Читать онлайн «История Рима (с иллюстрациями)». Страница 242

Клавдий II. Внутренняя борьба в Галлии

В тот момент, когда Клавдий вступил на престол, в ходе кризиса уже намечался некоторый перелом, и прежде всего в Галлии. После смерти Постума временный блок широких кругов галльского населения, образо­вавшийся под его руководством для борьбы за независимость Галлии, на­чинает быстро распадаться. Главной причиной этого было, по-видимому, углубление демократического движения. Это привело к расколу, заставив умеренные, т. е. зажиточные слои населения склониться к примирению с Римом. О росте крайне левых настроений в галльском обществе можно судить по тому факту, что после убийства Постума императором был про­возглашен Марк Аврелий Марий, в прошлом простой кузнец, но быстро выдвинувшийся во время борьбы с Римом. Что за Марием стояли демо­кратические массы галльского населения и армии говорит не столько его происхождение, сколько отношение к нему наших источников. Они трак­туют его в высшей степени пренебрежительно и утверждают, что Марий правил только два-три дня. Однако если судить по количеству монет, до­шедших от Мария, его власть держалась по крайней мере в течение не­скольких месяцев. На основании надписей можно думать, что Марию уда­лось добиться поддержки части армии и населения.

Но с первого же момента правления Мария, на юге Галлии (власть Мария держалась в прирейнских областях) выдвигается другой «император» — Вик­торин, бывший полководец Галлиена, перешедший, как мы уже видели, на сторону Постума. Викторина, по-видимому, поддерживала более умерен­ная часть галльского населения. Ему удалось посредством денежных раз­дач привлечь на свою сторону большинство армии (10 легионов из 12). Хотя Марий нанес Викторину несколько поражений, но в конце концов его войско было разбито, а сам он погиб (268 г.).

В дальнейшем раскол между двумя лагерями в галльском обществе про­должает углубляться. В правление Викторина (268—270 гг.) вся Испания и юго-восточная часть Галлии признали римского Клавдия. Под властью Викторина остались только Северо-Восточная Галлия и Британия. Да и эта власть, в сущности, ограничивалась укрепленными городами на Рейне. Зна­чительная часть Галлии была охвачена солдатскими мятежами и восстания­ми рабов и колонов. Поднималась первая волна того грандиозного движе­ния, которое известно в истории под названием движения багаудов[509]. В кон­це 269 г. крестьяне и солдаты осадили крупный город Центральной Галлии Августодун (Отен). Жители обратились за помощью к Клавдию. Но импе­ратору было не до Галлии: ожесточенная война с готами поглощала все его силы. После семи месяцев осады город был взят багаудами. Знать и богатые горожане частью были истреблены, частью бежали.

Викторин с трудом держался на Рейне. Германцы снова начали давить на рейнскую укрепленную полосу. В 270 г. взбунтовавшиеся солдаты уби­ли Викторина в Кельне. Преемником его стал наместник Аквитании бога­тый римский сенатор Гай Эзувий Тетрик, достигший власти благодаря под­купу солдат и поддержке матери Викторина Виктории. При нем Галлия окончательно покорилась Риму.

«Среди всех известных нам революционных движений III в., — пи­шет В. С. Сергеев, — по широте, глубине и продолжительности пер­вое место занимает движение багаудов в Галлии и Испании. Термин "багауды", или "бакауды" (bagaudae, bakaudae), происходит от кельт­ского слова baga — борьба, багауды, следовательно, — борющиеся. Римская Галлия была классической страной латифундий, размеры ко­торых доходили до четырех и более тысяч югеров. На латифундиях галло-римской знати работало много колонов и рабов, положение ко­торых с конца II в. значительно ухудшилось. В своей основе движение багаудов было движением сельских элементов, определяемых в ис­точниках как "сельчане" (vicani), "земледельцы" (agricolae) и "мужи­ки" (rusticani). Наши источники по истории багаудов — позднеримские писатели и византийские хроникеры — рисуют положение сель­ского населения Галлии в самых мрачных красках. Большая часть на­селения разорена непомерными податями и повинностями и угнете­на, поля заброшены, между тем как дома магнатов наполнены золо­том и всякими иными сокровищами. "От чего другого они стали багаудами, как не от наших несправедливостей, нечестности судей, кон­фискаций и грабежей?" — задавал себе вопрос радикально настроен­ный священник Сальвиан, повествующий о багаудах. Высший подъем движения багаудов приходится на годы правления Галлиена, совпадая с возникновением самостоятельной Галльской Империи Постума и Тетрика (259—273 гг.) и нашествием на Галлию германских племен — аламанов и франков. Правление Галлиена как для всей империи, так и, в особенности, для Галлии было временем страшных бедствий, голодовок, эпидемий и варварских нашествий; Галлия в то время была переполнена бедами и несправедливостями. Толпы голодных рабов, колонов, пастухов и ремесленников снима­лись со своих мест и, нищенствуя, большими толпами бродили по дорогам.

