Читать онлайн «Великие битвы. 100 сражений, изменивших ход истории». Страница 55

Сразу после отзыва ополченцев началась вторая волна атаки, в которую пошли регулярные турецкие войска Исхак-паши. Особенно опасное положение создалось в самом уязвимом месте сухопутной стены, у ворот святого Романа. Однако защитники города нашли в себе новые силы, и турки вновь встретили жестокий отпор. Но когда штурм, казалось, уже захлебнулся, ядро, выпущенное из огромной пушки венгра Урбана, разбило заграждение, воздвигнутое в бреши стены. В пролом бросилось несколько сот турок с победными криками. Но отряды под командованием императора окружили их и большую часть их перебили. На других участках успехи турок были небольшими. Нападавшие вновь отошли.

И только теперь, когда осажденные были крайне утомлены непрерывным четырехчасовым боем, на штурм пошла элита султанской армии – отборные отряды янычар. Вскоре туркам удалось обнаружить потайную дверь, предназначенную для скрытных вылазок. Как ни странно, она не была заперта, и более пятидесяти турок сумело ворваться в город. Возможно, осажденным удалось бы справиться и с этим отрядом. Но как раз в этот момент был смертельно ранен один из главных предводителей обороны, генуэзец Джустиниани. Несмотря на просьбу Константина оставаться на посту, Джустиниани приказал, чтобы его унесли. Когда генуэзцы увидели, что их командира уносят в ворота внутренней стены, они в панике ринулись за ним. Греки остались одни, они отбили еще несколько атак янычар, но, в конце концов, были сброшены с внешних укреплений и перебиты.

Император Константин попытался собрать вокруг себя имеющихся воинов и со сравнительно небольшим отрядом бросился в отчаянную контратаку В завязавшейся рукопашной схватке император был убит. Турки не узнали его и оставили лежать на улице, как простого воина.

Смерть императора словно обозначила последний этап сражения – агонию тысячелетней столицы великой империи. В первую очередь, ворвавшиеся турки устремлялись к воротам, чтобы со всех сторон в город вливались новые турецкие части. Во многих местах осажденные оказались в окружении на стенах, которые они обороняли. Некоторые пытались прорваться к кораблям и бежать. Некоторые стойко сопротивлялись и были перебиты. Вскоре среди осажденных началась паника. Лишь немногим защитникам города, главным образом итальянцам, удалось прорваться к кораблям и уплыть, чему турки особенно и не препятствовали. С остальными защитниками, которым некуда было бежать, расправа была жестокой. К вечеру 29 мая последние очаги сопротивления были подавлены. Константинополь пал.

Падение Константинополя было эпохальным событием в истории Европы. Некоторые современные историки даже считают, что именно оно завершило историю средневековья (большинство, впрочем, считают таковым открытие Америки Колумбом). Последствия его были велики. Оказалась надолго разорванной связь между Западом и Востоком, что, собственно и привело к эпохе Великих географических открытий. Уничтожена была наследница великого Рима – Византийская империя. Резко увеличился турецкий натиск на Европу и в следующие сто с лишним лет османы одерживали победу за победой.

Одним из самых затяжных военных конфликтов в Европе, проходившим на рубеже Средневековья и Нового времени, стали Итальянские войны, продолжавшиеся шестьдесят пять лет, с 1494 по 1559 год. Начавшись как типично средневековый конфликт за престол Неаполитанского королевства, к 1520-м годам они перерастают в ожесточенную борьбу за гегемонию в Европе между империей Габсбургов (включавшей в себя на тот момент и Германию, и Испанию) и Французским королевством. Основные события этой череды войн происходили в Италии, что и обусловливает их название, однако, по сути, это была первая общеевропейская война, предшественница и Тридцатилетней, и Наполеоновских войн. Одним из центральных событий этого грандиозного конфликта была битва при Павии, исход которой во многом предопределил дальнейший ход военных действий и итоговую неудачу Франции.

В 1523–1524 годах Франции пришлось вести войну на двух фронтах. На севере против французов действовал английский король Генрих VIII, выступивший из Кале на Париж, на юге – имперские войска под командованием Шарля де Ланнуа и Карла де Бурбона, осадившие Марсель. Однако английское наступление на Париж было остановлено из-за несогласованных действий союзников. Это позволило Франции направить осенью 1524 года сорокатысячную армию имперских войск на юг. Командовал этой армией сам французский король Франциск I. Армии де Бурбона пришлось снять осаду Марселя и отступить в Италию, куда еще ранее отошли отряды Ланнуа.

