Читать онлайн «Загадки ленд-лиза». Страница 57

В июле-августе 1942 года ВВС союзников, усиленные американскими самолетами, присланными по ленд-лизу, начали уничтожать роммелевские источники снабжения. Они атаковали неприятельские порты и конвои в Средиземноморье, а английские подлодки и небольшие военные корабли топили суда с подкреплениями для войск противника. К концу лета Роммель, видимо решив, что медлить больше нельзя, 31 августа начал новое наступление. Но генералы Гарольд Александер и Бернард Мотгомери, командовавшие английскими и союзными силами, были готовы к этому, и за 6 дней наступление немцев было отбито. За последующие 7 недель Александер и Монтгомери подготовили все для собственного наступления. К сентябрю поступили присланные из США 70 дней назад танки «Генерал Шерман» и самоходные противотанковые пушки. К наступлению все было готово.

Началось оно с налета английских и американских бомбардировщиков и истребителей на вражеские позиции. В ночь на 24 октября артиллерия союзников, произведенная на английских и американских заводах, открыла массированный огонь самой большой концентрации за все время существования артиллерии союзников. Затем началось наступление 8-й армии — пехоты из Англии и стран Содружества, а также частей «наций в изгнании», американских и английских танков с английскими экипажами и экипажами союзников. На этот раз превосходство благодаря «шерманам» и 105-миллиметровым самоходным пушкам было на стороне союзников, и немецкие танковые части были разгромлены. 4 ноября Роммель потерпел полное поражение и начал тотальное отступление.

Победа под Эль-Аламейном прежде всего была успехом англичан, но также и победой взаимопомощи. Она показала, на что способны Объединенные Нации, когда они сплотят военные части и свою технику в единую ударную силу.

Пока 8-я армия преследовала части Роммеля до ливийской границы, три большие экспедиции отплывших из Англии и США военных сил подошли к Атлантическому побережью Французского Марокко. Одна из них, на английских кораблях, состоявшая из английских и американских войск, направлялась в Оран; вторая, также на британских кораблях, с американскими и английскими частями, следовала в Алжир; третья, полностью американская, имела целью Касабланку. В час ночи 8 ноября 1942 года началась высадка десантов в Алжире и Оране, а через три часа — в Касабланке. Через 48 часов основные цели десантов были достигнуты, а 11 ноября всякое сопротивление противника прекратилось.

Вскоре после капитуляции Алжира возник вопрос о вторжении в Тунис. Наши авангарды были в 25 милях от границы, но немцы и их союзники получили подкрепления по воздуху и через Сицилийский пролив, мы же не могли оказать существенной воздушной поддержки своим, потому что сезон дождей превратил временные взлетные полосы в болото. Чтобы захватить Тунис, пришлось ждать 5 месяцев, пока не были построены тыловые базы и укреплены коммуникации. Но Алжир, Марокко, Французская Западная Африка были у нас в руках, а с другой стороны армию Роммеля преследовала 8-я армия англичан. Войска стран оси попали в огромные клещи.

Вторжение в Северную Африку было основано на совместном планировании Объединенного комитета начальников штабов, на соединении в одно целое оружия и других материальных ресурсов, на принципах «взаимного ленд-лиза». Службы обеспечения нашей станы и Англии неделями работали день и ночь, чтобы обеспечить доставку всех необходимых материалов по железным и шоссейным дорогам к месту отправки экспедиционных сил. В нашей штаб-квартире в Лондоне англичане организовали два отдела снабжения для наших нужд. Все необходимое для нас предоставлялось англичанами бесплатно, по «возвратному ленд-лизу». Л. Шорт, глава представительства по делам ленд-лиза в Северной Африке, рассказывал мне об одном эпизоде, иллюстрирующем характер нашего сотрудничества, которое было уже не просто сотрудничеством между правительствами, но живой взаимопомощью между народами, у которых общие цели в войне.

За несколько дней до отплытия экспедиционных сил группа американских офицеров в Англии обедала у железнодорожного чиновника, ведавшего доставкой грузов в порт, которому не был точно известен характер готовящегося предприятия. Он спросил, все ли необходимое доставлено на борт. Старший из офицеров ответил, что нужна еще пара дизельных локомотивов, да неизвестно, где их взять. На другой день два локомотива были уже в доках.

