Читать онлайн «Новая история стран Азии и Африки. XVI–XIX века. Часть 1». Страница 57

Князья императорского дома делились на прямых потомков основателя династии, носивших в качестве знака отличия желтый пояс и потомков боковых ветвей, имевших пояс красного цвета. К концу XIX в. их общее число доходило до шести тысяч. Другие родственники императора, в зависимости от степени родства, делились на 12 категорий, а чиновники, не являвшиеся родственниками императора – на 9 и также имели особые внешние знаки отличия.

Вторым по важности социальным слоем в Цинском Китае являлись китайские аристократы, однако даже самые влиятельные из них не могли сравняться по юридическому статусу с маньчжурской знатью. Монопольное право занятия должностей чиновников имели ученые шэньши (шэнь цзинь). Они не подчинялись юрисдикции местных начальников, имели право откупа от телесных наказаний за совершенные правонарушения, частично освобождались от уплаты налогов. Их статус не являлся наследственным. Шэньши мог стать любой, кроме представителя сословия «низких». Привилегии шэньши распространялись на всех их родственников не только по прямой, но и по боковым линиям.

Помимо получения должности в государственном аппарате путем сдачи специальных экзаменов, ее можно было попросту купить. Маньчжуры посчитали возможным сохранить эту систему, получившую название кунцьзюй, как положительно зарекомендовавшую себя на протяжении длительного периода китайской истории, хотя на самом деле ее практическая значимость в выявлении талантливых администраторов была ничтожна.

Сословие «простолюдинов» (лян минь) объединяло основную массу жителей Китая. Оно состояло из земледельцев, ремесленников и торговцев. К земледельцам относились все не принадлежавшие к знати землевладельцы.

Внизу социальной лестницы находились «низшие», занимавшиеся «непрестижными» профессиями – актеры, странствующие музыканты, монахи, слуги и рабы. В имущественном отношении сюда входили люди с самым разным уровнем доходов – от богачей до неимущих бедняков.

Представители других этнических групп, проживавших на территории Китая в то время, фактически не имели никаких прав и были обязаны выполнять те повинности, которые на них налагали представители господствующих слоев.

Наиболее угнетаемыми являлись рабы, среди которых было много женщин. Они, в свою очередь, делились на государственных и частных. Рабство являлось вечным, лишь иногда, по Указу императора, они могли освобождаться. Дети рабов и рабынь также наследовали их статус.

Каждая низшая социальная группа также имела свои внешние отличия, как в одежде, так и в манере поведения.

Приход к власти маньчжур не мог не привести к определенным изменениям в экономической сфере жизни китайского общества. Не имея реальной возможности взять все земельные угодья Китая в собственность, маньчжурская элита оставила большую их часть за китайскими владельцами. Себе маньчжуры отвели земли в столичной провинции Чжили, а также и в ряде других районов с компактным проживанием китайского населения. Территория собственно Маньчжурии (в границах до 1644 г.) стала своеобразной заповедной зоной, доменом, где земли находились в собственности богдыхана, а этническим китайцам было запрещено там находиться.

В государственной собственности находились также леса, необрабатываемые земли, а также территории, на которых находились учебные заведения и места отправления религиозных культов.

Основная часть земельного фонда находилась в условном частном владении, за пользование которым владельцы выплачивали налоги. Для удобства их сбора в стране вводился жесткий контроль над населением. В сельской местности крестьянские дома объединялись в десятки и сотни, выплачивая государству поземельный, подушный и другие виды налогов. Кроме того, за ними сохранялись и личные повинности. Исчислялись налоги в серебре, но выплачивались, в основном, в натуральной форме.

Государство осуществляло монополию на добычу соли, вводило дополнительные налоги на чай, крепкие спиртные напитки, на имущественные сделки и т. д. Большую часть собранного урожая крестьянин был вынужден отдавать собственнику земли и выполнять для него различные личные поручения.

