Читать онлайн ««Моссад» и другие спецслужбы Израиля». Страница 47

Вначале основным методом восставших были нападения палестинских подростков из засады на израильских солдат. Пользуясь своим численным преимуществом (в нападениях обычно участвовало по несколько десятков человек), подростки засыпали израильтян градом камней. Вскоре, однако, восставшие взяли на вооружение бутылки с зажигательной смесью, гранаты, огнестрельное оружие, взрывчатку.

В 1988 году были организованы ненасильственные действия, выражавшиеся в отказе коммерсантов-христиан от уплаты налогов, взимавшихся израильтянами для финансирования органов управления оккупированными территориями. Израильские власти сломили сопротивление высокими штрафами, конфискацией и распродажей оборудования, товаров и даже домашней утвари, изъятой у нарушителей.

По утверждению авторов книги «История разведывательных служб Израиля» Ден Равива и Йосси Мелмана:

«Восстание было как раз тем, чего «Шин Бет» не должна была допускать. Сеть информаторов агентства должна была предупредить израильтян о сколько бы нибудь серьезных попытках организации акций протеста. В среде палестинцев было несколько тысяч осведомителей. Во всех слоях, начиная от рабочих и заканчивая интеллигенцией. Получая от «Шин Бет» ежемесячно от 50 до 200 долларов, они должны были информировать израильтян об активистах, которые пытались превратить социальные и профсоюзные организации в центры политической силы.

«Шин Бет», однако, сосредоточилась на том, в чем она преуспела: предотвращение террористических актов со стороны арабов. Информаторы получали особенно большие премии за сведения о деятельности групп, ориентирующихся на применение насильственных методов. Отдельные террористические проявления вроде нападения на израильских поселенцев на Западном берегу раскрывались «Шин Бет» достаточно быстро благодаря информации, поступавшей от агентов, внедренных в террористические группы, просто купленной «на улицах» или полученной в результате физического или психологического принуждения десятков «подозреваемых», которых арестовали в результате облав в районе совершения преступления» [239].

Выше было рассказано о том, какими методами добывалась такая информация, и часть осужденных «террористов» на самом деле такими не являлись. Поэтому можно утверждать, что часть профессиональных террористов смогла избежать наказания за свои деяния и совершила не одно, а несколько преступлений. Даже в сфере борьбы с терроризмом достигнутые «Шабак» результаты оказались значительно скромнее тех, что предписывала ей официальная пропаганда.

Чем опасно для Израиля осуждение невинных людей, которых «Шабак» объявила террористами? Если оставить в стороне моральные аспекты и имидж государства, то как минимум Тель-Авив получал настроенных нелояльно к израильской власти родственников и друзей осужденных «террористов». Даже если эти люди сами не убивали израильтян, то они помогали террористам: предоставляли жилье, питание, автотранспорт, собирали необходимую информацию и т. п. Кроме этого, террористы становились для них героями, которые восстанавливали справедливость и карали тех, кто нарушил закон. Сами невинно осужденные, пройдя круги ада израильских тюрем, становились фанатичными противниками Земли обетованной и, выйдя на свободу, начинали воевать с властью.

Снова процитируем книгу «История разведывательных служб Израиля»:

«…Штаб-квартира «Шин Бет» в пригороде Тель-Авива концентрировалась на сборе информации, а не на ее анализе. Сообщения об акциях протеста приводили к арестам и допросам, которые давали новую информацию о поселках, лагерях беженцев и лицах, которые требовали расследования. Но общая картина просто ускользала.

Вряд ли кто-то в разведсообществе и в целом в Израиле мог поверить в массовое восстание палестинцев».

В качестве примера авторы книги приводят такой факт. За несколько месяцев до начала интифады один из официальных деятелей Израиля, ответственный за наблюдение за оккупированными территориями, отрицал возможность такого возмущения. Звали этого человека Шмуель Горен. До 1984 года он был высокопоставленным сотрудником «МОССАДа» [240].

«В декабре 1987 года, когда восстание началось, высшие чины армии и разведки не предали этому событию особого значения. Министр обороны Ицхак Рабин не прервал свой визит в Вашингтон. Премьер-министр Шамир и начальник штаба армии генерал Дэн Шомрон на очередном еженедельном заседании отнеслись к выступлению на оккупированной территории как к чему-то малозначительному и пообещали всем 25 министрам, что беспорядки легко могут быть подавлены» [241].

