Читать онлайн «Если завтра в поход…». Страница 20

В конце приема, обращаясь к представителям военной элиты, Сталин провозгласил здравицу в честь бойцов и командиров всех родов войск. Он предложил тост «за здоровье бесстрашных подводников, метких артиллеристов, отважных танкистов, мужественных летчиков… отважных кавалеристов, смелых, закрепляющих победу пехотинцев».[239]

Большой резонанс имела сталинская застольная речь перед выпускниками военных академий РККА, произнесенная 4 мая 1935 г. на приеме в Кремле выпускников военных академий, основное содержание которой отражено в знаменитом лозунге «Кадры решают все!». Может возникнуть закономерный вопрос: почему, обращаясь к выпускникам военных академий, Сталин в этом выступлении сосредоточился главным образом на проблеме «воспитания кадров» и подробно охарактеризовал состояние советской экономики? Действительно, лишь в заключительной части своей пространной речи он наконец предложил выпить за «высшие командные кадры» Красной Армии, пожелав им всяких успехов в деле организации обороны страны.[240] Ответ прост: среди тысячи с небольшим выпускников военных академий 1935 г.[241] более половины являлись инженерами, из которых 80% направлялись не в войска, а на работу в промышленности.[242] В своем приветствии, обращенном к ним, М.И. Калинин, в частности, подчеркнул: «…вы, товарищи, являетесь не просто инженерами, а военными инженерами».[243]

Объясняя «военным академикам», почему его речь столь пространна, Сталин прямо заявил, что ранее два или три раза отсутствовал на их традиционном выпуске в Кремле и теперь желает «наверстать упущенное».[244] Следует обратить внимание и на следующее обстоятельство. Сталину, скорее всего, необходима была привычная аудитория, основу которой составляли представители элиты Красной Армии, чтобы на кремлевском приеме обратиться к ним с программным выступлением, которое (к сожалению, данный факт предан забвению в некоторых исторических исследованиях) приняло форму основополагающей застольной речи.

Помимо всего прочего, эту застольную речь можно считать инаугурационной, т.е. фиксирующей завершающий этап утверждения Сталина как единоличного вождя партии и государства. На международной арене к тому времени также удалось достичь несомненных успехов, которые закрепил советско-французский договор от 2 мая 1935 г. И Сталин надеялся не просто лишний раз продемонстрировать единство соратников по партии. Возможно, он желал также убедиться в реальном существовании единения его, как вождя, с массами. Кремлевский прием 4 мая 1935 г. показал, что почва для подобного единения существует.

Предварительно отредактированный текст сталинского выступления перед выпускниками военных академий («Кадры решают все!») неоднократно публиковался и стал одним из основополагающих в пропагандистской работе среди личного состава Красной Армии.

Так, 31 июля 1935 г. Оргбюро ЦК ВКП(б) утвердило постановление о высшей школе пропагандистов. В список литературы, рекомендованной для поступающих в ВШП, была включена и публикация речи Сталина на выпуске «военных академиков» 4 мая 1935 г..[245] 27 января 1936 г. директор Института Маркса-Энгельса-Ленина при ЦК ВКП(б) В.В. Адоратский обратился к Сталину с просьбой включить этот ранее опубликованный текст в новое издание – однотомник его выступлений, на что было получено согласие.[246] Из справки Партиздата от 4 февраля 1938 г., представленной в ЦК, следует, что только в 1937 г. вышеупомянутый текст неоднократно переиздавался общим тиражом 50 000 экз..[247]

С мая 1935 г. по май 1941 г. Сталин неизменно присутствовал на всех больших кремлевских приемах в честь представителей военной элиты (участников праздничных парадов и выпускников академий  РККА). Однако после знаменитой речи «Кадры решают все!» вплоть до 5 мая 1941 г. он больше ни разу не выступил перед ними на такого рода застольях с основополагающими речами.

Данный «пробел» с лихвой возмещался неоднократными выступлениями на различных совещаниях и партийных форумах. Так, в ходе февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 г. Сталин счел необходимым уделить внимание и вопросу о неизбежности вооруженного столкновения с «капиталистическим окружением». Он напомнил, в частности, что советская власть победила лишь в СССР, который занимал 1/6 суши, и что остальные ее 5/6 «составляют владения капиталистических государств». В этой связи Сталин выступил с критикой в адрес тех большевиков, которые, увлекшись хозяйственным строительством, забыли о существовании «капиталистического окружения», назвав его основным фактором, определяющим международное положение Советского Союза, имеющим «первостепенное значение» для судеб страны.

