Читать онлайн «Загадки ленд-лиза». Страница 74

В другом месте Стеттиниус отмечает:

«Суть дела состояла не в долларах, а в самолетах, пушках и кораблях. Оказывать на коммерческой основе помощь тем, кто сдерживал натиск стран оси, — это значило бы помешать достижению нашей подлинной цели: направить на фронты достаточно оружия, чтобы остановить агрессию прежде, чем она достигнет Западного полушария».

Красноречивы слова Рузвельта:

«...Будущее и безопасность нашей страны теперь тесно связаны с событиями, происходящими далеко от наших границ». «В случае поражения Великобритании (он говорил это 6 января 1941 года. — С. Л.) все мы, американцы, будем жить под дулом винтовки...»

«Вообще же участников дебатов и в Конгрессе, и в обществе в целом волновала не помощь другим народам, но, скорее, наша собственная стратегия безопасности <...> Ленд-лиз же давал возможность, помогая другим, остановить наших врагов».

«Для нас, конечно, ближайшей и самой важной выгодой было использование странами оружия, полученного по ленд-лизу, против агрессоров. Кроме того, мы были вправе ожидать от стран, которым помогали, помощи нам самим в той или иной форме. Но только ход событий мог определить, какого рода выгоды мы от них получим».

Однако реализация программы ленд-лиза приносила и прямые выгоды. Так, Стеттиниус отмечает:

«...Программа ленд-лиза дала заметный толчок развитию производства вооружений в Америке. <...> Помимо косвенного влияния на расширение американской военной промышленности сотни миллионов долларов по программе ленд-лиза еще до Пёрл-Харбора были вложены в новые заводы, фабрики, верфи и другие объекты, что сыграло немалую роль в развитии наших производительных сил. Эти инвестиции, всего на 900 миллионов долларов, были вложены в экономику 34 из 48 наших штатов, и суммы их колебались от 142 миллионов долларов на военные заводы в Мичигане до 14 000 на производство сухого молока в Северной Дакоте. <...> Эти средства шли на перестройку гражданских предприятий... в военные... Новые заводы полностью или частично финансировались также за счет программы ленд-лиза, а производство вооружений для нашей армии и наших союзников позволяло с лихвой окупать затраты на их строительство. <...> На ленд-лизовские средства сооружались доки, пирсы, плавучие краны в американских портах... Благодаря им удалось создать систему военных складов и товарных станций от побережья до побережья...

Немалое значение имела программа ленд-лиза и для развития сельхозпроизводства и пищевой промышленности...

<...> Но программа ленд-лиза не только оказала влияние на производство продовольствия... но и произвела небольшую революцию в обработке пищи. Как во времена наполеоновских войн потребность в сохранении продуктов привела к открытию консервирования, так сейчас необходимость сбережения места на кораблях привела к развитию технологии дегидратации (обезвоживания) продуктов».

А. Паперно — единственная журналистка последнего времени, писавшая специально о проблемах ленд-лиза. Во многом это объясняется трудоемкостью разработки самой темы, скудостью источников, а зачастую их прежней закрытостью в архивах, хотя формально гриф секретности с этой темы снят. Но в феномене ленд-лиза столько загадок и интересных поворотов, столько ждет нас еще открытий, что А. Паперно, конечно же, не последняя, кто об этом пишет.

И еще к вопросу об оценках. А. Паперно приводит цитату из Роберта Коакли, написавшего в статье «Рузвельт и ленд-лиз» (1971):

«На Ялтинской конференции маршал Сталин сказал, что, по его мнению... ленд-лиз — это замечательное изобретение, без которого победа была бы иной. Он добавил, что в предшествовавших войнах некоторые государства оказывали денежную помощь своим союзникам, но она только оскорбляла тех, кто получал субсидии, и создавала финансовые трудности. Ленд-лиз не породил подобного зла. И он еще раз подчеркнул, что, по его мнению, ленд-лиз внес чрезвычайный вклад в победу»[15].

[1] Там же. С. 6.

[2] См. там же.

[3] Там же. С. 10.

[4] Якушевский А. С. Западная историография Великой Отечественной войны Советского Союза: этапы и основные концепции: Автореферат докторской диссертации. М., 1997. С. 39.

[5] С м.: Паперно АЛ. Указ. соч. С. 10.

[6] Там же. С. 10-11.

[7] См. там же. С. 8.

[8] См. там же. С. 8, 9, 12.

[9] Там же. С. 340.

[10] эта дата у А. Паперно. — С. Л.

[11] Там же. С. 341.

[12] Там же. С. 339.

[13] имеются в виду принадлежавшие Англии Бермуды и Ньюфаундленд. — С. Л.

[14] он говорил это 6 января 1941 года. — С. Л.

[15] Там же. С. 328.

