Читать онлайн «Карфаген должен быть разрушен». Страница 105

246

Согласно Полибию, предложение Гамилькара распространялось и на ливийцев.

Как сообщает Полибий, мятежники замучили и умертвили до 700 карфагенян.

Утверждение Аппиана о том, что римляне тоже послали посредников в Северную Африку, скорее всего достоверное (Hoyos 2007, 129). Однако не имеется свидетельств, подтверждающих мнение Хойоса (Hoyos 1998, 125), будто римляне согласились снизить размер или отсрочить выплату контрибуции Карфагеном.

И африканские, и сардинские повстанцы изображали на монетах три колоса, которых не было на карфагенских деньгах (Visona 1992, 125–126; Carradice & La Niece 1988, 38–39). Это обстоятельство может указывать на то, что между ними были контакты.

Другие, более поздние, римские историки будут утверждать, что Сардиния была уступлена Риму (Livy 21.40.5, 22.54.11). О недостаточности свидетельств новых столкновений между Римом и Карфагеном в начале тридцатых годов III века: Hoyos 1998, 134–135.

Между исследователями возникли разногласия по поводу даты судебного преследования Гамилькара Барки. Loreto (1995, 205–210) и Lancel (1999, 28) согласны с Аппианом, сообщившим, что Гамилькара пытались привлечь к суду в 237 году. Seibert (1993, 13–14) и Hoyos (2007, 20–21) полагают, что это случилось в 241 году, когда популярность и политическое положение Гамилькара были на самом низком уровне.

Лишь около десяти процентов обнаруженных археологами вотивных памятников поставлено женщинами. Поразительно то, что женщины-просительницы представлены именами отцов или мужей (Amadasi Guzzo 1988, 144–147). Элитные семьи зачастую совершали совместные жертвоприношения.

На некоторых надписях имена сопровождались указанием «принадлежит такому-то» (s) (Amadasi Guzzo 1988, 143–144).

В одной надписи перечислены гильдии грузчиков и упаковщиков, плавильщиков золота, кузнецов, стеклодувов и даже изготовителей сандалий, принимавших участие в строительстве новой улицы.

Предполагается, что несколько укреплений в Восточной Андалусии, датирующихся V — III веками, могли использоваться карфагенянами для охраны рудников.

По мнению некоторых исследователей, Баркидская Испания существовала как независимая монархия, но это очень вольное допущение (Blasquez Martinez & Garcia-Gelabert Perez 1991, 38ff).

Polybius 2.1.6 contra Diodorus (25.10.1), утверждающего, что армия отправилась из Карфагена.

Это древнее греческое поселение на северо-востоке побережья Испании, ниже восточной оконечности Пиренеев, называется по-разному: Эмпории, Эмпоры, Эмпория. У Полибия — Эмпория, у автора — Ampurias.

Безусловно, отношения сложились напряженные. Во время Второй Пунической войны командующий в Гадесе реквизировал все ценности храма и города и обложил жителей военным налогом. Городской совет в отместку вел тайные переговоры о передаче Гадеса римлянам. Магон, главнокомандующий карфагенян, казнил изменников.

Теперь принято датировать выпуск карфагенских серебряных драхм, найденных в Испании, гораздо более ранним временем — до Баркидской экспедиции (Villaronga 1992).

В этот период корабли также изображались на монетах Тира и Сидона (Villaronga 1973, 57).

Эту эмблему, конечно, избрали потому, что тетрадрахма Александра/Геракла была тогда самой распространенной серебряной монетой в эллинистическом мире и, следовательно, наиболее привлекательной для наемников на службе у Карфагена. Подсчитано, что этот образ в Средиземноморье и на Востоке 51 раз воспроизводился на монетах разных выпусков в последней четверти III века (Price 1991, 72–78). Возможно, подействовал пример Агафокла, который тоже изображал Геракла на своих монетах. Подобно тому как «портрет» Геракла на некоторых монетах Александра воспроизводил идеализированное обличье великого царя, его образ использовался в тех же целях и на монетах Агафокла (Dahmen 2007).