Советский лидер был уверен, что нападения на СССР со стороны «буржуазных стран» можно ожидать в любой момент. Последние, по его словам, только и ждут удобного случая для начала интервенции против Советского Союза с целью «разбить его или, во всяком случае, подорвать его мощь или ослабить его». Именно с этим и связывал он, если судить по содержанию его выступления на февральско-мартовском пленуме 1937 г., активизацию «вредителей, шпионов и убийц», которые засылались в СССР извне либо вербовались иностранными разведками внутри страны. Ведь все они, делал вывод Сталин, обычно приурочивали свою «главную работу» именно «к периоду кануна войны или самой войны».[248]

В феврале 1938 г., отвечая на письмо пропагандиста РК ВЛКСМ Курской области И.Ф. Иванова, Сталин вновь указал на опасность «капиталистического окружения». Вождь подчеркивал (уже в который раз), что продолжает существовать угроза военной интервенции против СССР извне, отрицать которую могут лишь «головотяпы или скрытые враги», стремящиеся «демобилизовать народ».[249]

Все эти и другие подобного рода сталинские выступления и декларации сочетались с попытками показать, что внутри «капиталистического окружения» существуют серьезные противоречия, которые уже привели к началу вооруженной схватки между крупнейшими державами.

Как уже отмечалось, на XVII съезде Сталин обозначил два очага войны в мире, назвал два государства, отвечавшие за ее фактическое развязывание, – Японию и Германию. Этот тезис был всесторонне развит и конкретизирован в «Кратком курсе истории ВКП(б)» (1938 г.), написанном при его активном участии. По версии авторов этой книги (а точнее, в интерпретации Сталина), международные отношения конца 1935 – начала 1937 г. характеризовались следующими основными тенденциями. На Дальнем Востоке, прежде всего, «благодаря японским фашизированным империалистам» (sic! – В.Н.), образовался первый очаг войны». Второй очаг военной опасности возник по вине германских фашистов в центре Европы.[250]

Захват Италией Абиссинии (1935 г.) привел к появлению нового «узла войны», которая развивалась «на кратчайших морских путях из Европы в Азию».[251] Интервенция Германии и Италии против республиканской Испании, начатая в 1936 г., аншлюс Австрии, осуществленный Гитлером в марте 1938 г., привели к тому, что «на юге Европы, в районе Австрии и Адриатики», а также «на крайнем западе» Европейского континента «завязались новые узлы войны». Наконец, вторжение японских войск в Китай, начавшееся в 1937 г., привело к появлению еще одного «узла войны».

Все эти факты, умело подобранные в «Кратком курсе…», дали Сталину основание сделать вывод о том, что «вторая империалистическая война на деле уже началась».[252] Не без внутреннего удовлетворения он констатировал следующее немаловажное обстоятельство: «вторую империалистическую войну» развязали агрессивные государства Германия, Италия и Япония, а велась она в конечном счете «против капиталистических интересов Англии, Франции, США». Основная цель новой войны – «передел мира и сфер влияния в пользу агрессивных стран», осуществляемый «за счет… так называемых демократических государств». «Демократические» государства, в первую очередь, Англия, боясь «рабочего движения в Европе и национально-освободительного движения в Азии», а также считая фашизм «хорошим противоядием» против этих «опасных движений», стремились ограничиться политикой «уговаривания зарвавшихся фашистских заправил». Однако Сталин и его соавторы по «Краткому курсу…» выражали уверенность, что подобная тактика не приведет ни к чему хорошему и в конечном счете «правящие круги Англии и их друзья во Франции и США» должны будут получить «свое историческое возмездие». В то же время в «Кратком курсе…» содержалось предупреждение об опасности «второй империалистической войны» для СССР.

В книге была также дана официальная оценка позиции Советского Союза в создавшейся ситуации. СССР, подчеркивалось в ней, проводя свою мирную политику, в то же время предпринимал все от него зависящее для укрепления своих границ, усиления обороноспособности Красной Армии и Военно-Морского Флота. Эти мероприятия сочетались с некоторыми дипломатическими шагами, такими, как: вступление СССР в Лигу Наций (1934 г.), заключение соглашений с Францией, Чехословакией (1935 г.), МНР (1936 г.) о взаимной помощи, а также подписание договора о ненападении с Китаем (1937 г.).[253]