Читать онлайн ««Всадники в сверкающей броне»: Военное дело сасанидского Ирана и история римско-персидских войн». Страница 26

Между тем пальмирское войско продолжало осаждать Ктесифон. Для снятия блокады в район персидской столицы начали стягиваться войска из разных частей Сасанидской державы. Это обстоятельство, а также трудности, связанные с пребыванием в непривычной для воинов Одената местности, заставили его, не проигравшего ни одного сражения, все же оставить территорию Персии и вернуться на родину, где вскоре он пал жертвой заговора, а его преемницей стала Зенобия, продолжившая политику, направленную на усиление своего государства.

Период могущества Пальмиры оказался недолгим. Пришедший к власти в Риме в 270 г. император Луций Домиций Аврелиан (270–275) вел упорную борьбу за восстановление единства империи и, разумеется, не мог мириться с сильной и, по сути дела, независимой от Рима Пальмирой. Чувствуя опасность, Зенобия попыталась заручиться поддержкой своих соседей — сарацин, армян и даже заклятых врагов Пальмиры персов, которые, естественно, были не прочь использовать такой удобный случай для вмешательства во внутренние дела Римского государства. Это окончательно переполнило чашу терпения Аврелиана: в 272 г. Пальмира подверглась нападению римской армии.

Союзники Зенобии оказались ненадежными, посланные ей на помощь отряды персов были перехвачены частями Аврелиана и вернулись домой, а армян и сарацин путем подкупа и запугивания Аврелиан «убедил» отказаться от поддержки Пальмиры. Зенобия была взята Аврелианом в плен и после участия в качестве особо почетной пленницы в его триумфе по поводу победы над Пальмирой поселена близ Рима в предоставленном ей поместье. В том же году, когда произошли описываемые события, умер и Шапур I.

Со смертью Шапура заканчивается первый и, возможно, самый драматический период в истории римско-персидских отношений. Рим в полной мере почувствовал на себе мощь своего нового соседа на востоке, и первый опыт борьбы с ним был весьма плачевен; восточные провинции империи неоднократно подвергались вторжениям персов, многие города были разорены и сожжены, а их население уничтожено или угнано в рабство. Правительство находившейся в состоянии хаоса империи было неспособно к налаживанию эффективного противодействия персидской экспансии, и лишь эпизодически ему удавалось отражать вторжения персов на свою территорию. О военных мерах превентивного характера в такой ситуации не могло быть и речи.

Однако к концу III в. соотношение сил несколько меняется. В Персии после смерти Шапура I началась полоса междоусобных войн, и силы государства таяли в борьбе претендентов на престол. С 272 по 293 г. сменилось четыре шаханшаха: Ормизд I (272–273), Бахрам I (273–276), Бахрам II (276–293) и Бахрам III (293). Об этом периоде персидской истории известно очень немного, но ясно, что такая частая смена царей не была случайной. Кроме того, о внутренних смутах в Персидском государстве в этот период имеются упоминания и в римских источниках. В частности, в биографии императоров Кара, Карина и Нумериана, написанной Флавием Вописком, отмечается, что во время правления первого из них (282–283) «персы были заняты мятежом, поднявшимся внутри государства» (SHA. XXX. 8. 1).

В то же время империя постепенно начала оправляться от катастрофических последствий кризиса III в. Уже при императоре Каре в 283 г. римляне одержали первую за много лет серьезную победу над персами, когда, не дожидаясь их нападения, преодолели Евфрат и дошли до самого Ктесифона, что дало Кару полнре основание удостоиться титула «Персидский». Лищь, внезапная смерть императора[10] остановила наступление римлян.

В 284 г. к власти приходит Диоклетиан, сумевший навести порядок в империи и железной рукой восстановивший пошатнувшееся могущество Римского государства, Ç его помощью в 287 г. на армянском престоле утверждается царь Тиридат III (287–332), в течение почти полувека являвшийся главным и наиболее последовательным союзником Рима на востоке.

