Читать онлайн «Третий проект. Спецназ Всевышнего». Страница 106

Эфир – это ересь, замшелый анахронизм с точки зрения «современной физики». Но Казначеев говорит именно об эфире. Другие пытаются избежать этого старинного, закрытого наукой термина и используют слово «вакуум», «торсионные поля». Уже есть факты, что взаимодействия в этом тонком мире передаются со скоростями, которые куда выше световой. То есть, существует своего рода «энергия времени». И вообще мы как бы живем в двух-трех мирах одновременно, получая возможность использовать эффекты каждого из них. Структурированное «ничто», эфир – и есть некое особое поле, с помощью которого можно добиваться чудесных эффектов и всеобщего взаимодействия в большом мире Вселенной. Да разве мы уже не говорили о реальности магии, о том, какую роль в нашей жизни играет Великое Нечто, мир идей, то самое морфогенетическое «поле смыслов»? И наиболее сгущенным носителем этого поля выступает именно живое вещество. Мы с вами, читатель, и окружающая нас природа. Мы можем преображать Реальность своими слабыми воздействиями, расширяя и обогащая природу. Магические технологии как раз и строят мостик взаимодействия между Великим Нечто и хорошо известными физическими эффектами. Это – тоже способ изменения вещества, и прежде всего – растений, животных и человека.

Опираясь на так и не признанную ортодоксальной наукой теорию, русские творцы научились использовать слабые, нелокальные взаимодействия для преобразования физических полей. А уж они преобразуют живое вещество.

Многим покажется, что мы – враги прежней, привычной нам науки с ее Академией-министерством и академиками, с многотысячными НИИ и промышленными установками. Можно ли считать нас ненавистниками позитивистской науки, освященной именами Галилея, Ньютона, Фарадея и вообще всех, чьи портреты украшают стены кабинета физики в хорошей школе?

Нет! Мы – не враги этой науке. Мы уважаем ее достижения. Она создала мир, где живут шесть миллиардов людей – с электричеством, машинами, заводами, атомной энергией, самолетами, автомобилями и локомотивами, компьютерами и телекоммуникациями.

Но мы не можем видеть и кризиса этой науки, каждый шаг которой вперед становится все более и более дорогим. Мы становимся свидетелями того, что прежняя наука, отрицавшая Бога и глядевшая на Вселенную как на скопище мертвой материи, лишенной сознания, выдыхается. Нет больше эпохальных прорывов, плодящиеся рати ученых становятся все менее и менее эффективными. Диссертации пишутся как чистая проформа, тоннами оседая в библиотеках. В мире ходят уже миллионы кандидатов и докторов всяческих наук – если говорить русскими терминами. Мы видим бюрократизацию позитивистской науки, ее деление на «министерства» и «отрасли» – и массу нерешенных задач, находящихся на пограничьях.

Теперь мы знаем, что наук может быть несколько. Это – разные углы зрения на единый мир, и каждый обладает частицей истины. А значит, имеют право на жизнь теории, противоречащие устоявшимся догматам. Должен жить и холизм. Пусть ученые-позитивисты по-прежнему расчленяют реальность, словно труп в морге, дробя целостность на элементы. Пусть утверждают, что события во вселенной есть только движение частиц материи, которые сталкиваются бесконечно, случайно и бессмысленно. Пусть и дальше отстаивают свое право подвергать опытам мертвую, по их разумению, материю строить громадные ускорители элементарных частиц, дабы дробить их на все более и более мелкие составляющие.

Но пусть при этом холизм видит мир как нечто, пронизанное нитями связей и взаимосвязей, как громадную сверхсистему. Пусть он видит сознание повсюду. И пусть холодный логический анализ дополняется мистическими озарениями, синтезом.

Всякое научное течение мнит себя единственно верным и норовит подавить все остальное. Всегда будут попытки борьбы со «лженаукой».

Русской цивилизации нужно быть над этими схватками. В конце концов, есть железный критерий истины – практика. Достаточно ставить перед учеными разных толков и направлений задачи. Вы можете решить проблему изобилия дешевой энергии? И пусть за решение ее, борясь за главные призы, конкурируют разные направления. Если некто, опираясь на самую «лженаучную» и безумную теорию, сможет построить аппарат, который дает киловатты как бы из ничего или с мизерными затратами топлива – цель достигнута. Что бы там не вопили сторонники иных теорий. Если кто-то изобретет новый источник силы, и он окажется дешевле, чем прежние реакторы или турбины, если он сможет сделать это быстро и недорого – да будет так! Кто, как не ученые-позитивисты под обещания о скором овладении термоядерной реакцией потратили несметные деньги и почти полвека, так и не дав миру этой энергии?

