Читать онлайн «Русь. Другая история». Страница 42

Так же трудно объяснить, почему современные литовцы (летувинцы), по собственному утверждению состоящие из четырех этнических групп: аукштайтов, жмуди, земгал и куршей, стали вдруг именоваться литовцами, а свой язык, аукштайтский, неожиданно прозвали тоже литовским?! Это противоречит логике и самой истории. К примеру, современной Швецией эта скандинавская страна стала с объединения в 1208 г. трех разных этнических королевств: эст-йотов (восточных готов), вест-йотов (западных готов) и свеев (шведов) в единое королевство, которое было названо Сверия (Швеция) по главному королевству свеев Свеаланду. Аналогично появлялись и другие европейкие нации, объединяющиеся вокруг какого-нибудь народа, племени или местности.

Русское королевство Великое Княжество Литовское прозвалось так по имени земли Новогрудка. А балтские аукштайты, земгалы и жмудь с частью куршей вдруг назвались Литвой, хотя даже Виленская область на тот момент полностью находилась в землях Беларуси. Но литовские историки продолжают защищать эту историческую чушь, доказывая, что они и есть литовцы, управлявшие чуть ли не всеми русскими землями до Черного моря. Их не смущает даже тот факт, что все документы ВКЛ составлены на русском языке!

Окончательно похоронили русскую Литву после знаменитого восстании Кастуся (Константина) Семеновича Калиновского. Родился Кастусь в Мостовлянах Гродненского уезда в 1838 г. С 1856 по 1860 г. он вместе с братом учился на юриста в Петербургском университете. В 1861 г. создавал революционные кружки в Гродно и Вильно. Позже его кружки объединились в конспиративную польскую организацию, которую Кастусь возглавил через год. Он издавал первую нелегальную беларускую газету «Мужицкая правда», а в 1863 г. возглавил восстание за независимосгь и непосредственно руководил им вплоть до конца января 1864 г.,когда был арестован. Но даже находясь под арестом, Калиновский умудрялся руководить повстанцами. Казнен в Вильно.

После этого восстания первому беларускому профессиональному писателю Дунину-Мартинкевичу запретили публиковаться вообще, ибо он активно напоминал своим согражданам, что они литвины, а не поляки или россияне.

Позже российские и даже советские историки придали восстанию Калиновского вновь пропольскую окраску, мол, православные беларусы за ним не пошли, так как он был католиком, поляком. Поляки с благодарностью приняли сей подарок. Им герои всегда были нужны. Официальная же беларуская власть придерживалась промосковской политики. Сейчас почти все поляки уверены в том, что Калиновский был поляком. Да, у поляков и русских литвинов была одна обшая цель. Они и выступали против царизма единым фронтом, как когда-то вместе воевали под Грюнвальдом, в Ливонской войне и против агрессии Алексея Михайловича Тишайшего. Но и имя отца Калиновского — Семен, и место его рождения доказывают, что Калиновский был именно беларусом, точнее, русинским литвином. Польских жителей, вопреки распространенному мнению, в самой Беларуси жило и живет достаточно мало, так как Беларусь — не польские, но русинские земли, причем идущие вплоть до польских Белостока, Белой Вежи и Бялоподляски. Те, кто в Беларуси называют себя поляками, являются в основном теми же беларусами, но католического вероисповедания. Католическую церковь на Беларуси обычно именовали польской, как православную — русской. Вот почему практически весь Запад Беларуси населен, якобы, поляками. Чтобы поверить в это, достаточно посетить Белосток и убедиться в том, что там говорят на диалекте, который гораздо больше похож на беларуский, чем на польский.

Ф. Богушевич после смерти Дунина-Мартинкевича научно обосновал и признал единственно правильным термин «Беларусь», хотя в те же годы пытались узаконить и другой термин — Кривия (от кривичей (по-латышски Беларусь и по сей лень звучит как Балтокривия — Белокривия)). С Ф. Богушевичем можно отчасти согласиться, ибо Беларусь содержит в себе корень «Русь» — и это есть справедливо, ибо Полоцкое княжество и ВКЛ — это в самом деле Русь, русские королевства, основанные совместными усилиями прусских, скандинавских и славянских королей, конунгов и князей. Но термин «Белоруссия» все-таки был навязан царизмом. Несмотря на то, что ныне термин «Беларусь» уже полностью укоренился (и менять его не стоит), все-таки это название было царской версией московизации литвинов. Название «Белоруссия» предполагало вторичность после России, что само по себе было исторически несправелливо, ибо Литва — это и есть коренные земли Руси, ее начало. Беларуский Полоцк упомянут в один год с Новгородом, Белоозером и Изборском — самыми древними из известных городов Новгородской и Киевской Руси. Полоцк вместе с Киевом и Новгородом был в тройке крупнейших русских центров. Здесь возвели Софийский собор почти одновременно с Киевским и Новгородским, а христианство пришло в Полоцк даже раньше, чем в Киев, как минимум на три года, а вероятней, что Полоцк и возник как христианский город переселенцев из Пруссии. Сюда в XIII в. из Москвы ездили князья молиться. А термин «Россия» появился в лучшем случае лишь при Иване IV.