Переломить ситуацию попытался шаханшах Нарсе (293–302), однако к тому времени военная мощь Рима в результате реформ Диоклетиана значительно возросла, и попытка персов закончилась неудачей. Речь идет о римско-персидской войне 296–298 гг. Она началась с того, что Нарсе во главе многочисленной армии занял Армению, изгнав оттуда ставленника и союзника Рима ТиридатаШ, а затем с севера вторгся в Месопотамию. Диоклетиан в это время был занят подавлением восстания узурпатора Ахиллея (на своих монетах он назван Луцием Домицием Домицианом) в Александрии и поэтому был вынужден послать против персов своего соправителя Галерия. Тот выбрал прямой путь из Сирии в Месопотамию, совершив, таким образом, ту же ошибку, что и Красс за три с половиной столетия до этого. Три сражения закончились ничем, но в четвертом римская армия была наголову разбита под Никифорием.

По возвращении в Константинополь Галерий был крайне холодно встречен Диоклетианом и на виду у всех следовал пешком в своих пурпурных одеяниях несколько миль за носилками императора. Может быть, именно это заставило Галерия с удвоенной энергией взяться за подготовку нового похода против персов. Он набрал новые легионы на Дунае и в Иллирии и, пройдя через Армению, вторгся в Месопотамию во главе 25-тысячной римской армии, объединившейся с армянским войском под руководством спарапета Артавазда Мамиконяна. В ходе битвы, состоявшейся в местности Басен, персам было нанесено сокрушительное поражение, и римляне преследовали их до самого Ктесифона, причем в плен попали жены и дети самого Нарсе.

В результате в 298 г. был подписан римско-персидский мирный договор, определивший геополитическую ситуацию и расстановку сил в Передней Азии более чем на шесть десятилетий. Содержавшийся в нем ряд важных положений фиксировал римское преобладание в регионе. Прежде всего, под контроль Рима переходили территории, некогда завоеванные более удачливыми предшественниками Нарсе, а именно — пять областей в верхнем течении Тигра: Арзанена, Моксоэна, Забдицена, Регимена и Кордуэна. Кроме того, была четко определена граница между Арменией и Римской империей, с одной стороны, и Арменией и Персией — с другой, что устраняло, по крайней мере, формальный повод к возможным территориальным претензиям со стороны Сасанидов к Римской империи и ее главному союзнику в Азии. Центром римско-персидской торговли в договоре был определен крупнейший римский город Нисибис в приграничном с Персией районе, что ставило под контроль римлян значительную часть персидского внешнего товарооборота. Наконец, Нарсе был вынужден признать протекторат Рима над Иберией.

Таким образом, к началу IV в. обозначилось военно-политическое превосходство Римской империи над сасанидским Ираном в Передней Азии, что на ближайшие десятилетия стало определяющим фактором в развитии международных отношений в данном регионе.

Период, последовавший за подписанием римско-иранского договора 298 г., был временем острых внутриполитических конфликтов в Персидском царстве. После смерти в 302 г. Нарсе на престол вступил его сын Ормизд II (302–309), чье правление было ознаменовано смутами и борьбой за власть; тем не менее какое-то подобие порядка в этот период все же сохранялось. Однако после его смерти в Иране воцарился настоящий хаос: старший сын Ормизда — Аданарес — был убит, другой — ослеплен, а третий, носивший то же имя, что и отец, сначала был пленен своими противниками, а затем, сбежав из плена, прибыл ко двоpy римского императора. В конце концов, под давлением одной из аристократических группировок на престол был возведен младший сын Ормизда II, грудной младенец Шапур II (309–379).

Примерно в те же годы в империи происходили похожие события: шла ожесточенная борьба за власть между преемниками Диоклетиана и его соправителями, длившаяся с 306 по 324 г. и завершившаяся победой сына Констанция Хлора — Константина Великого (306–337).

О римско-иранских отношениях в начале IV в. известно очень немного. Это объясняется тем, что между двумя державами в данный период времени не происходило серьезных военных конфликтов, и их контакты носили в основном мирный характер, так как все эти годы действовал сорокалетний Нисибисский мирный договор. По этой причине в источниках, обычно отмечавших, прежде всего, такие события внешней истории, как войны, походы, набеги и т. п., о взаимоотношениях Римской империи и сасанидского Ирана почти ничего не сообщается. Кроме того, и в Риме, и в Иране первые десятилетия IV в. прошли в борьбе за власть между различными претендентами на трон, а также за укрепление победителями своих позиций после прихода к власти; вполне естественно, что именно эти события в первую очередь интересовали авторов дошедших до нас письменных источников.