Читать онлайн «Евреи, Христианство, Россия». Страница 72

Лишь социал-демократ Хаустов огласил декларацию, по духу своему выпадающую из общего стиля. Он выразил "надежду, что солидарные между собой социалистические силы всех стран сумеют найти в себе достаточные силы, чтобы превратить настоящую войну в последнюю вспышку милитаристического и капиталистического строя". Ему аплодировали только большевики. Конец заседания в Таврическом дворце сопровождался пением гимна "Боже, Царя храни", бурными возгласами "Ура!". Многочисленная толпа, стоявшая у дворца, встретила депутатов овациями. Таков был всеобщий дух начала войны.

Мобилизация 10-миллионной армии прошла без проблем. Проводы солдат на фронт выливались в патриотические манифестации. Провозгласили сухой закон. Для помощи раненым и семьям убитых либеральной интеллигенцией были созданы Всероссийский земский союз и Всероссийский союз городов. 80 % экономики страны переводятся на военное производство. Страна едина, как никогда. 1914 год - год апофеоза династии Романовых и последний год ее силы, законности и славы. Что нужно было для сохранения единства воюющей страны? Только одно - быстрая победа!

Главнокомандующим назначается В. Кн. Николай Николаевич, лихой кавалерист выше двух метров ростом, популярный в армейской среде человек. Образуется два фронта: северо-западный - против Германии и юго-западный - против Австрии. Несмотря на военное превосходство немцев, особенно в артиллерии, русская армия проявила себя в первый год войны достойно. Начав с продвижения в Восточной Пруссии, две русские армии - первая под командованием Ренненкампфа и вторая под командованием Самсонова - нанесли врагу поражение под Гумбинненом, в котором немцы потеряли много техники и до 2/3 личного состава. Чтобы предотвратить катастрофу, начальник германского Генштаба Мольтке перебросил в Восточную Пруссию с фронта на Марне два корпуса и кавалерийскую дивизию, а из-под Меца еще один корпус. Ген. Жилинский, командующий нашим северо-западным фронтом, не сумел скоординировать действия армий Ренненкампфа и Сазонова. Обе армии, растянув коммуникации, без резервов, двигались согласно приказу Жилинского - первая к Кенигсбергу на северо-запад, вторая на запад. Взаимодействия армий не было. Этим воспользовался Гинденбург, командующий 8-й германской армией, нанеся 27 августа при Танненберге мощный удар во фланг армии Самсонова, обескровленной и растратившей свой боезапас. Два корпуса армии Самсонова погибли, около 100 тысяч русских солдат попало в плен. Остатки армии Самсонова отступили к Нареву. Ген. Самсонов, считая себя виновником поражения и находясь перед лицом неминуемого плена, застрелился 30 августа 1914 г. Ренненкампф получил приказ идти на помощь Самсонову 27-го числа. 28 августа он выступил. В ночь на 30-е получил приказ остановиться, т. к. вторая армия была уже фактически разгромлена. Наступление наших армий в Восточной Пруссии спасло союзников России от верного поражения и от угрозы падения Парижа. Оно помогло генералу Фошу выиграть битву на Марне. Впоследствии он писал: "Если Франция не была стерта с лица Европы, то этим, прежде всего, мы обязаны России".

Ген. Жилинский всю вину за катастрофу армии Самсонова возложил на Ренненкампфа. Этот последний был отстранен от командования и оказался под следствием, закончившимся, впрочем, ничем, т. к. вмешалась Императрица, милостиво побеседовавшая с генералом на аудиенции. Однако по всей России прошел слух, что "Ренненкампф - изменник!". Все искали виновников катастрофы среди русских немцев, и генерал с немецкой фамилией подходил для этой роли. Волновалась и армия. Верховный Главнокомандующий счел себя вынужденным отдать приказ, призывавший не верить необоснованным слухам и обвинениям. Но вместе с тем Ставка издала и секретный приказ - лиц с немецкими фамилиями переводить из штабов в строй. Дальнейшая судьба Ренненкампфа, героя Японской войны и Гумбиннена, следующая. Деникин пишет, что революция застала старого генерала в Таганроге, "где разнузданная толпа распропагандированных солдат-дезертиров, бросивших фронт, предавших армию и родину, убила его, подвергнув предварительно жестоким истязаниям" (92). Советский историк Касвинов называет это казнью по приговору Революционного трибунала за измену и карательные акции 1905 г. (135).

