Читать онлайн «Россия открывает Америку (1732-1799)». Страница 48

Исключительно велики заслуги И. Е. Вениаминова (в монашестве Иннокентия) - видного церковного деятеля, этнографа и естествоиспытателя, который провел в Русской Америке около четверти века. Впервые молодой миссионер приехал в Ситку осенью 1823 г. и сразу же занялся изучением алеутского языка, что затем так способствовало успеху его деятельности на острове Уналашка, где он пробыл около десяти лет (с 1824 по 1834). Ко времени его отъезда на острове не осталось ни одного язычника, исправно действовали училище с 22 учениками, небольшая больница, воспитательный дом для сирот, церковь с колокольней, 3 магазина и т. д. 35 Но главным итогом его пребывания в Русской Америке явились "Записки об островах Уналашкинского отдела", изданные иждивением РАК в С.-Петербурге {202} в 1840 г. в трех частях, и грамматика алеутского языка (1846), получившая мировое признание.

В предисловии к своим "Запискам об островах Уналашкинского отдела" Вениаминов отмечал, что считает себя "обязанным передать любезным соотчичам" результат десятилетних своих наблюдений, рассказать о языке, характере, обычаях и быте местных жителей 36. В результате ему удалось издать "настоящую энциклопедию природы и жизни алеутов начиная с материальной культуры"37. По мнению Вениаминова, алеуты "пришли от запада, с большой земли, то есть из Азии", даже "если материк Азии и острова Алеутские находились всегда в таковом расстоянии друг от друга, как ныне"38. Значительную ценность сохраняют наблюдения Вениаминова о социальном строе алеутов, описания их обычаев и нравов. Будучи искусным ремесленником, столяром и часовщиком, он убедился в том, что "все ремесла, которые могли только русские перенести с собой в Америку, алеуты перенимают с охотою, так что теперь между алеутами можно найти мастеров от сапожника до часовщика"39. Сообщая о распространении среди алеутов грамотности, Вениаминов писал: "В последнее время, т. е. когда появились переводы на их язык, умеющих читать было более чем шестая часть; и есть селения, где из мущин более половины грамотны, а на одном острове (св. Павла) почти все до одного умеют читать"40.

После пострижения в монахи Вениаминов, теперь уже как Иннокентий, епископ Камчатский, Курильский и Алеутский, возвратился в 1841 г. в Ново-Архангельск, где им был построен собор св. Архангела Михаила (1848). Окончил же свою жизнь этот замечательный человек на высоком посту митрополита Московского и Коломенского в 1879 г.

Колония Росс в Калифорнии

и ее ликвидация в 1841 г.

Основывая крепость и селение Росс в Калифорнии в 1812 г., РАК рассчитывал создать прочную продовольственную базу для своих владений в Америке. При этом речь шла не только о выращивании в селении Росс и его окрестностях пшеницы, фруктов, овощей, разведении крупного и мелкого рогатого скота, но и об установлении торговых связей с испанской Калифорнией. {203}

С самого начала русская колония столкнулась со значительными трудностями. Русские промышленники и креолы не имели навыков к занятию хлебопашеством. Еще менее были склонны к обработке земли алеуты и местные туземцы, стремившиеся при удобном случае уклониться от несвойственного им занятия. Неблагоприятное влияние на хлебопашество оказывали влажность морского воздуха, частые туманы, а также гористая, пересеченная оврагами и покрытая лесом почва. Периодически возникали острые конфликты и с испанскими властями, которые требовали ликвидации русской крепости.

Тем не менее за первые 10 лет существования селения Росс (до 1822) "с калифорнийских берегов" были доставлены 8121 фонега пшеницы (фонега равнялась 3 пудам 30 фунтам), 1458 фонег гороха и бобов, 1192 фонеги ячменя, 1135 ароб муки (в аробе немного более 28 фунтов), 3200 ароб сала и 1354 аробы мяса 41.