Когда экспедиционные силы отправлялись в Северную Африку из Англии и Америки, охрану несли 350 кораблей: 250 английских и 100 американских. Из грузовых и транспортных судов более 150 были английские и более 100 американские. В наземных силах 40% были английскими, а 60% — американскими. В авиации соотношение сил было почти равным. Хотя большая часть техники и оборудования английских войск была произведена в Англии, а американских — в США, наши силы значительно возросли благодаря нашей взаимопомощи. Мы поставили англичанам по ленд-лизу много самолетов, танков, грузовиков и другой техники. От них мы получили, правда, меньшее количество военных материалов и техники, но американские войска, отплывавшие в Африку, имели 0,5 миллиона английских противотанковых мин и гранат, 30 миллионов патрон, 130 разведывательных лодок, 80 тысяч тонн угля и 2 тысячи тонн английских продуктов. Целая наша дивизия была вооружена английскими 25-фунтовыми орудиями, и несколько наших эскадрилий летали на английских «спитфайрах». Все это и многое другое мы получили по «возвратному ленд-лизу».

В апреле 43-го Джон Каулз отправился в Северную Африку, чтобы ознакомиться с ходом операций по ленд-лизу и «возвратному ленд-лизу». Он встретился в Алжире с генералом Эйзенхауэром. Генерал сказал Каулзу, что одну из главных задач видит в сохранении духа полного единодушия между английскими и американскими силами, которыми он командовал, а с этой целью старается пользоваться принципами, положенными в основу ленд-лиза. По его словам, «взаимный ленд-лиз» — это цемент, который прочно соединяет армии разных народов, превращая их в гораздо более эффективную боевую силу, чем если бы у нас была просто коалиция. Он сказал:

— Я постоянно стараюсь проводить в жизнь принципы ленд-лиза, о которых говорил президент, и я вижу, что это приносит хорошие результаты.

Начиная с 1 декабря 1942 года Тунисская кампания временно зашла в тупик. В следующие 3,5 месяца союзники получали подкрепления и пополнение материальных ресурсов для финальных сражений за освобождение Туниса, что открывало дорогу на Сицилию и Италию.

Уже вскоре после высадки в Северной Африке мы и англичане обнаружили, что ее экономика в еще худшем состоянии, чем предполагалось: транспорт развалился; не было достаточно продовольствия, чтобы население могло пережить зиму; медицинских средств было совсем мало, полки магазинов были почти пусты. Наши люди не могли уговорить местных рабочих работать на нас, так как им нечего было купить на заработанные деньги.

Без работы по восстановлению экономики в этом регионе мы не могли вести битву за Тунис, имея коммуникационные пути в 1000 миль, проходящие по странам, где жили 16 миллионов полуголодных, плохо одетых арабов, равнодушных, а то и враждебных к европейцам. В распоряжении войск было только 2-3 тысячи тонн гражданских запасов. Генерал Эйзенхауэр сразу связался с Вашингтоном, прося дополнительных ресурсов. Долго ждать не пришлось.

13 ноября 1942 года Рузвельт провозгласил оборону Северной Африки жизненно важной для безопасности США, распространив на этот регион действие Закона о ленд-лизе, и дал мне указание обеспечить войска Эйзенхауэра всем необходимым. За неделю нам удалось собрать около 8000 тонн необходимых товаров, а еще через неделю — отправить их в порт и передать военным. Но эти 8000 тонн не успели уйти далеко. Первая крупная партия товаров была получена не из США, а из Англии. Летом 42-го мальтийские конвои англичан несли тяжелейшие потери, и англичане посылали их с двух сторон: из Александрии и со стороны Гибралтара. После захвата Северной Африки и Ливии положение в Средиземноморье улучшилось, и уже в декабре мальтийский конвой дошел до цели почти невредимым. Второй же конвой Англия решила с полпути направить вместо Мальты во Французскую Северную Африку. Конвой вез 40 000 тонн товаров, в том числе 18 000 тонн муки. Все это предназначалось, конечно, для Мальты, но почти все могло быть использовано и в Северной Африке, кроме удобрений, специально предназначенных для каменистой мальтийской земли. Одежда, обувь, молоко, картофель, керосин, кофе помогли людям продержаться в первые месяцы после высадки союзников в Северной Африке. Четыре пятых первых привезенных туда гражданских товаров были английскими, но мощь Америки за границей кажется сказочной, и местное население и теперь, кажется, верит, что все заграничные продукты и промтовары привозят из США.