Читать онлайн «Империя тюрков. Великая цивилизация». Страница 85

Пути Византии и крестоносцев разошлись; охладев друг к другу, они использовали сельджуков для достижения диаметрально противоположных целей. Сельджуки, постигшие извороты дипломатии во время пребывания при дворе византийских императоров, оправились быстро от удара, который был нанесен им 1-м крестовым походом.

Таким образом, экспансия сельджуков натолкнулась на крестоносцев, которые всюду ставили им барьеры. Город Никея, молодая столица государства сельджуков, ускользнула из-под их власти, а после поражения при Дорилеи они были отброшены на восток. Сопротивление сельджуков было сломлено: крестоносцы прошли беспрепятственно через Малую Азию, занимая города и вырезая тюркские гарнизоны. Вскоре пaлa и Антиохия, манившая к себе крестоносцев как «древнейшая кафедра св. Петра» (измена одного начальника – армянина, смотревшего на крестоносцев как на освободителей малоазиатского христианства, – облегчила крестоносцам взятие города). Потеряв Антиохию, сельджуки Рума навсегда должны были отказаться от Сирии. В тылу образовалось Эдесское княжество (1098 г.) – плотина, которая должна была сдерживать приток туркменских племен из Хорасана, и князь Эдессы, Балдуин, протягивал руку брату, Готфриду Бульонскому, «защитнику гроба Господня» в Иерусалиме, тоже еще недавно (в 1078 г.) завоеванном сыном победителя Романа Диогена, – так сельджуки были вытеснены и из Палестины, отошедшей к Фатимидам. А на Средиземноморском побережье появляются западные рыцари и закрывают сельджукам дорогу к морю.

Зажатые кругом христианами, сельджуки легко могли быть раздавлены – и для Византии, и для крестоносцев они были помехой, которая сковывала их идеалы, жизненно реальные и религиозные; во время 1-го крестового похода рыхлое государство сельджуков было еще слабо.

Но взоры крестоносцев были направлены на побережье Сирии и Палестины. Придя в Малую Азию для того, чтобы прогнать «сарацин», крестоносцы поняли что, защищая Византию, они наносят ущерб себе. Что касается сельджуков, то они не видели в них большой опасности для себя. Перед ними вырастали новые враги, соперники – мусульманские князья из Месопотамии устремлялись также к Северной Сирии. Крестоносцы должны были принять на себя удары и из Египта, тем самым невольно отведя от сельджуков угрозу сначала со стороны Фатимидов, потом Эюбидов. Таким образом, в силу обстоятельств сельджукам был предоставлен покой, и они смогли оправиться от ударов.

Завершился 1-й крестовый поход в 1099 г. захватом крестоносцами Иерусалима и образованием Иерусалимского королевства.

Своими целями и людскими массами, которые были приведены в движение, 1-й крестовый поход поразил Византию и исламский мир. В результате похода были созданы четыре латинских государства на Востоке, которые занимали площадь от Аскалона до Антиохии и от Средиземного моря до Евфрата. Почти до 1130 г. инициатива была на стороне крестоносцев, но тюркам удалось изменить соотношение сил в свою пользу.

Тем временем в самом центре Азии происходили потрясающие события – восточное христианство противостояло исламу.

В 1137 г. каракитайский хан Елюй Даши покорением Кашгара и Хотана восстановил против себя весь мусульманский мир. Иными словами, положение на западной окраине Каракитайского (буддийского) ханства было весьма напряженным, тем более что за спиной мелких мусульманских князей стоял сельджук Санджар (см. «Государство сельджуков»), командующий самой сильной армией из тех, что действовали на Ближнем Востоке.

В 1141 г. возник грандиозный конфликт. На борьбу с неверными явился султан Санджар, сопровождаемый вспомогательными отрядами из Хорасана, Седжестана и горных областей Гура, Газны, Мазандарана. Здесь были лучшие войска мусульманского мира, закаленные в боях с греками и крестоносцами, экипированные по последнему слову тогдашней техники. Войско Санджара исчислялось приблизительно в 100 тыс. всадников. Таких сил не выставляли даже против крестоносцев.

Но, несмотря на все это, в 1141 г. на Катванской равнине, лежавшей между Ходжентом и Самаркандом, Елюй Даши, разделив свое войско на три части, оттеснил мусульман в долину Диргам (один из притоков Зеравшана) и разгромил их так, как этого не могли сделать ни Карл Мартелл, ни Лев Исавр, ни Готфрид Бульонский.

Султан Санджар успел скрыться, но его жена и соратники попали в плен, а 30 тыс. лучших сельджукских воинов пали смертью храбрых.