Несмотря на возникшие трудности, РАК, и особенно наиболее активная ее часть, оказавшаяся, кстати говоря, связанной с декабристами, не только не собиралась отказываться от селения Росс, но и стремилась при благоприятных обстоятельствах распространить свое влияние на прилегающие территории. Главным инициатором проектов укрепления и расширения русского влияния в Калифорнии в 1824-1825 гг. выступил мичман Д. И. Завалишин, посетивший русские колонии в Америке на фрегате "Крейсер". Прибыв в Калифорнию в декабре 1823 г., Завалишин в полной мере оценил огромные потенциальные возможности этого края. "Превосходный порт залива Сан-Франциско, благоприятный климат и богатая почва" представляли, по мнению русского моряка, "главную цену Калифорнии"42. В то же время он обратил внимание на слабость колонии Росс, невыгодность ее местоположения, а также нерешительность компании, которая поощряла притязания как испанцев, так и североамериканцев. "Развитие нашей колонии и вследствие того безопасность от покушений американцев... - считал Завалишин, - были возможны лишь в том случае, когда, с одной стороны, мы расширили бы колонию к северу до границы Соединенных Штатов (т. е. до 42 параллели.- Н.Б.) и к востоку до какой-нибудь естественной границы, например, до реки Сакраменто или Сиерры-Невады, а с {204} другой стороны, примкнули бы к заливу Святого Франциска с юга"43.

Путь к осуществлению своих планов Завалишин видел в провозглашении независимости Калифорнии от Мексики, о чем он беседовал с рядом местных деятелей, включая губернатора Л. А. Аргуелло 44. Наибольшее понимание он встретил, однако, у настоятеля миссии Св. Франциска Иосифа (Хосе) Альтимира (Jose Altimira), который благосклонно выслушивал рассказы об . учреждении "Ордена восстановления". Впрочем, это объяснялось не мнимой привязанностью Альтимира к России, а внутренней борьбой различных группировок в самой Калифорнии. Возвратившись в ноябре 1824 г. в С.-Петербург, Завалишин представил царскому правительству обстоятельную записку с предложениями расширить русские владения в Калифорнии. Рассмотрение этих предложений было поручено специальному комитету, куда вошли управляющий Министерством иностранных дел К. В. Нессельроде, а также адмирал Н. С. Мордвинов 45. Хотя сам Завалишин не был приглашен участвовать в обсуждении вопроса о селении Росс, он сумел заинтересовать своими просьбами как директоров РАК, так и Мордвинова. Свое действительное значение русская колония в Калифорнии, как полагал Завалишин, могла получить только в случае значительного расширения ее территории - к северу до границы с США по 42° с. ш., к югу до залива Сан-Франциско и к востоку до реки Сакраменто. Именно такую границу и обозначил собственной рукой Мордвинов на представленной Завалишиным карте. Независимый в своих суждениях государственный деятель в полной мере оценил важность закрепления России в Калифорнии и с самого начала выступил в поддержку предложений Завалишина.

Большое внимание в планах Завалишина отводилось развитию в Калифорнии интенсивного земледелия, для чего предполагалось переселить в колонию Росс крестьянские семейства, предварительно выкупив их "из крепостного состояния, преимущественно в малоземельных местах и у бедных помещиков". По его предложению, принятому директорами правления, "поселенцам предполагалось предоставить полную свободу от повинностей и обязательных занятий в убеждении, что они и без того будут заниматься преимущественно земледелием". При этом имелось в виду, что поселенцам будут {205} предоставлены необходимые орудия производства и земельные участки 46.

Идеи Д. И. Завалишина получили известное (хотя и не полное) отражение в записке главного правления "об исходатайствовании высочайшего дозволения на заселение оседлых хлебопашцев в селении Росс" и "о распределении границ округа, имеющего принадлежать к сему селению", от "февраля - дня 1825 года". Главное правление считало необходимым просить министра финансов "исходатайствовать у Александра I дозволение основать заселение оседлых хлебопашцев в своих колониях, и на сей конец даровать компании право пригласить на выгодных условиях несколько хлебопашцев с их семействами или приобресть таковых куплей от помещиков, с тем что сии крепостные со дня их вступления во владение компании получат свободу и будут числиться государственными крестьянами". Не решаясь, по-видимому, на радикальное расширение границ своей колонии в Калифорнии, главное правление полагало, что "для спокойного обладения на пребудущее время оным местом" необходимо "с согласия испано-американского правительства назначить границы округа, имеющего принадлежать к сему селению. Границу сию со стороны Калифорнии можно определить речкою Ливантулой, впадающей в залив Большая Бодега. Назначение же границ внутри земли с восточной и северной сторон должно представить местным начальствам обеих держав"47.

Вряд ли можно было ожидать, что царское правительство положительно отнесется к подобным предложениям, какими бы частными и малозначительными они ни представлялись на первый взгляд. Хотя в предложениях компании речь шла всего о "нескольких хлебопашцах с их семействами", легко увидеть, что сам принцип заселения новой колонии освобожденными от крепостной зависимости крестьянами противоречил общей системе политики царского правительства в крестьянском вопросе.