Читать онлайн «Великая Орда: друзья, враги и наследники». Страница 74

109

«[Грозного]» – это примечание переводчика. Сам Джером Горсей называет «Ивана Грозного» так: «царь Иван» или, что чаще, «князь Иван».

Понятно, что это был уже другой Иван, а не тот, который был воспитан Захарьиными-Романовыми.

Письмо это сохранилось доныне и содержится в Сборнике князя Оболенского. Часть I, связки 1–7. Б.М. 1866.

Давыдовы ведут свой род от ордынского царя (хана) Касыма, сына хана Золотой Орды Улу Мухаммада. Отметим также, что «домашнее» имя-прозвище хана Касыма было «Тэнгрекол», что на татарском языке означает «Раб Божий» (60).

Значение политонима (названия политического сообщества) «Монгол» в XIII–XVII вв. – см. в пояснении к сноске 1 в Части I данной книги.

«Так называемого царя Симеона», как отзывается о нем антитатарист, антиордынец и масон Н. М. Карамзин, «фальсификатор русской истории» (67). Кстати, как и многие историки-антитатаристы, Николай Михайлович – сам из татар. Вообще-то, следует заметить, что историков-антитатаристов достаточно не только тех, которые из татар, водятся они и среди татар – в виде «булгаристов».

Видимо, это был яд «с отсроченным действием» – древнейшее средство тайной войны – действует не сразу, может «сработать» через несколько лет после попадания в организм, но поражает жертву наверняка. Понятно, что трудно, вернее, практически невозможно установить при этом отравителя. Рецепт этого яда не могли не знать иезуиты, шнырявшие веками по всем закоулкам мира также и в поисках именно подобных образцов экзотики.

См. об этом подробнее выше, в главе I.

Комментарий: «В XVI в. ногайские татары были разделены уже на две орды – малую и большую. Первая кочевала в нынешней Кавказской области к северу от Кубани и Кумы, а последняя, по свидетельству Гваньини, тянулась на восток от Казанского царства к берегам Каспийского моря и р. Урала. Она известна также под именем «Синей Орды»«(112).

Отметим, что происхождение известного «сибирского хана» Кучума от потомка Чынгыз-хана, татарского хана Шейбана – это тоже гипотеза официальных историков, увлеченно выстраивающих теорию «о вековечной борьбе русских с татарами-ордынцами». И еще: как мы выше видели, «ногайских» татар иногда называли и «сибирскими» татарами – особо тех, которые жили на нижней Волге и восточнее нее (см. Часть I).

«Самый могущественный из татарских мурз-карачи» – это определение немца Миллера Г.Ф. («История Сибири», начало XVIII века), и в данном случае он абсолютно точен, как видим, так как речь шла о факте, не очень давнем для того времени, и это было известно многим. Да и никто еще тогда из официальных историков не получил смешных указаний называть Кадыр Али бека «первым казахским историком», то есть, «казахом по национальности», как это случится впоследствии, в советское время. Да ведь и потомки этого татарина-карачы были еще довольно влиятельными людьми тогда, когда Миллер сочинял «историю России». Как видим, очень хорошо знали они, Романовы и их немцы, «кто таковы татары».

Отметим, что полное содержание этого исторического источника долгое время было сокрыто от нас официальными историками, да и поныне его нет в открытом доступе.

Это примечание-поправка советского историка: так как в советское время приказано было считать, что «татарскими» (татарами) могли быть только те исторические личности, которые находились (проживали) на «территории современной Татарской АССР», или происходили оттуда. Остальные исторические личности – татары объявлялись «людьми других национальностей», или просто «не татарами» – разумеется, кроме тех, кого историки-западники определили в число «очень плохих». Таковых в научных и научно-популярных трудах разрешалось «оставить татарами».

Вспомним, что в державе Монгол – Великой Татарии – Верховный хан создавал стратегические запасы зерна, чтобы в случае угрозы подобных бедствий в каком-либо Улусе (части) державы направить туда хлеб в помощь населению (41), (42). Поэтому в державе Монгол не было никогда подобного – огромная континентальная империя могла справиться с неурожаем или иным стихийным бедствием за счет взаимопомощи своих Улусов, или, в крайнем случае, за счет стратегических резервов державы. Поэтому не голодали ордынцы и их подданные в пору единства державы Монгол, и даже помогали голодающим Западной Европы, например, итальянцам – тем же католикам (там же).

