Читать онлайн «Россия и последние войны ХХ века». Страница 43

В тот же день, 22 сентября, в 17.30 два боевых вертолета войск Госсовета Грузии атаковали транспортный вертолет Российских ВВС с пшеничной мукой, отправленный из Гудауты в голодающий Ткварчал, вынуждая российских летчиков совершить посадку в контролируемом грузинскими войсками аэропорту Сухума. "В результате подобной акции транспортный вертолет с гуманитарной помощью голодающим ткварчальцам вынужден был возвратиться" - сообщала прес-служба Верховного Совета Республики Абхазия.

Однако наивысшим выражением благодарности Грузии можно считать начавшийся в тот же день в 11.30 интенсивный обстрел подразделениями Госсовета Грузии российских воинских частей, дислоцированных в селе Нижняя Эшера. Российские военнослужащие вынуждены были открыть ответный огонь из БМП для подавления грузинских огневых точек.

А на следующий день, 23 сентября, в то же самое время (11.30) ракетно-бомбовому удару со стороны войск Госсовета Грузии подверглись несколько абхазских сел и город Ткварчал (участвовали два боевых вертолета и штурмовик СУ-25).

Интенсивные бомбардировки продолжались и в последующие дни, что привело к срыву достигнутой 26 сентября 1992 года договоренности военного руководства Грузии, Абхазии и Чечни о выводе чеченских добровольцев из Абхазии. Для Грузии это возымело самые печальные последствия: 1 октября началась знаменитая Гагринская операция, после которой Грузии уже ни разу не удалось овладеть тем абсолютным превосходством, которым она обладала первые полтора месяца войны.

* * *

Гагрой грузинские войска овладели 19 августа 1992 года, после четырехдневного отчаянного сопротивления абхазских ополченцев морскому десанту, высадившемуся ранним утром 15 августа у поселка Гантиади (ныне Гечрипш), расположенного примерно в 6 км от российско-абхазской границы. Отступившие на российскую территорию абхазские ополченцы были разоружены военнослужащими ВСРФ, грузины же заняли Гагру, практически весь Гагринский район и установили свой контроль над Гагринским хребтом - контроль, который смогли удержать лишь в течение полутора месяцев.

В течение всего этого срока войска Госсовета Грузии пытались осуществить прорыв в сторону Гудауты, дабы ликвидировать оставшийся у Абхазии плацдарм. 1 октября в 13.30 в направлении Гагра-Бзыбь была начата массированная атака с применением бронетехники и трех боевых вертолетов МИ-24. Грузинская сторона вела интенсивный обстрел позиций народного ополчения Республики Абхазия установками БМ-21 "Град" и артиллерийскими орудиями "Алазань".

В тот же вечер в Гудауте состоялось заседание трехсторонней (Россия, Грузия, Абхазия) Комиссии по контролю и инспекции в Абхазии, обсудившей "инцидент в районе Гагра" и принявшей решение восстановить статус-кво по занятию вооруженными формированиями конфликтующих сторон своих позиций по состоянию на 12.00 1 октября 1992 года. Однако даже во время переговоров грузинская сторона, которой настоятельно требовалась победа в Абхазии в связи с новым восстанием звиадистов в Западной Грузии, несколько раз силами бронетехники и артиллерии предпринимала массированные атаки в районе реки Бзыбь, а в 2.15 в ультимативной форме потребовала от российских наблюдателей покинуть наблюдательные точки; российские миротворческие силы вернулись в места дислокации на казарменное положение.

В 7.00 вновь начался обстрел абхазских позиций с использованием танков, установок системы "Град", боевых вертолетов МИ-24 и незадолго до того переданных грузинским войскам штурмовиков СУ-25. Однако в тот же день бойцы народного ополчения - при решающей роли батальона КНК ("шамилевцев"), - проведя фланговый обходной маневр, лавиной из трех потоков обрушились на Гагру и контратаковали позиции противника в районе железнодорожного вокзала. "После ожесточенной перестрелки, в которой с обеих сторон участвовала тяжелая техника (курсив мой - К.М.), к 9 часам утра укрепленный район противника был занят" (из оперативной сводки Штаба Госкомитета Обороны Республики Абхазии).