Вторым успехом Русской армии было грандиозное сражение в Галиции в августе-сентябре 1914 г. Оно шло на участке юго-западного фронта протяженностью 300 км. Четыре австро-венгерских армии были разбиты, взят Львов, осажден Перемышль. Открылись стратегические перспективы на Карпатах и в Венгрии. Однако они не реализовались из-за отсутствия резервов и переброски войск в Восточную Пруссию. В сентябре разыгралось сражение под Варшавой, закончившееся крупным поражением противника и отступлением его на запад. Для русской армии появилась возможность вторжения в Германию. Наше наступление было остановлено ценой неимоверных усилий немцев. Сказалась нехватка не только снарядов, но и винтовок у русских солдат. Несмотря на это, 22 марта 1915 г. капитулировала крепость Перемышль, где было взято в плен 120000 австрийских солдат и захвачено около 900 орудий. На Кавказском фронте русскими войсками был разгромлен турецкий корпус.

На этом успехи русской армии прекращаются. Причины - распыление сил, слабая материальная часть, нехватка боезапаса, отсутствие стратегической инициативы. Кризис вооружений и, особенно, боевых припасов назрел к весне 1915 г., когда напряжение огневого боя достигло небывалых размеров. Отечественная промышленность не обеспечивала потребности войны. Союзники, располагавшие богатой материальной частью, не спешили помочь России. К тому же, проливы Босфор и Дарданеллы были закрыты Турцией, что ставило Россию в условия экономической блокады. Об одном из боев весны 1915 г. Деникин пишет: "Одиннадцать дней страшного гула немецкой тяжелой артиллерии, буквально срывавшей целые ряды окопов вместе с защитниками их... И молчание моих батарей... Мы не могли отвечать: нечем было. Даже патронов на ружья было выдано самое ограниченное количество. Полки, измотанные до последней степени, отбивали одну атаку за другой... штыками или, в крайнем случае, стрельбой в упор. Я видел, как редели ряды моих стрелков, и испытывал отчаяние и сознание нелепой беспомощности. Два полка были почти уничтожены одним огнем..." (92).

После прорыва фронта немцами под Горлицей летом 1915 г. началось массовое отступление наших войск. Была оставлена Галиция, оккупирована немцами русская Польша, часть Прибалтики. Сданы ранее завоеванные Львов, Перемышль, затем Варшава. Практически без боев был сдан Новогеоргиевск со 100-тысячным гарнизоном. Фронт стабилизировался лишь к концу 1915 г. по линии Двинск-Пинск-Тарнополь-Черновицы. Немцы поощряли на захваченных территориях национальные движения. 5 ноября 1916 г. они признали независимость Польши. Из Польши в Россию хлынул огромный поток беженцев. Промышленность, переведенная на военные рельсы, перестала обеспечивать население товарами. Крестьяне сократили поставки в города, и цены на продукты питания с июня 1914 г. по январь 1917 г. выросли в 4 - 5 раз. Страна вошла в полосу инфляции и всеобщего дефицита. Росло число бастующих - с 35000 во втором квартале 1914 г. до 1100000 в 1916 г. В столь кризисных условиях правительство обнаруживало отсутствие последовательной экономической политики и бессилие в целом.

Экономический кризис и военные неудачи породили две тенденции в русском обществе - мобилизацию патриотических сил и безудержную критику правительства справа и слева, с явной спекуляцией на его, к сожалению, многочисленных ошибках. Скромная на первых порах организация Красный Крест подчинила себе постепенно всю санитарную администрацию страны. Представители деловых и промышленных кругов создали в мае 1915 г. по инициативе Гучкова Центральный военно-промышленный комитет - подобие параллельного правительства. Благодаря усилиям этого комитета производство всех видов вооружений увеличилось во много раз. Бесперебойно шли поставки пулеметов, винтовок и снарядов. Армия пополнялась призывниками и составляла к 1916 г. 16 млн. человек.

Это позволило в июне 1916 г. предпринять грандиозное наступление на юго-западном фронте. Армия под командованием ген. Брусилова разгромила крупную австро-германскую группировку и захватила Буковину и Восточную Галицию, взяв в плен около полумиллиона вражеских солдат и офицеров. "Брусиловский прорыв" был предпринят ранее намечавшегося срока по просьбе союзников, попавших в трудное положение. Воспользоваться успехом прорыва русские войска не сумели. Война перешла в позиционную фазу. Сказалась огромная моральная усталость обеих воюющих сторон. При этом истощение общее - моральное, людское и техническое - в Германии и Австро-Венгрии проявлялось сильнее, чем в России. Наши потери были также огромны. К 1 февраля 1917 г. по статистике Генштаба они составили 6 млн. солдат и свыше 63 тыс. офицеров. В потери включались убитые, раненые, контуженные, отравленные газами, пропавшие без вести и взятые в плен. К концу войны потери выросли до 8 млн. (229, 298). Число убитых составляло, по разным данным, от 975 тыс. (258) до 2,5 млн. человек (243).