В период наибольшего подъема движение багаудов разлилось широ­кой волной по всей Галлии, захватив также и Испанию. Вооружен­ные "банды мужиков" вызвали смятение во всей Галлии, захватывая поместья и грабежами нарушая безмятежный покой их владельцев. Благодаря сочувствию городской массы багаудам удалось захватить один из самых больших и укрепленных толстыми стенами городов Галлии, город Августодун, и превратить его в центр восстания. Вож­дями багаудов были Элиан и Аманд, провозглашенные галльскими императорами. Элиан и Аманд закрепились на острове, образуемом при впадении Марны в Сену, где впоследствии находился Бенедик­тинский монастырь, в "замке багаудов". Отсюда багауды делали на­беги на соседние города, захватывая большую добычу и привлекая к себе сочувствующих из соседних деревень и городов» (Сергеев В. С. Очерки по истории Древнего Рима. Ч. II. М., 1938. С. 637—638).

Главной задачей, стоявшей перед Клавдием, была борьба с тем пест­рым блоком припонтийских племен, который обычно называют готами. В разгроме империи в середине III в. именно готы играли решающую роль. Мы уже указывали, что легкость продвижения варваров и опустошитель­ность их набегов объясняются тем, что со стороны низов провинциально­го населения (а иногда и со стороны армии) они чаще встречали поддерж­ку, чем отпор. С этой точки зрения борьба с варварами была составной частью борьбы с социальным кризисом. А среди всех варваров готская федерация была самой страшной для Рима.

В 269 г. на северо-западном берегу Понта снова собрался огромный флот в 1,2 тыс. судов. Он должен был сопровождать сухопутное войско варваров, насчитывавшее не меньше 300 тыс. человек. Однако мало орга­низованная масса не смогла взять городов Том и Макрианополя. При переходе через Босфорский пролив варварский флот понес большие по­тери. Город Кизик на южном берегу Пропонтиды (Мраморное море) так­же оказал отчаянное сопротивление и устоял. Готы проникли в Эгейское море. Часть их стала опустошать фракийское побережье, другие вторг­лись в Грецию.

Клавдий с большими силами встретил варваров около г. Наисса в Верх­ней Мезии (Ниш). В первом столкновении римляне были разбиты, но ког­да готы, увлекшись преследованием, попали в горы, они были внезапно окружены оправившимся противником и потерпели жестокое поражение. 50 тыс. трупов осталось на поле битвы. Однако варварам удалось отстоять свой лагерь. Уцелевшая часть их отступила в Македонию.

Здесь к поражению прибавилось действие голода и чумы, но тем не менее готы продолжали оказывать отчаянное сопротивление. Остаткам их удалось пробраться на север, но главные массы были разгромлены. В руки римлян попало много пленных, которые в качестве рабов и колонов были размещены на римской территории. В биографии Клавдия мы чита­ем об этом поражении готов:

«Многие погибли от кораблекрушения, много вождей, много знат­ных женщин из различных племен попало в плен. Римские провинции полны рабами-варварами и скифами-земледельцами»[510].

Несмотря на преувеличения автора, основной факт разгрома готов ос­тается бесспорным. После этого они надолго оказались обезвреженными.

Клавдий за свои победы получил прозвище Готского. Эти победы сыг­рали решающую роль в подавлении революционного движения и укрепле­ния императорской власти. Однако самому Клавдию не довелось исполь­зовать своих успехов. В 270 г. он умер от чумы в Сирмии.

Преемником Клавдия стал Луций Домиций Аврелиан, начальник кон­ницы, сыгравший большую роль в разгроме готов. Брат Клавдия Квинтилл одновременно был провозглашен императором в Италии. Но когда ита­лийские войска узнали о выборе Аврелиана, они убили Квинтилла.

Новый император, иллириец по происхождению, как и многие его пред­шественники, хорошо подходил к стоявшей перед ним сложной задаче: подавить движение низов, ликвидировать самостоятельные государства на Западе и Востоке, продолжать укрепление армии, начатое Галлиеном, и завершить разгром варваров, начало которому положил Клавдий. Аврели­ан был опытный солдат, твердый и решительный человек, беспощадно же­стокий там, где это было ему нужно, и вместе с тем умевший проявлять необходимую уступчивость и гибкость. Хотя он царствовал только пять лет, но «умиротворение» империи сделало при нем большой шаг вперед, и прозвище Restitutor orbis (Восстановитель вселенной), данное ему совре­менниками, было им до известной степени заслужено.