Такое указание официальной абхазской сводки на наличие тяжелой техники также и у народного ополчения заставляет более осторожно относиться к распространенным апокрифам об "одной винтовке на двоих" и т.д. Будь это так, успех Гагринской операции вряд ли бы стал возможен, да и самой операции предшествовала огневая подготовка. А 1 октября абхазские вооруженные формирования впервые со дня начала конфликта подвергли город обстрелу из градобойных орудий типа "Алазань", выпустив из них двенадцать ракет. 7 октября пресс-служба Верховного Совета Республики Абхазия выступила с заявлением, в котором говорилось, "что все танки, БТР и БМП, стрелковое и автоматическое оружие добыты ополченцами исключительно в ходе военных операций у терпевших поражение войск Госсовета. Трофейная техника составляет немногим более двадцати единиц, в основном она взята при освобождении г. Гагра во время беспорядочного отступления грузинских соединений.

Таким образом, очевидно, что Грузия намеренно стремится исказить картину происходящего для дезинформации общественного мнения о причинах своего разгрома в г. Гагра".

Грузинские офицеры на встречах с журналистами с негодованием говорили: "У абхазцев появилась тяжелая бронетехника. По разрывам снарядов можно судить, что это танки Т-72 или Т-80". Разумеется, все это приписывалось российской стороне, будто бы снабжавшей Абхазию вооружениями. Однако до сих пор так никто и не представил ни документов, доказывающих это, ни даже сколько-нибудь внятной картины фактов такой передачи - тогда как передачу вооружений Грузии можно проследить едва ли не по дням. К тому же в Абхазии было много иностранных журналистов, которые не оставили бы без внимания соответствующие контакты между Российской армией и Абхазией, имей они сколько-нибудь устойчивый и систематический характер.

Спорадические же передачи, если они имели место (чего категорически отрицать нельзя), вписывались в общий контекст быстро распухающего на всем постсоветском пространстве черного рынка вооружений, на Кавказе к тому же получившего огромные ресурсы, оставленные Дудаеву Советской армией. Довольно загадочным намеком прозвучало и выступление Тараса Шамбы на открывшемся 7 октября в селе Лыхны Первом всемирном конгрессе абхазо-абазинского (абаза) народа: "Мы можем сделать так, чтобы Тбилиси и Кутаиси превратились в Хиросиму и Нагасаки, но мы люди и этого не хотим делать".

При этом, однако, вплоть до Гагринской операции невозможно было говорить о соизмеримости абхазского и грузинского потенциала. И только захват огромных военных трофеев в Гагре позволил уменьшить разрыв.

Любопытная и очень выразительная подробность отмечает действия абхазской стороны в ходе гагринской операции: еще до наступления абхазы сформировали экипажи боевых машин, не имевшие техники. Захваченная боеспособная машина передавалась одному из экипажей и тотчас же вступала в бой. "Это позволило, - рассказывает очевидец, - поначалу выравнять силы наступавших и оборонявшихся, а потом довольно быстро создать перевес в технике на абхазской стороне". Уже к вечеру 1 октября абхазы освободили село Колхида и быстро продвигались к Гагре, что вызвало панику в грузинских частях, где пришлось даже применить заградотряды. Панический характер имели и грузинские бомбардировки, жертвами которых стало немало грузинских же солдат (это объясняют тем, что грузины бомбили с воздуха даже ведущие уличные бои подразделения, при минимальном расстоянии между противниками).

Вошедшие в город части абхазского ополчения и КНК увидели следы ужасающего террора по отношению к гражданскому населению. В частности, в столь, наверное, еще памятном многим Жоэкварском ущелье были расстреляны и затем сожжены более 30 мирных жителей. Есть все основания полагать, что это зрелище, жуткие рассказы о преднамеренных поджогах абхазских домов, грабежах квартир, массовых пытках и изнасилованиях в определенной мере предуготовили ответный террор, объектом которого при освобождении Сухума стали грузины.

Взятие Гагры позволило установить контроль над стратегически важной территорией, прилегающей к российской границе, наладить прямую связь с поддерживающими Абхазию народами Северного Кавказа и создать плацдарм для подготовки решающего наступления на Сухум. Это прекрасно понимал Э. Шеварднадзе, заявивший на митинге в Сухуме: "Гагра была и остается западными воротами Грузии, и мы должны ее вернуть".

Но вернуть не удалось: в войсках Госсовета нарастали хаос и дезорганизация. Появились батальоны (зугдидский, хевсурский и т.д.) численностью, по словам государственного министра Грузии по делам Абхазии Гоги Хаиндрава, по 7-8 тысяч человек, управляемые самозванными полковниками. В Леселидзе (ныне Цандрипш) и Гантиади (ныне Гечрипш) Гия Каркарашвили пытался сформировать "Отдельную группу войск", однако это не помогло, и 6 октября абхазские части заняли оба населенных пункта, взяв под свой контроль абхазско-российский участок границы.