Франциск I, однако, не собирался останавливаться на достигнутом. В середине октября 1524 года французская сорокатысячная армия перешла через Альпы и двинулась к Милану. 26 октября Шарль де Ланнуа, у которого было только шестнадцать тысяч человек, узнав, что к Милану приближается куда более сильная армия французов, решил, что он не сможет удержать город, и отступил в Лоди. Вступив в Милан, Франциск по совету своих генералов двинулся к Павии, где остался Антонио де Лейва с имперским гарнизоном достаточно большого размера – около девяти тысяч человек, в основном наемников.

Попытки взять Павию штурмом закончились для французов неудачей, и Франциск перешел к планомерной осаде крепости. Была построена сильная циркумвалационная линия и французы, расположив свою армию в огороженном стеной охотничьем парке в Мирабелло, спокойно ожидали капитуляции голодающих защитников. Гарнизон Павии, однако, держался крепко. Французам же пришлось несколько ослабить армию. Франциск, посчитавший, что падение Павии всего лишь вопрос времени, отправил значительное войско под командованием шотландца Джона Стюарта на помощь римскому папе под Неаполь. Частично, впрочем, этот уход был компенсирован подошедшими на помощь французам наемниками из так называемого «Черного отряда» Джованни ди Медичи. Однако и вместе с наемниками французское войско теперь насчитывало менее тридцати тысяч человек. А между тем, в январе 1525 года Ланнуа получил подкрепление – пятнадцать тысяч свежих ландскнехтов под командованием Георга фон Фрундсберга – и перешел в наступление. Его генерал д’Авалос захватил французский опорный пункт в Сан-Анджело, перерезав коммуникации между Миланом и Павией. К началу февраля Ланнуа был уже всего в нескольких километрах от Павии. Его армия теперь не уступала французской в численности, а если прибавить солдат гарнизона Павии, то и превосходила ее, о чем, правда, де Ланнуа не имел ни малейшего представления.

Имперская армия Ланнуа и д’Авалоса расположилась в нескольких сотнях метров от циркумвалационного вала. Она, впрочем, долгое время не предпринимала действий по деблокированию Павии, поскольку ее командующие считали, что французы имеют значительное превосходство в силах. Франциск тоже не нападал, поскольку надеялся на развал имперского войска, в котором наемникам уже долгое время не платили жалованье. В конце концов, имперская армия решилась перед отступлением от Павии провести последнюю атаку. Фактически атака имперцами затевалась только для того, чтобы «сохранить лицо», но все пошло по достаточно неожиданному сценарию.

Темной ночью с 23 на 24 февраля незаметно для французов испанские саперы пробили в кирпичной стене парка в Мирабелло три бреши, используя для этого тараны, ломы, кирки и другой инструмент. Когда это было сделано, войско имперцев выступило из своего лагеря и через пробитые бреши устремилось в Охотничий парк. Важную силу составляла первая колонна мушкетеров из испанцев и немецких ландскнехтов. Именно эта трехтысячная группировка, вооруженная новейшим на тот момент оружием – мушкетами – сыграла главную роль в предстоящей битве.

Получив сведения о выступлении противника, Франциск I на рассвете поднял свою армию по тревоге. Сам он во главе конных жандармов с полевой артиллерией поскакал навстречу имперцам. Французская конница при поддержке артиллерии атаковала конницу имперцев и стала ее теснить. Но испанские мушкетеры открыли убийственный огонь из-за деревьев, изгородей и других укрытий. К тому же рыцарская конница оказалась на линии огня своей же артиллерии, и та стала совершенно бесполезной. Рыцари гибли сотнями, сгрудившись и не имея возможности провести атаку против рассыпавшихся по парку мушкетеров. Подоспевший на помощь «Черный отряд» оказался под двойным ударом имперской пехоты: к этому времени на поле боя подоспели и отчаянные защитники Павии. Не выдержав удара, наемники Медичи начали разбегаться. Только к этому периоду битвы подошла лучшая часть королевской пехоты – швейцарские наемники. Но их приход запоздал, к этому времени имперцы имели уже явное преимущество. Окруженная превосходящими силами, швейцарская пехота также была разгромлена.