Также авторы книги «История разведывательных служб Израиля» указывают на еще один важный факт, спровоцировавший восстание, – политику Израиля по отношению к задержанным палестинским террористам. К 1985 году в результате серии обменов, хотя об этом не сообщалось официально, на Западном берегу «собралось около 600 политических активистов и боевиков… Они создавали всякого рода группы и кружки, начиная от изучения марксизма и заканчивая тактикой ведения допросов, изучали тактику противодействия «Шин Бет» под самым носом у этого агентства» [242].

Был еще один аспект, о котором не любят вспоминать в Тель-Авиве. По утверждению авторов книги «История разведывательных служб Израиля», «Шин Бет» и военные губернаторы оккупированных территорий не видели в палестинцах народа в политическом смысле этого слова. Свою главную цель они находили в том, чтобы контролировать вверенную им территорию сочетанием угроз и поощрений в традиционных колониальных категориях политики кнута и пряника. Службы безопасности были полностью уверены в своей способности сохранить порядок. Но в то время как десятки тысяч арабов ежедневно выезжали в Израиль, где мирным трудом зарабатывали себе на жизнь, израильтяне не позаботились о том, чтобы создать себе какие-то позиции влияния в секторе Газа и на Западном берегу» [243].

Есть тема, о которой в Тель-Авиве предпочитают не вспоминать. Речь идет о том, что в первые годы своего существования «Хамас» функционировал с молчаливого согласия «Шабака», а только затем его деятельность была запрещена. Этот странный феномен Ден Равив и Йосси Мелман в своей книги «История разведывательных служб Израиля» объяснили так:

«Среди групп, в которые было крайне трудно проникнуть («Шабак». – Прим. авт.), были религиозные экстремисты… По иронии судьбы, «Шин Бет» временами стимулировала фундаменталистские (религиозные. – Прим. авт.) группы, надеясь, что они станут альтернативой «Организации освобождения Палестины». Это был еще один классический пример использования доктрины колониализма «разделяй и властвуй», но и он не принес успеха. В конечном счете мечети тоже выступили против «Шин Бет», призывая коллаборационистов «сдаться и покаяться», а экстремистская религиозная группа «Хамас» за свои действия была запрещена израильтянами» [244].

Вторая палестинская интифада (другое название «интифада Аль-Аксы» [245]) началась 27 сентября 2000 года. По мнению большинства экспертов, подготовка к ней началась еще весной или летом 2000 года. По данным из отдельных источников израильской разведки, в июле 2000 года палестинская администрация начала создавать запасы основных продуктов, готовясь к предстоящему противостоянию. Правда, данная информация была проигнорирована политическими лидерами Израиля.

Событием, спровоцировавшим интифаду, стало посещение председателя оппозиционной израильской партии «Ликуд» Ариэля Шарона Храмовой горы [246] – священного для иудаизма, христианства и ислама места. Мы не будем рассказывать, чем важна для представителей каждой из религиозных конфессий данная гора и расположенные на ней объекты, отметим лишь, что она является постоянным предметом раздора между мусульманами и евреями и одной из причин арабо-израильского конфликта вообще.

Высокопоставленный израильский политик в сопровождении сотен полицейских прибыл на Храмовую гору. Там его встретила демонстрация протеста во главе с арабскими депутатами Кнессета. Шарон считался тогда одним из «ястребов» в израильской политике, поэтому многие отнеслись к его визиту как к провокации.

Собравшиеся на горе палестинцы встретили его криками «Убийца!». После ухода Шарона толпа стала забрасывать израильских солдат камнями, стульями, мусорными урнами и другими предметами. В ответ полиция открыла огонь резиновыми пулями. В результате некоторые были ранены, в том числе арабский депутат Кнессета Ахмад Тиби, один из палестинцев был ранен в лицо. Ранения также получили двое полицейских.

Спустившись с горы, Шарон заявил: «Храмовая гора в наших руках, и она останется в наших руках!» По данным газеты «Гардиан», палестинцы и израильские либералы назвали визит Шарона опасной провокацией и обвинили его в стремлении накалить обстановку и спровоцировать насилие. Арабский депутат Кнессета Ахмад Тиби заявил, что Шарон «хочет увидеть больше убийств и крови» и «убить мир».