Читать онлайн «Древний Восток». Страница 104

Для людей недостойно и гибельно почитать из страха или ради сиюминутной выгоды всеобщих врагов — дайвов, стремящихся лишь к хаосу и разрушению. Человек должен занять свое место в битве вселенского Добра и Зла, участвуя в ней тремя орудиями: добрым словом, добрыми помыслами и добрыми делами — и признавая верховным владыкой одного лишь Ахура-Мазду, отрекаясь от всякого общения с дайвами и их почитателями; такой человек обеспечит себе воздаяние в загробном мире.

Хозяйственные занятия оседлых авестийских ариев, к миру которых принадлежал Заратуштра, и разрушительные для этого мира нашествия кочевников существенно сказались на его проповеди: прилежное занятие земледелием и бережное отношение к скоту объявлялись важными добродетелями, а кочевники дайвопоклонниками и инструментом Анхро-Манью. Зороастризм запрещал человеческие жертвы и требовал от своих адептов соблюдать жесткий принцип взаимного ненападения. В целом он был проявлением типичной для «осевого времени» тенденции к этизации картины мира и религиозной практики.

Хотя представители традиционной системы культа оказывали новому учению сопротивление (по преданию, сам Заратуштра был убит жрецом старой веры), оно победило в Иране быстро и почти бескровно. Большинство иранских обществ само отказалось от культа дайвов; Ахура-Мазда отныне почитался как их верховный бог и единственный повелитель. К середине VI в. до н. э. зороастризм распространился в Мидии, и его основными носителями на западе Ирана стали мидийские жрецы — маги. Около 520 г. до н. э. Дарий I возвел зороастризм в ранг государственной религии Ахеменидской державы и уже в Бехистунской надписи приписывал все свои победы воле Ахура-Мазды.

Однако этическая составляющая в понимании зороастризма при этой адаптации была быстро сокращена: если в основном тексте Бехистунской надписи Дарий заявляет, что Ахура-Мазда помогал ему, так как сам он, Дарий, был носителем правды, а его враги — обманщиками, то в приписке, добавленной к надписи через несколько лет, помощь Ахура-Мазды объясняется уже просто тем, что Дарий поддерживает культ Ахура-Мазды, а его враги — нет. Около 485 г. до н. э. его преемник Ксеркс запретил культ дайвов в одной из областей империи, где его еще практиковали (очевидно, это была недавно присоединенная страна), и составил об этом особую, так называемую «антидэвовскую» надпись. Помимо Ахура-Мазды, в Иране особо почитались Митра, считавшийся одним из его главных слуг, и повелительница рек и плодородия Ардвисура-Анахита.

Священной книгой зороастризма является «Авеста». Дошедший до нас текст «Авесты» оформился во времена династии Сасанидов (III–VII вв. н. э.), но содержит фрагменты текста и традицию куда более древних эпох. Скажем, древнейшая часть «Авесты» «Гаты» — ритмические проповеди Заратуштры — восходит к текстам VII в. до н. э., если не ранее; в других частях «Авесты» встречаются реликты мифологических представлений и исторического эпоса ариев-иранцев II — начала I тысячелетия до н. э.

«Авеста» написана на особом, очень архаическом «авестийском» языке (самом древнем из письменных иранских языков). Датировка и интерпретация текстов «Авесты» составляют предмет нескончаемых споров в иранистике.

Открытие древнейшей цивилизации Индии произошло сравнительно недавно, в 20-е годы XX в. К тому времени изучение Древней Индии имело уже длительную историю, однако основоположниками древнеиндийской цивилизации считались арии, расселившиеся в долине Ганга и создавшие здесь в I тысячелетии до н. э. первые государства; культура этого периода была отражена во множестве сохранившихся текстов.

Удивительные находки 20-х годов XX в. в долине Инда перевернули эти представления, показав картину развития древней цивилизации, существовавшей уже в III тысячелетии до н. э. одновременно с великими цивилизациями долины Нила и Месопотамии. Первые города этой эпохи были обнаружены индийскими археологами в 1921 г. Р. Д. Банерджи выявил эти древние слои на холме Мохенджо-Даро, Р. Б. Сахни нашел аналогичные слои в Хараппе.