Hoyos (1994, 247–259; 1998, 150–152) утверждает, что Баркиды пользовались политической поддержкой в Карфагене и якобы «с 237 года карфагенская республика де-факто была военной монархией». Я согласен с мнением Шварте (1983) и Хусса (1985), которые считают, что в Карфагене конфликтовали противники и сторонники Баркидов.

Один римский и птоломеевский стадий — 185 метров.

Rich 1996, 20; Errington 1970, 37–41 — с его тезисом о возможном вмешательстве Массилии совершенно не согласен Хойос (Hoyos 1998, 171). Массилияне имели колонию на северо-востоке Испании.

Errington (1970, 32–34), Hoyos (1998, 147–149) — оба считают эту историю вымыслом, хотя и не выдвигают убедительных аргументов.

Hoyos (1998, 169–170) полагает, что Гасдрубал пригрозил воспользоваться вторжением галлов в Северную Италию. Эта гипотеза отвергается Ричем (Rich 1996, 21–23).

Цитата вырвана из контекста и малопонятна. Целесообразно привести ее полностью. Гасдрубал пригласил Ганнибала к себе в Испанию письмом, когда он едва достиг зрелого возраста, и об этом был поставлен вопрос даже в сенате. Баркиды домогались утвердительного его решения, желая, чтобы Ганнибал привык к военному делу и со временем унаследовал отцовское могущество; но Ганнон, глава противного стана, сказал: «Требование Гасдрубала, на мой взгляд, справедливо; однако я полагаю, что исполнять его не следует». Когда же эти странные слова возбудили всеобщее удивление и все устремили свои взоры на него, он продолжал: «Гасдрубал, который некогда сам предоставил отцу Ганнибала наслаждаться цветом его нежного возраста, считает себя вправе требовать той же услуги от его сына. Но нам нисколько не подобает посылать нашу молодежь, чтобы она под видом приготовления к военному делу служила похоти военачальников. Или, быть может, мы боимся, как бы сын Гамилькара не познакомился слишком поздно с соблазном неограниченной власти, с блеском отцовского царства? Боимся, как бы мы не сделались слишком поздно рабами сына того царя, который оставил наши войска в наследство своему зятю? Я требую, чтобы мы удержали этого юношу здесь, чтобы он, подчиняясь законам, повинуясь должностным лицам, учился жить на равных правах с прочими; в противном случае это небольшое пламя может зажечь огромный пожар».

Villaronga (1973, 121) утверждает, что эти монеты (III) были выпущены во время командования Гамилькара или Гасдрубала. Однако Волк (Volk 2006) недавно выдвинул обоснованную гипотезу, предполагающую, что эта серия по времени отстоит не очень далеко от более поздней серии XI, которую исследователи связывают со Второй Пунической войной. Поскольку датирование XI серии не вызывает сомнений, то, очевидно, и III серия была выпущена гораздо позже, чем предполагает Вилларонга.

Среди исследователей ведутся споры по поводу предположений о вероятном изображении Баркидов на этих монетах (Robinson 1953, 42–43; Villaronga 1973, 45–47).

Автор не называет «грозного противника». Согласно Ливию, им было войско карпетанов, которое вместе с вспомогательными отрядами олькадов и вакцеев насчитывало около ста тысяч человек — в открытом поле непобедимое.

Современная река Тахо.

Livy (21.6) ничего не пишет о поездке послов, а просто сообщает о том, что сенат принял решение отправить послов, но посольство не успело выехать из-за нахлынувших событий. Rich (1996, 10–12) — о том, что римский ультиматум был предъявлен и отвергнут до того, как Ганнибал перешел Ибер.

Выдвигались предположения о том, что в упоминаниях римских посольств Полибием (до осады) и Ливием (во время осады Сагунта) в действительности речь идет об одной и той же миссии (Lancel 1999, 50).

Черная керамика была столь популярной, что ее начали имитировать и в Карфагене.

К их числу относился и первый римский историк Фабий Пиктор, принимавший самое активное участие в дебатах (Polybius 3.8.1–3.9.5).

Seibert (1993, 58–60) предполагает, что Совет старейшин в Карфагене выступил в поддержку Ганнибала, преодолев определенные разногласия.