Читать онлайн «Империя тюрков. Великая цивилизация». Страница 269

Под патронажем Соколлу в политике не произошло никаких перемен. Темп, присущий правлению Сулеймана, был сохранен и в междуцарствие, что задержало поворот в развитии событий на следующие двенадцать лет.

Соколлу, завершив кампанию Сулеймана в Венгрии, в 1568 г. заключил с Габсбургами Адрианопольский мирный договор, который должен был быть в силе восемь лет и в действительности повлек за собой сохранение территориального status quo. Далее, Соколлу впервые развернул турецкие армии в новом направлении – в направлении Руси.

Перед лицом неумолимого подъема Руси в Европе оказались два тюркских государства: Османы и их вассал, Крымское ханство, которое еще принадлежало Степи, хотя Золотая Орда в какой-то мере сделала крымчан оседлым народом. Русские много пострадали от тюрков. И они готовились отплатить им за все.

На протяжении XVI в. Великое княжество Московское развилось в единое и сильное государство. Сначала русские не рассматривались турками как угроза, и с 1492 г. им было разрешено свободно торговать на территории империи. Затем на сцене появился Иван Грозный. В 1547 г. он принял титул царя, стремясь превратить великое княжество в империю. Его дед и предшественник Иван III женился на Софии, племяннице последнего императора Византии. Он тем самым заявил о своих претензиях на наследство Восточной Римской империи, избрав византийского двуглавого орла в качестве своего символа власти.

Экспансия Ивана в южном направлении за счет татарских ханов привела к захвату им Астрахани на Каспийском море. Осуществив поход на Азов и побережье Крыма, Иван напрямую посягнул на сферу интересов Османской империи – Крымское ханство.

Безусловно, здесь следовало вмешаться, ибо мусульмане из Туркестана – будь то паломники или торговцы – уже были лишены доступа в его империю из-за закрытия для них персидской границы, а теперь еще и из-за отказа пропускать мусульман и других препятствий на вновь завоеванной территории московитов. Их правители поэтому умоляли Стамбул отвоевать Астрахань и тем самым восстановить традиционный путь паломничества.

Таким образом, необходимо было остановить распространение русских на юг и способствовать турецкому продвижению на восток.

С этой целью Соколлу планировал построить канал между Доном, впадающим в Азовское море с северо-запада, и Волгой, впадающей в Каспийское море с северо-востока, в точке, где две реки разделяли всего тридцать километров. Это позволило бы соединить два моря, Черное, уже ставшее «Турецким озером», с Каспийским. С помощью каспийского флота канал способствовал бы доступу турок в Иран по окружному пути, обходя долгий и трудный наземный маршрут, открывая новый проход к Кавказу и к дорогам, ведущим в Центральную Азию через Тебриз. Канал повлек бы за собой возрождение исторического межконтинентального пути – центрально-азиатской, астра хано-крымской, дороги – и, как следствие, открыл бы перспективы торгового и стратегического преимущества, которое было жизненно важно для ислама, чтобы отразить московитов. Канал, подобный тому, что великий визирь ныне замыслил как собственное изобретение, на восемнадцать веков раньше был задуман Селевком Никатором, военачальником и наследником монарха Александра Великого.

В 1568 г. Соколлу направил большое войско по Черному морю в Азов, а еще более крупное – для захвата Астрахани.

Учитывая технические возможности XVI в., строители канала столкнулись с трудностями после того, как треть канала уже была прорыта. Так что в 1569 г. часть флота пришлось доставлять к Волге волоком, где он поплыл вниз по течению на осаду Астрахани. Осада не удалась из-за явной нехватки артиллерии, суровой зимы и общего упадка морального состояния турецких войск.

Во время возвращения домой значительная часть войска погибла из-за сильного шторма на Черном море. Оставшиеся в живых решили, что север не для них. И тогда на арену выступил крымский хан Давлет-Гирей: он решил предпринять поход на Москву. Это случилось в 1571 г. Хан со своим войском проник настолько далеко, что сжег пригороды Москвы. Вскоре после этого было заключено мирное соглашение между царем и султаном как результат первого столкновения между Османской империей и Россией. Селим II сохранил свою власть над Крымским ханством и отказался от претензий на Астрахань.

