Читать онлайн «Родная старина». Страница 248

По окраинам государства от города до города делались земляные насыпи, вдоль которых устраивались на известном расстоянии друг от друга острожки, жилые и стоялые – занимались только временно военными отрядами. В лесных местах устраивались засеки, состоявшие из кучи наваленного лесу, огражденные рвом; случалось, что и тут устраивались башни – и тогда такие засеки получали вид наскоро устроенных городов. Таким образом, довольно было только приглядеться к русским городам, особенно близким к границам, чтобы понять, что населению постоянно приходилось жить под страхом нападения.

В городе, т. е. внутри ограды, были важнейшие здания: тут была главная церковь, или собор, приказная изба, где судил и рядил воевода, управлявший городом и его уездом, тут находился воеводский двор со всякими службами, казенный двор для хранения зелейной казны (т. е. пороху), государева житница, двор священников, избы служилых стрельцов и пушкарей, тюрьма, наконец, «осадные дворы» окрестных помещиков: они в случае опасности уходили сюда со своими пожитками. Сверх этих дворов были еще казенные осадные дворы для простонародья на случай военного времени.

При городах располагались обыкновенно посады; тут жили торговцы, ремесленники, промышленники. Главное место здесь – торговая площадь: сюда в известные дни свозили всякие нужные жителям товары. На площади находилась земская изба, где сидели земские старосты с посадскими людьми; тут же были гостиный двор, таможня, кружечный двор и проч. Посады нередко также обводились оградой, острогом или валом, но вдали от границ, где опасаться нападения было нечего, посады были без городов, т. е. не опоясывались оградой.

Постройки в посадах и городах были очень просты: это были по большей части те же избы, что и в деревне, только почище да пошире. Зажиточные люди соединяли несколько срубов в одно целое, украшали резными деревянными украшениями, раскрашивали кровли. Каменные постройки все еще были редкостью и встречались только в больших городах. Главным украшением городов были церкви. Набожные предки наши сооружали их очень много и не скупились на украшение их. Эти церкви по большей части были тоже деревянные и маленькие; но все-таки они строились изящнее, чем жилища. Их высокие купола, покрытые светлым листовым железом с золочеными крестами, сверкая на солнце, скрашивали город. Даже в маленьких городках встречались уже нередко и каменные церкви: в Белозерске, например, в 1674 г. считалось только 960 жителей, а между тем было девятнадцать церквей, из них соборная – каменная. К городам кроме посадов примыкали еще слободы, поселения разных служилых или ремесленных людей, которые пользовались особыми правами и особым управлением.

Нижний Новгород в XVII в. Гравюра из книги А. Олеария «Описание путешествия в Московию». 1656 г.

К Москве, например, прилегали слободы Стрелецкая, Немецкая, седельников, гончаров и многие другие. Все великорусские города походили один на другой в главных чертах: основную часть города, сердцевину его, составлял собственно город (кремль, детинец), который мало-помалу, так сказать, обрастал посадом и слободами. В опасных местах, по границам, город долго оставался только городом, т. е. укреплением, населенным преимущественно служилым людом, без посадов и слобод (напр., Черный Яр, Царицын и др.); а в местах более безопасных, особенно там, где сходились торговые пути, посады и слободы быстро разрастались и собственно город, или кремль, представлял хотя главную, но очень небольшую часть среди обширного посада и слобод. Самые значительные города, например, Новгород, Псков, Нижний Новгород и др., представляли именно такое явление; но более всего сказалось это на Москве.

Сильное впечатление производила Москва своим видом на заезжих иностранцев, когда они глядели на нее издали с высоты, например, Воробьевых гор. На огромном пространстве чернела громада нескольких десятков тысяч деревянных домов, над которыми высились бесчисленные колокольни и церкви с их разноцветными или сверкавшими на солнце металлическими куполами. Темная масса домов прорывалась во многих местах пестреющими кровлями боярских хором, зеленеющими садами, огородами, и над всем этим возвышался Кремль с его белокаменной зубчатой стеной и стройными башнями, а над белыми башнями и стенами поднимались многочисленные кремлевские церкви и, словно свечи, горели на небесной синеве своими золотыми маковками. Трудно было наблюдателю оторваться от чудной картины, и понятно становилось, почему русский народ так любил свою «белокаменную» и «златоглавую» Москву…

