь Болгарии, и затем разгромить их, обрушившись на их левый фланг и сообщения. Одновременно с этим довольно значительные силы Османа-паши{193} были сосредоточены в Западной Болгарии, у Софии и Виддина, имея задачей наблюдение за Сербией и Румынией и воспрепятствование соединению русской армии с сербами. Кроме того, небольшие отряды занимали балканские проходы и укрепления по Среднему Дунаю.

* * *

Во исполнение плана кампании в русской Главной Квартире решено было по быстрому занятии Румынии переправиться через Дунай на участке Никополь Систов, а затем быстро наступать к главному из балканских проходов — Шипке, где перевалить через Балканы. Сознавая недостаточность наших сил, великий князь просил усилить Действующую армию двинутыми на Днестр IV, XIII и XIV корпусами, но в этом ему было отказано. Кабинетные стратеги полагали 8 дивизий вполне достаточным для сокрушения Турции, а все остальные силы хотели иметь в различных заслонах, презервах и наблюдательных отрядах.

12 апреля, в день объявления войны, наша армия перешла Прут четырьмя отрядными колоннами, соответствовавшими в общем четырем ее корпусам. По железной дороге (от Унген на Бухарест) перевозились лишь главные силы I корпуса, все остальные войска шли походным порядком: VIII и XII корпуса к Бухаресту, XI — к Браилову. Командир этого последнего, князь Шаховской, опасаясь выдвижения турок на Серег, выслал вперед лихого Стекова с 29-м Донским полком, который, пройдя 80 верст в 9 часов, к вечеру овладел Барбошским мостом — переправой через Серег. 13 апреля занят Галац, 14-го Браилов, и в устьях Серета устроены минные заграждения. Развертывание армии было обеспечено, и к 10 мая оно закончилось. Авангард — вся конница, 32-я пехотная дивизия и 4-я стрелковая бригада — стал по Дунаю от устья Ольты до Калараша, главные силы сосредоточились к югу от Бухареста (VIII, IX, XII корпуса) с целью подать туркам повод думать, что переправа намечена у Журжи. Главная Квартира находилась в Плоештах.

Ближайшей преградой явился Дунай, сильно в ту весну разлившийся. Турки имели на нем до 20 броненосцев, на которые сильно надеялись. Однако вместо того, чтобы сосредоточить их для действий в решительном пункте, они разбросали свои корабли по всему течению от Виддина до моря (по 1 или по 2), поставив их в подчинение комендантам крепостей. Обе стороны сооружали по Дунаю батареи. В перестрелках этих батарей друг с другом и с кораблями и лихих поисках наших минных катеров на турецкие броненосцы прошел весь апрель и весь май. 29 апреля нашей тяжелой артиллерией взорван у Браилова флагманский турецкий корвет Лютфи-Джелиль, погибший со всей командой. 14 мая минными катерами лейтенантов Шестакова и Дубасова потоплен монитор Хивзи Рахман. Турецкая речная флотилия была расстроена, и значение ее сведено на нет нашими моряками, устроившими ряд заграждений и ставшими полными хозяевами на Нижнем Дунае.

В последних числах апреля по настоянию великого князя в состав Действующей армии были включены стоявшие на Днестре три корпуса: IV стал перевозиться по железной дороге к главным силам (но не смог сосредоточиться раньше конца июня), XIII и XIV, стоявшие ближе, двинуты походным порядком на Нижний Дунай сменить XI корпус (их сосредоточение на Дунае закончилось в последних числах мая).

Подход этих крупных русских сил на Нижний Дунай встревожил турок, ставших полагать, что русские собираются вторгнуться в Добруджу. Сераскириат предписал Абдул-Кериму передвинуть в Добруджу главные силы из четырехугольника. Турецкому главнокомандующему стоило большого труда добиться отмены этого предписания — он полагал, что русские переправятся на Среднем Дунае, между Рущуком и Виддином (как оно и случилось). Турки стали укреплять Никополь, Систов и Туртукай. Непрерывно меняя свои предположения, они все более подчинялись русской инициативе, разбросали свои усилия и перешли к чисто пассивной обороне линии Дуная. В середине июня у них было собрано для борьбы с Россией около 200000 человек при 450 орудиях (16000 — в Добрудже, 107000 — в четырехугольнике, 13000 — по Дунаю, 39000 Османа — у Виддина, 23000 — на Балканах и в остальной Болгарии). У нас собралось в Румынии до 185000 сабель и штыков при 846 орудиях. Румынская армия в свою очередь насчитывала 45000 бойцов и 150 орудий.