Тем временем слухи о строительстве канала Волга – Дон прекратились, а Соколлу задумал возводить канал вдоль Суэцкого перешейка, который бы соединил Средиземное море с Красным и далее с Индийским океаном. Но это пока было в планах. Обстановка же благоприятствовала возрождению роли Османской империи в качестве защитника ислама от натиска христиан: восстание мавров Гренады против короля Испании Филиппа II. Мавры нуждались в поддержке султана. Соколлу рассматривал Испанию в качестве главного врага империи, поэтому хотел развязать новую крупную кампанию в Средиземноморье. Однако Селим II проявил волю и не захотел помогать маврам, а решил направить военные действия против Венеции за владение Кипром, весьма лакомым кусочком. Таким образом, войска были направлены на Кипр вместо оказания помощи маврам.

На захват острова Селим II послал флот под командованием адмирала Пиэль-паши и пятидесятитысячную армию под командованием Лала-Мустафы. Кипрский наместник Никколо Дандоло разделил свою десятитысячную армию на два гарнизона, которые поставил в Никосии и Фамагусте.

Гарнизон в Никосии был слишком малочисленным, чтобы оборонять городские укрепления, сооруженные по последнему слову фортификационной науки. Город был взят турками штурмом, весь гарнизон и большая часть жителей перебиты.

Почти год, включая август 1571 г., длилась осада Фамагуста. Зимой осаждающие практически никаких действий не предпринимали, только поддерживали блокаду, но некоторое количество припасов и подкреплений в город доставлять все же удавалось – в обход турецкого флота. Комендант крепости Марк-Антонио Бригадино с толком использовал передышку, чтобы укрепить древние городские стены, для обороны которых он располагал гарнизоном в пять с половиной тысяч человек. Летом и зимой шли ожесточенные бои; оборонялся Бригадино с большим искусством. Когда у него кончились боеприпасы, а гарнизон сократился до двух тысяч человек, он принял условия капитуляции, предложенные Лала-Мустафой, который затем вероломно перебил оставшихся в живых защитников.

В 1571 г. папа Пий V основал Священную лигу. Целью его было снарядить против турок крестовый поход, чтобы снять осаду с Фамагуста, но из-за взаимных подозрений Испании и Венеции подготовка шла слишком медленно. Пока христианские армии собирались в Мессине, Фамагуста пала.

Полным ходом шли турецкие военно-морские операции. Адмирал – паша Али Монизин-даде – опустошил венецианские владения в Ионическом и Эгейском морях, затем двинулся на Адриатику и был замечен в непосредственной близости от Венеции. Получив известие, что в Мессине собирается объединенная христианская флотилия, он поспешил вернуться в Ионическое море.

К концу сентября 1571 г. был завершен сбор объединенного флота христианских держав. Флотилия насчитывала около 300 кораблей и судов самых различных типов, командовал ею дон Хуан Австрийский. 23 сентября он отплыл к Коринфскому заливу на поиск турецкого флота.

Когда рано утром 7 октября турецкий флот был обнаружен близ Лепанто, в распоряжении дона Хуана Австрийского находились 108 венецианских галер, 81 испанская, 32 галеры, обеспеченных Папским и другими небольшими государствами, а также 6 огромных венецианских галеасов.

Полумесяц должен был встретиться с Крестом в последнем в истории Европы великом морском сражении гребных флотов. Символизируя крест, развевалось папское знамя, на котором была изображена фигура распятого Христа; символизируя полумесяц, развевался священный штандарт из Мекки с вышитыми на нем изречениями из Корана.

Османский флот вышел из гавани Лепанто. Под командованием Али Монизин-даде находилось 270 галер – в среднем чуть менее крупных, нежели корабли христианской флотилии. И не исключено, что османские моряки были не столь опытны, как европейские.

Оба флота выстроились классическим боевым порядком – в одну линию, тремя крупными группами, с резервом, сосредоточенным чуть поодаль. Не считая того, что на левом фронте османского флота кораблей располагалось больше, чем на правом (что говорило о запланированном обходном маневре), никаким тактическим планом ни та, ни другая сторона не располагали – ставка делалась только на таран и абордаж. Из общей численности судовых экипажей христианского флота, достигавшей 84 тыс. человек, 20 тыс. были солдатами абордажных команд; у осман аналогичные цифры составляли соответственно, 88 и 16 тыс. Единственное, чем эти флоты отличались от флотов, скажем, времен Пунических войн, так это тем, что на носу галер и вдоль бортов галеасов устанавливалось по несколько легких пушек. Христианские солдаты, часть которых составляли аркебузиры, носили легкие доспехи. Османы в большинстве своем доспехов не имели, а вооружены были луками и арбалетами.