По одной из распространенных версий Белая Русь означает свободную, т. е. не попавшую под Золотую Орду часть Руси. Слово «белый» и в самом деле в древности означало «новый, свободный». Термин «Белая Русь» мог впервые прозвучать, когда Полоцк строили русские переселенцы Полабской Руси. Но доподлинно известно, что Иван III, выйдя из Орды (а точнее, попытавшись выйти, этого полностью не удалось лаже Ивану IV) и стремясь интегрироваться в Русь, назвал Московию Белой Русью, что и фиксирует французская политическая карта XV в., где четко написано Russic Blanche ou Moscovie — Белая Руссия или Московия. Дело в том, что по-татарски белый цвет означал запад, черный — север, а красный — юг. Поэтому Московский улус Орды называли Белым, т. е. западным. Вот московский государь Иван III и предпринял в 1480-е гг. попытку впервые прозваться Русью, но Белой, как назывался его улус Орды.

Однако этот термин за Московией не прижился, что и видно из политических карт следующих двух столетий. Позже в Москве, считая сами себя Русью, Западной или Белой Русью называли земли Литвы, в первую очередь Смоленские земли, с которыми Московия граничила на западе, а Галицко-Волынскую Русь, южную, называли соответственно Красной (Червоной). Похоже, что именно так и создавался термин «Белоруссия/Беларусь» для Литвы.

Хотя на тот драматичный момент (середина XIX в.) беларуской истории для потомков литвинов особой альтернативы не было. Им было предложено либо стать из литвинов белорусами, либо просто западными русскими, исчезнуть политически и этнически.

Формирование современной Беларуси, как и жмайтской Летувы (у меня не получается назвать эту республику Литвой), довершил «отец народов» Сталин, когда в 1939 г., после присоединения Западной Беларуси, отдал Литовской ССР Виленскую область, одну из центральных культурных областей Беларуси.

Да, в Вильно жили жмайты. То, что Вильно в самом деле многонациональный город, отмечал еще Сигизмунд Герберштейн, австро-венгерский посол в Московии первой половины XVI в. Но при этом известнейший в Европе дипломат отмечал и преобладание в Вильно именно православных (русских) храмов над протестантскими и католическими. Помимо еврейских и жмудских кварталов, явно бедняцких, большинство жителей Вильно составляли именно русины — люди славянские, т. е. беларусы.

Известный беларуский виленский поэт XIX в. Владимир Сыракомля, сравнивая чистый и опрятный, по его мнению, Минск с его родным Вильно, отмечал, что даже минские бедняцкие кварталы выглядят намного чище и аккуратней, чем виленские Жмудская и Жидовская улицы, т. е. жмудь — будущие «литовцы» — это бедный кварта;! квартал нацменьшинства города (вместе с еврейскими жителями).

Из этого можно заключить, что до 1940 г. Вильно — чисто беларуский город.

Так из рук Москвы, к которой прибалты никогда не питали большой любви, жмудь и аукштайты получили сначала название страны, ее славную историю, геральдику, а затем еще и столицу! Летувинцы благодарить должны Москву, которая «лепила» Летуву из беларуских городов, земель и названий. Исконную Литву обокрали в последний раз, и обокрали весьма основательно, в 1945 г., когда к Польше отошла вся Белостокская область с частью Брестской. Территориальные деления в период советской власти оказались самыми крупными потерями территорий Беларуси со времен последнего раздела Речи Посполитой.

Новая история Беларуси началась далеко не так просто. После революции 1917 г. за лидерство в партии большевиков Беларуси соперничали молдаванин Фрунзе и армянин Мясникьян. Победил Мясникьян, вскоре взявший себе псевдоним Мясников — фамилия, хорошо известная минчанам площадью и улицей имени этого революционера.

Однако произошло почти невероятное: Александр Мясников не хотел провозглашать социалистическую республику Беларусь в период, когда даже ижорские финны провозгласили суверенитет своей Северной Ингрии, маленькой республики Петроградской области. Соратник Мясиикова Кнорин тоже полагал, что разницу между беларусами и русскими нужно стереть. Некоторые беларуские историки, в частности профессор Эмануил Йоффе, объясняют это тем, что Мясников, как и Кнорин, по революционным соображениям были против создания большевистской Беларуси, полагая, что Беларусь должна влиться в братский пролетарский народ России, как и другие народы.