Должны расцветать все цветы. И авторы этой книги уверены: если Россия пойдет именно по такому пути – то получит множество чудесных технологий новой эпохи…

Русский «хай эк» – один из наших прорывов.

В стремлении достичь наивысшей эффективности родной экономики наши изобретатели ученые действительно творят невероятное.

Вот, казалось бы, совершенно гиблая отрасль – сельское хозяйство. Кажется, мы тут отстали от всего мира навсегда и безнадежно. В советские времена оно пожирало сотни миллиардов рублей и безбрежные ресурсы, так нужные для развития. За 1990-е годы все оказалось разваленным. Земля деградирует, истощается: у села не хватает рублей на дорогие удобрения, не на что покупать химикаты для защиты урожая от вредителей – и т. д. и т. п., о чем вы, читатель, и сами прекрасно знаете. Самое же страшное заключается в том, что село вымирает, спивается, дряхлеет. Одни старики в деревне остались. И это при том, что наше сельское хозяйство вынуждено жить в самых суровых природных условиях, при коротком, но засушливом лете, при холодной длинной зиме. По всем раскладе русской деревне не выжить.

А вот наши зарубежные конкуренты-аграрии. Мало того, что работать им приходится в идеальных природных условиях – так они в десятки раз богаче русского земледельца. Всего у них вдоволь: и техники, и горючего, и удобрений. И кредиты за бугром для крестьянина дешевы, и государство ему дотации платит. Даже если Россия изменится так, как мы того хотим, таких денег на село нам не сыскать. А западная наука тратит миллиарды долларов на создание генно-инженерных сортов растений, добиваясь высокой урожайности. И этих денег у нас тоже нет.

Но в стране живут гении, способные сделать сельское хозяйство России совершенно иным.

В центре России есть не очень большой, но удивительный по своему научному и промышленному потенциалу город Ижевск. Там творит уже более пятнадцати лет научно-инженерный центр «Икар» во главе с Владимиром Широконосовым. Замечательный человек! Он уже давно занимается проблемой бесконтактной активации воды. Почему воды? Потому что все живое требует воды и на большую часть из нее состоит. Широконосов научился воздействовать на воду бесконтактно, используя возможности морфогенетического поля и «полей кручения», сочетая это с электрохимическими реакциями. Он создает не просто «живую» и «мертвую» воду, но и превращает ее молекулы в крохотные генераторы. Проходя через организм человека, она его восстанавливает и лечит. В итоге у человека улучшается обмен веществ, из его тела выводятся шлаки и соли, органы и системы организма начинают работать намного лучше.

Но это только медицинский аспект. А есть, читатель, и вполне экономическая сторона дела. Как показали многочисленные опыты, использование активированной воды само по себе повышает урожайность от пятнадцати (у пшеницы) до тридцати пяти (у гречихи и риса) процентов. И это – без внесения новых удобрений, всякой химии или генной инженерии. Привес птицы, которую поят необычной водой, увеличивается на 12–20 процентов против норматива. Свиньи бьют рекорд на пятнадцать, а крупный рогатые скот – на двадцать процентов. После обработки такой водой фруктов они могут храниться на 3–4 месяца дольше, прекращая гнить и портиться. То же самое случается с картофелем, свеклой и другими корнеплодами. Обработай чудо-водой саженцы деревьев – и они опережают в росте контрольную группу на 25–30 процентов. В этом случае исследователь только пробуждает спящие в живых организмах резервы. Мощность организмов увеличивается подчас на треть. Но Широконосов и его товарищи убеждены что это – самое начало пути. Если сделать системы необычного воздействия более тонкими, то эффект от воды будет измеряться уже не процентами – а разами.

Технология Широконосова носит имя «Изумруд». И его центр уже имеет промышленные установки для производства «живой» воды.

В поле зрения Шестого управления (научно-техническая разведка) КГБ СССР изобретатель Григорий Коломейцев попал еще в 1984 году. Тогда человек из центра инженерных разработок «Лидар» при союзной Академии наук потряс экспертов, продемонстрировав совершенно фантастические агротехнологии.