Тем не менее для укрепления своей власти маньчжуры пошли на снижение и частичную отмену существовавших при Минах налогов, передали в пользование крестьянам часть государственных целинных земель. Все это привело к концу XVII в. к некоторой стабилизации экономики и социальных отношений в обществе, следствием которой стало увеличение численности населения, расширение пахотных земель, улучшение положения в ремесленном производстве.

Некоторые историки считают, что в результате некоторой стабилизации в Китае начинает зарождаться капиталистический уклад, хотя все эти положительные изменения носили достаточно поверхностный и противоречивый характер. Другие же исследователи отмечают, что китайское общество до начала XIX в. оставалось еще вполне традиционным и никаких подвижек в сторону капиталистического развития там еще не наблюдалось. Укрепив же свое положение в Китае, маньчжуры постепенно вернулись к прежней системе налогов и повинностей.

В этих условиях значительную роль стал играть ростовщический капитал, так как без его помощи многим крестьянам почти невозможно было справиться с выплатой налогов и ведением личного хозяйства. Многие крестьяне, разорившись, уходили в города, где вели нищенское существование.

В Китае со времен Сунской династии существовала система круговой поруки баоцзя, которой связывались не только родственники, но и все жители той или иной местности. Каждая семья, входившая в пятидворку или десятидворку, должна была вести слежку за другими. Если члены баоцзя не сообщали вовремя властям о готовившемся преступлении, то они подвергались потом такому же наказанию, что и преступник. Видя для себя практическую пользу от таких порядков, маньчжуры в период своего правления их сохранили.

В городах, в свою очередь, также существовали серьезные проблемы для развития, связанные с введением на их территориях жесткого контроля над населением, ограничением предпринимательской инициативы купцов и ремесленников. Купцам запрещали строить большие корабли, вывозить свои товары за сухопутные границы Китая. Торговлю с другими странами имели право вести лишь специально созданные торговые компании, также находившиеся под жестким контролем цинского двора.

Внешнеполитическая деятельность Цинского двора отличалась двумя противоречивыми тенденциями. С одной стороны, ярко выраженным было желание «самоизолироваться», по примеру Японии, от остального мира, а с другой, – обозначилось стремление к захвату территорий соседних государств.

Вначале в вассальную зависимость от цинского Китая попадает Корея, затем Западная и Северная Монголия и Вьетнам. Что касается связей с европейскими державами, то сначала Цины к ним относились достаточно позитивно, видя в иностранцах союзников в борьбе за установление своего полного контроля над Китаем. Это выразилось прежде всего в предоставлении католическим миссионерам права проводить свою пропаганду среди китайского населения, а европейским торговым судам заходить в порты для продажи там своих товаров и покупки продукции китайских производителей.

В 70-е гг. XVIII в. предпринимались попытки установить взаимовыгодные отношения с Китаем и со стороны России. Однако противоречия из-за влияния на Дальнем Востоке и в Центральной Азии в тот период не позволили это сделать. Затем между двумя странами начались военные столкновения, в результате которых цинские войска осадили г. Албазин на р. Амур и в 1689 г. был подписан русско-китайский договор, поучивший название Нерчинский. По этому договору между Россией и Китаем устанавливались торговые связи, но Россия вынуждена была уступить Китаю левобережную часть по р. Амур, а г. Албазин подлежал разрушению.

В 1727–1728 гг. было подписано еще два соглашения – Буринский трактат и Кяхтинский договор, вновь приведшие к территориальным уступкам со стороны России, дальнейшему расширению русско-китайских торговых связей и разрешению русской духовной миссии постоянно находиться в Пекине. Ее члены изучали там китайский язык, культурные традиции, одновременно выполняя и некоторые дипломатические функции.

Попытки западноевропейских государств открыть свои миссии в Китае в тот период так и не увенчались успехом. Более того, в середине XVIII в. китайские власти запретили иностранцам торговлю на своей территории, за исключением порта Кантон (Гуанчжоу).

Большим внешнеполитическим успехом цинского Китая стала военная победа над Джунгарией и Кашгарией, а также включение в состав Китая Тибета. В конце 60-х гг. XVIII в. свою вассальную зависимость от Китая признала и Бирма.