С высоты нетрудно было заметить главные составные части столицы. В средине города, составляя как бы сердце его, по выражению одного иностранца, находился Кремль с примыкавшим к нему Китай-городом, окруженным толстой каменной стеной, Красной, как звали ее (она была кирпичная, небеленая). С юга эту часть города, т. е. Кремль с Китай-городом, омывала Москва-река, с севера Неглинная, а кругом шел посад, который окружала белая стена, Белгород, упираясь своими концами в берега реки Москвы; затем эту часть опоясывал другой посад, Земляной город. Напротив Кремля была расположена Стрелецкая слобода (Замоскворечье), с одной стороны ее огибала река Москва, с другой – земляной вал, который подходил своими концами к стенам Земляного города. Неподалеку от Земляного города, к востоку, отделенная небольшим полем, находилась Немецкая слобода, или Кокуй, населенная иноземцами всевозможных племен и исповеданий. Кроме того, в разных местах виднелись монастыри: Новодевичий, Симонов и др.; они, окруженные стенами, служили хорошими укреплениями. Вдали от города, там и сям среди зеленеющих полей, разбросаны были подгородные боярские усадьбы.

Московская улица. Гравюра из книги А. Олеария «Описание путешествия в Московию». 1656 г.

Необычайно красива была Москва издали, но обаяние исчезало, когда путешественник вступал в самый город. Маленькие деревянные домики, грязные или пыльные улицы прежде всего бросались в глаза. Самая значительная часть Москвы – Земляной город, где жили большей частью мелкие ремесленники, – отличалась особенной бедностью и неприглядностью построек. Здесь были рынки, загроможденные бревнами, досками, срубами, даже целыми деревянными домами (избами), которые стоило только разобрать и перенести на то место, куда желал покупатель. Бел-город [Белый город] глядел уже наряднее: здесь тоже жили ремесленники и торговцы. Каждый ремесленник вывешивал вещи, указывавшие на его занятие: сапожник – сапог, портной – лоскутки тканей. Торговцы мясом выкладывали на прилавки куски мяса, которое портилось на солнце и распространяло тяжелый запах; тут же был скотный рынок и много кружал [питейных домов] с водкой, пивом и медом, два завода – один пороховой, другой литейный, где лили пушки и колокола, две тюрьмы, аптеки, царские конюшни и проч. Но тут же, ближе к Китай-городу, находились дворы более зажиточных посадских людей, купцов, даже бояр. Встречались уже и красивые постройки с большими садами, даже попадались и каменные дома; тут красовались и изящные каменные палаты Артамона Сергеевича Матвеева, построенные им по желанию царя.

В Китай-городе внимание приезжих привлекала церковь Святой Троицы (Василия Блаженного) своей необычайно затейливой архитектурой. Подле церкви находились две громадные пушки, обращенные на плавучий Москворецкий мост, в сторону, откуда обыкновенно нападали на Москву татары. Здесь на большой площади, которая расстилалась пред церковью Святой Троицы и Кремлем, находился главный рынок города; число лавок, расположенных рядами на самой площади и в смежных улицах, доходило, по словам иноземных писателей, до сорока тысяч; были ряды: шелковый, суконный, серебряный, сапожный, холстинный, ряд, где продавалось готовое платье, овощной, рыбий, птичий и мн. др. Пред самым Кремлем на обширной четырехугольной площади не позволялось ставить лавки; зато здесь образовался толкучий рынок и кипела разносная, ручная торговля. За церковью Святой Троицы к Москве-реке тянулся обширный гостиный двор, называвшийся Персидским; тут армяне, персияне и татары торговали дорогими восточными товарами: золотыми и серебряными изделиями, драгоценными камнями, коврами и проч. Кроме того, в Китай-городе находилось еще два гостиных двора для иноземных торговцев. В другой части Китай-города, подле речки Неглинной, было до 200 погребов с медами и заморскими винами. Близ посольского двора находился ряд лавочек, где происходила стрижка волос, которые тут же по улице валялись грудами, так что, когда проходишь здесь, – говорит один очевидец, – то ступаешь точно по подушкам.

Церковь Троицы в Никитниках. Вид начала XX в.