Стоит отметить, что «казаками» в рассматриваемый период называли себя многие, часто не имеющие отношения к войскам Орды, которыми и являлись настоящие казаки еще и в то время (28), (29), (30). Присваивали себе название «козаки» многие, частенько откровенно уголовные группировки, а в период Смуты в основном – отряды западников, сформированные из наемников-головорезов. Это тоже было весьма действенным способом наведения «мути». Этот прием использовался фашистами в период Великой Отечественной войны – эсэсовцы, и особенно «фельдполицаи» из изменников, в ряды которых шли обычно «суки» (особый контингент из среды уголовников), переодевались в советскую военную форму перед проведением своих «акций» по демонстративному уничтожению мирного населения. Но, правда, ныне вспоминать это у историков-западников и в прочей высококультурной среде «не модно» – видимо, кое-кому гораздо выгоднее повторять пропагандистские вымыслы о «зверствах» советских солдат – наших отцов и дедов.

Комментарий официального историка: «Дмитрий Иванович Белый. Кажется, не существует свидетельств о таком прозвище царевича Димитрия» (102). Поясним – существует. Только, естественно, довольно противоречит сей факт официальной версии о «престолонаследии московских царей от римских императоров». Дело в том, что Дмитрий объявил себя законным претендентом на царский престол вместо якобы «нечисто избранного Бориса» и был, как мы помним, так же, как и царь Борис, и хан Саин-Бикбулат, потомком ордынских царей. Все ордынские цари (ханы) также носили титул «Белый царь (хан)», поскольку государство, основанное ордынцами на западе Евразии, – Золотую Орду – называли также частенько и Белой Ордой (42). Титул «Белый царь» был унаследован и представителями династии Романовых – вместе с гербом, территорией и, в принципе, в целом с государственностью Золотой (Белой) Орды (42).

Окружение царя Бориса, как видим и по данному источнику, носило в основном татарские фамилии: Артышовы, Басмановы, Бахтеяровы, Бегичевы, Булгаковы, Курлятевы, Татищевы, Телепневы, Чемадуровы, Шереметьевы. Также в записках Томаса Смита упоминаются во множестве служившие у Бориса молодые татарские князья: астраханские, казанские, сибирские, и «черкесские» – последнее означает князей из черкасских татар (см. о них выше в данной книге, Часть I, Глава 2).

Н. М. Карамзин пишет, что это, мол, была «Божья кара» за якобы «убиенного по указанию царя Бориса царевича Дмитрия». Знал бы Николай Михайлович, что именно подобным образом закончит свое царствование и династия Романовых: подобная же организация, подобная же Смута, и подобное же уничтожение царской семьи… Как пришли – так и ушли… Только Россия и осталась со своим романовским курсом истории о «плохих» татарах, к сочинению которой, а особенно внедрению ее в умы россиян, немало стараний приложил и Н. М. Карамзин.

Болотников – один из видных «полевых командиров» периода Смуты: «Вернувшийся из турецкого плена через Польшу» и возглавивший «восставших крестьян». В войске Болотникова были также и те самые «козаки» – см. выше пояснения к сноске 42.

Филарет (Федор Романов-Захарьин) воспитывался с детства иезуитом, который «обучал его латинскому языку». Уже в зрелые годы Федор Романов-Захарьин прошел основательную подготовку в иезуитской академии в Вильно (2, с. 1029–1030).

Почему в рассматриваемое время многих татар называли «басурманами» («бесерменами»), см. (41, с. 391).

Как мы помним, осталось немало серьезных сведений о том, что московиты – которых историки-западники поголовно запишут в русские – и в конце XVI века еще «не понимали славянского языка» (см. выше Часть I).

Шереметовы – из знатного рода татар-ордынцев (14).

См. о всемирно известном историке и тюркологе Ахметзаки Валиди Тугане в пояснениях к сноске 9 в Части I данной книги.

Именно так – «историком-флюгером, сознательно изменяющим факты» – позволил себе назвать советский историк мурзу Кадыр Али бека, татарского историка и публициста XVI–XVII веков, излагавшего в своих произведениях весьма неугодные западникам сведения о татарах-ордынцах (109, с. 46).