Наилучшее представление внимательный читатель может составить себе об этом из книги Стеттиниуса, где достаточно подробно излагается и история возникновения идеи ленд-лиза, и история претворения в жизнь этой идеи, и подробности и трудности ее реализации.

Поэтому книга сына президента Франклина Рузвельта Э. Рузвельта «Его глазами» (Москва, 1947) будет нас интересовать в основном как источник дополнительной информации и живых впечатлений. Эта книга охватывает период от начала войны до момента, последовавшего вскоре за встречей Большой тройки в Ялте. Книга дает верное представление об атмосфере того времени, о формировании и принятии решений, о личности и окружении Ф. Рузвельта. Автор книги сокрушается, что на смену сотрудничеству военных лет приходят времена, когда «степень нашего доверия или недоверия к России обусловлена не ее огромным вкладом в нашу победу, которая все еще остается величайшим событием в жизни нашего поколения»[1], а сенсационными заголовками газет. «Мы не можем выиграть мир, если сегодня среди нас не будет того единства, которое обеспечило нам победу в войне»[2]. Это очень интересная оценка: «единство, которое обеспечило победу в войне». И на этом невольно заостряешь внимание, принадлежа другому времени, в котором мыслят другими категориями и если и размышляют о том, что обеспечило победу в войне, то стремятся сосчитать, измерить, взвесить суммы помощи, размер ответных поставок и др. Но создается впечатление, что за всеми этими нынешними подсчетами уходит в тень самое важное — представление о том, что победа всегда достигается все-таки не количеством вооружений и численностью армии — это, конечно, тоже очень важно, — но боевым духом сражающихся, единением их в противостоянии общему врагу. Нам кажется, сейчас недооценивается великая важность этого единения держав на пути к победе. Современники и участники тех событий — в их числе и Стеттиниус, и Э. Рузвельт — это понимание пронесли через всю жизнь и запечатлели его в своих книгах, хотя первый много, но весьма дельно пишет как раз и о количественной стороне ленд-лиза.

Впрочем, не только нашему времени свойственна недооценка силы единства людей и народов. В книге Рузвельта приводятся слова У. Черчилля, которые дают представление о том, что и для него идея единства была не сразу осознанной:

«В сопротивление русских он не верил или верил очень мало. Он вел крупную игру в тот вечер. Он старался внушить нам, что львиная доля ленд-лиза должна принадлежать британскому льву; что всякая помощь Советам приведет лишь к затяжке войны, а в конечном счете — и притом несомненно — к поражению»[3].

Неудивительно, что после войны именно Черчилль стал одним из разрушителей этого единства недавних союзников.

Интересны и впечатления Э. Рузвельта от пребывания в Москве весной 44-го и его бесед с американскими корреспондентами: «Они сообщили мне, что для русских лозунг «Все для войны» (вероятно, имеется в виду лозунг «Все для фронта, все для победы». — С. Л.) означает действительно все для войны — в самом буквальном смысле слова»[5]. Запомним этот акцент Э. Рузвельта, чтобы впоследствии сравнить с публикацией американского историка 90-х годов Т. Уилсона о том, что пережила Америка во время войны, и о ее «лишениях» ради победы[6].

Очень информативна книга Роберта Шервуда «Рузвельт и Гопкинс» (М., 1958), содержащая огромное количество интереснейших фактов и подробностей известных событий. Немало страниц посвящено в ней атмосфере в американском обществе начала войны. Так, приводится письмо военного министра Рузвельту, где между прочим сказано: «Германия будет основательно занята минимум месяц, а максимально, возможно, три месяца задачей разгрома России»[7]. Уместно вспомнить здесь и публикацию в «Совершенно секретно» с рассказом о том, как морской министр США Нокс заключил пари, утверждая, что к сентябрю 1941 года немцы возьмут Ленинград, Москву, Киев, Одессу»[8].

Очень подробно Р. Шервуд рассказывает о рождении концепции ленд-лиза, первоначально для Великобритании, — концепции, «которую Черчилль позднее охарактеризовал как «новую великую хартию... самое бескорыстное и великодушное финансовое предприятие в истории, когда-либо осуществленное какой-либо страной»[9]. Несколькими страницами ниже им, однако, приводятся слова Рузвельта о том, что «наилучшей непосредственной обороной Соединенных Штатов являются успехи Британии в деле ее самообороны»[10], что склоняет усомниться в полной справедливости панегирических слов Черчилля. О далеко не бескорыстных мотивах американской концепции ленд-лиза не замедлила язвительно высказаться немецкая пропагандистская машина Геббельса. «Ее основной тезис, — пишет Р. Шервуд, — заключался в том, что Гопкинс приехал (в Лондон. — С. Л.) якобы для того, чтобы забрать остатки Британской империи (вслед за Бермудскими островами, Тринидадом и др.) в обмен на еще какие-нибудь заржавевшие и устаревшие американские материалы»[12].