В те же 20-е годы прошлого столетия под руководством Дж. Маршалла были начаты широкомасштабные раскопки в Мохенджо-Даро, которые дали материал, поразивший ученый мир своей необычностью и глубокой древностью. В ходе дальнейших исследований был прослежен чрезвычайно широкий ареал распространения этой древней культуры, получившей название хараппской (или «культура Хараппа»; в литературе встречаются также названия «индская цивилизация», «протоиндийская цивилизация», «культура Мохенджо-Даро»). Она охватывала весь бассейн долины Инда с прилегающими территориями, вплоть до морского побережья Гуджарата; множество поселений было открыто также в долине высохшей реки Гхаггар, которая в те времена была полноводной. Была определена и хронология хараппской культуры: ранний период — 2900–2200 гг. до н. э., средний — 2200–1800, поздний период — 1800–1300 гг. до н. э.

Одно из наиболее ярких явлений индской цивилизации — существование крупных городских центров с высоким уровнем градостроительства. Города имели прямоугольный план и были огорожены стенами высотой 2–5 м и шириной до 7 м, выстроенными из кирпича. Индские города отличались четкой, продуманной планировкой. Главные городские здания находились на «цитадели» — высокой глинобитной платформе, также огороженной стенами. Ниже уровня цитадели располагался «нижний город», застроенный прямоугольными кварталами с широкими (до 10 м) улицами. Внутри кварталы были разделены сетью небольших улиц, также пересекавшихся под прямым углом. И большие, и малые улицы были строго ориентированы с севера на юг и с востока на запад. Здания строились из обожженного кирпича, производившегося из местной глины. Жилые дома были довольно просторными — в среднем 8x9 кв. м — и имели несколько комнат. Многие дома строились в два этажа с лестницами, ведущими наверх; стены домов, выходившие на улицу, не имели окон. Световые проемы были обращены во внутренний двор, вокруг которого и располагались комнаты. Города имели разработанную систему водоснабжения и канализации; в нижних этажах домов обязательно устраивались комнаты для омовений и туалеты; отсюда выводились трубы на улицу, где были проложены кирпичные водостоки, прикрытые сверху специальными кирпичными плитами. Такой совершенной системы городских водостоков не знала ни одна древняя цивилизация. Классическим примером такого города является, конечно, Мохенджо-Даро; раскопками были раскрыты также такие города, как Хараппа в Пенджабе, Калибанган и Ганверивала в долине высохшей реки Гхаггар, Лотхал в приморской части Гуджарата.

Хозяйство хараппской культуры было основано на земледелии. Судя по сохранившимся остаткам зерен, сельские жители выращивали пшеницу, ячмень, рис, горох, сезам, из которого выжимали масло, и хлопок. Прилегающая к городским центрам сельская территория поставляла продукты земледелия, для которого долина Инда, покрытая аллювиальными отложениями, была крайне благоприятна. Широкий ареал распространения культуры Хараппы предполагает также специфику развития земледелия в разных регионах, обладавших своими природными особенностями. В период развитой Хараппы, по-видимому, развивалось интенсивное земледелие с использованием насыпных сооружений для задержания воды и сбором урожая два раза в год. Особенным плодородием отличалась долина Инда в среднем его течении, где, собственно, и располагался город, раскопанный на холме Мохенджо-Даро; однако ежегодные разливы реки, менявшей свое русло, создавали серьезную угрозу для полей и поселений. Вместительные зернохранилища, обнаруженные в Мохенджо-Даро и Хараппе, свидетельствуют о централизованных поставках зерна в крупные города.

Хараппцы также обладали развитыми традициями скотоводства: они разводили буйволов, зебу, овец, коз, свиней, ослов; есть также сведения об одомашненных верблюдах и лошадях. На плодородной равнине Синда, как предполагают, преобладал крупный рогатый скот, мелкий скот выпасали преимущественно в периферийных районах. Судя по изображениям, домашние животные играли большую роль в культах и ритуалах хараппской культуры, как, впрочем, и дикие звери. Охота на последних, несомненно, также являлась одним из занятий жителей этих древних поселений — здесь, в богатых растительностью влажных долинах и обширных лесах, водились слоны, носороги, тигры, олени, множество других животных и птиц. Раскопки в некоторых приморских городах свидетельствуют об активном употреблении морских продуктов, в частности моллюсков.