Невольно возникает вопрос: как могло войско Елюя Даши нанести подобное поражение?

В источниках очень мало информации по этому поводу. Вывод однозначен: войскам Елюя Даши неоткуда было ждать пополнения армии, подкрепления для войны с мусульманами. Даже набрав добровольцев, надо было их кормить, вооружать, обучать, а значит, кто-то должен был давать деньги, которых у хана не было.

Так кто же мог субсидировать Елюя Даши? Тот, у кого они были и кому было нужно, чтобы гурхан воевал с мусульманами. И это были уйгуры, одна часть из которых были буддисты, другая – несторианцы.

Именно уйгуры приняли гурхана в своей столице Бешбалыке, снабдив его продовольствием, дали возможность реорганизовать армию, а в дальнейшем пополнить ее степными удальцами. За это они получили то, что нужно любому коммерсанту, – их ставленник, Елюй Даши, сокрушил их конкурентов в Самарканде, Фергане, Кашгаре и Хотане и обеспечил им монополию караванной торговли.

Причем, к коммерции политической и финансовой уйгуры-буддисты отношения не имели, поскольку это противоречило их религиозным принципам, их монастыри были изрядно богаты. Зато несториане ненавидели мусульман со всей страстью, на которую были способны, и к тому же тоже занимались торговлей.

Одним словом, с Катванской битвы начался расцвет уйгурских городов, а там, где власть попала в руки христиан, мусульманских купцов облагали налогами.

Несториане отличались конфессиональной нетерпимостью и не жалели средств для войны против иноверцев. Им нужен был военный вождь. Елюй Даши отвечал всем требованиям: он был достаточно культурным, чтобы избежать подозрений в язычестве, достаточно светским, чтобы не стать буддийским монахом, и, оказавшись врагом султана Санджара, он уже не мог и помышлять о принятии ислама.

Елюй Даши, как опытный политик, понимал, что, если он хочет удержаться на новой земле, ему следует обеспечить себе поддержку, пусть несториан. И его наследник получил христианское имя Илия, а крестоносцы в Палестине и Сирии искренне поверили в существование христианского царства на востоке от Ирана.

На самом деле царства, как такового, не было, но идея его существования, его необходимости возникла и играла роль в политической и военной истории Азии.

Христианское царство, возглавляемое царем-священником, – только мечта восточных христиан, но эта мечта была настолько действенна, что к моменту смерти Елюя Даши начала казаться реальностью.

Территория под непосредственным управлением гурхана располагалась к югу от р. Чу и Центрального Тянь-Шаня. На юге она была ограничена Амударьей, на западе – Аральским морем, на востоке – богатым оазисом Хотаном. Кашгар, Самарканд, Бухара и Термез после Катванской битвы платили гурхану дань.

В начале XIII в. была учреждена несторианская митрополия «Кашгара и Невакета (Семиречье)».

Итак, восточное христианство противостояло исламу. Именно уйгуры стояли у истоков «Желтого крестового похода».

Забегая вперед, следует отметить, что в 1253 г. состоялся курултай тюрко-монгольского народа – войска, на котором приняли решение освободить от мусульман Иерусалим. Это было началом «желтого крестового похода» за Христову веру к гробу Господню. Об этом речь пойдет в следующей главе, а сейчас обратимся к сельджукам Сирии и их роли в Крестовых походах.

Настоящими противниками крестоносцев, кроме египтян, были сельджуки Сирии. С падением сильного, хотя и слишком властолюбивого Тутуша (ум. в 1095 г.), в Сирии господствовала повсеместная неурядица, сельджуки, раздираемые противоречиями, были неспособны организоваться, несмотря на существование двух могущественных семейств дома Тутуша – его сыновей, Ридвана в Алеппо (1095–1133 гг.) и Докака в Дамаске (1095–1104 гг.). Эти принцы, подобно всем остальным сельджукам Ирана, передали реальную власть своему атабеку, наставнику, «второму отцу», тюрку Тогтегину (ум. в 1128 г.).

В 30-х гг. XII в. в менталитете мусульман происходят изменения. С момента появления крестоносцев на Востоке они вызывают гнев у всех своим жестоким, сектантским, варварским поведением, что приводит к упорному сопротивлению мусульман. В 1104 г., а также после поражения крестоносцев в битве при Харане в 1114 г. все города в окрестностях Антиохии, населенные восточными христианами, открыли свои ворота эмиру Халеба. В 1117 г., когда войско мусульман шло по землям Галилеи, мусульманское население выступило против христиан и предоставило их врагам проводников и продовольствие.