Читать онлайн «История Рима (с иллюстрациями)». Страница 153

Историческая обреченность восстаний рабов выступает тем яснее, что во главе их часто стояли выдающиеся личности. Особенно применимо это к Спартаку. Хотя только на два года выступил он для нас из мрака небы­тия, но и этого короткого срока было достаточно, чтобы в полной мере проявились его блестящие организаторские и военные способности, его гуманность и широкий ум. Маркс писал, что Спартак предстает в изобра­жении Аппиана «самым великолепным парнем во всей античной истории. Великий полководец... благородный характер, истинный представитель античного пролетариата» (Соч. 2-е изд., т. 30. С. 126).

Трагедия Спартака, как и многих других деятелей истории, состояла в том, что он на несколько столетий опередил свое время.

Но хотя восстание 73—71 гг. было подавлено, оно нанесло тяжелый удар рабовладельческому хозяйству Италии. В результате восстания Ита­лия потеряла не меньше 100 тыс. рабов, поля были опустошены, многие города разграблены. Напуганные рабовладельцы начали избегать покуп­ных рабов, предпочитая пользоваться рабами, рожденными в доме. Росло число вольноотпущенников. Усилилась сдача земли в аренду. Восстание Спартака явилось одной из важнейших причин того сельскохозяйственно­го кризиса, который разразился в Италии в конце Республики и который ей, в сущности, так и не удалось преодолеть.

На протяжении многих лет в советском антиковедении бытовал те­зис о «революции рабов», важнейшим звеном которой было восста­ние Спартака. Заслуга в пересмотре этой концепции принадлежит С. Л. Утченко, который подчеркивал: «Само собой разумеется, что тезис о революции рабов не может выдержать серьезной критики. Что касается косвенно вытекающих из этого тезиса рассуждений о рабах как о классе-гегемоне, о союзе с беднейшим крестьянством, то все это не что иное, как явная и ничем не оправданная модерниза­ция...

Следует также пересмотреть довольно широко распространенную точку зрения, согласно которой господствующий класс в результате выступлений рабов, и главным образом самого восстания Спартака, консолидируется с целью более решительного подавления рабов и преходит к формам «военной диктатуры»...

В восстании рабов под руководством Спартака, помимо его «локаль­но-исторического» смысла и значения, есть еще и нечто иное — не­что непреходящее, общечеловеческое и — да не испугает нас это слово — всемирно-историческое. Оно заключается, на наш взгляд, в том, что в этом великом движении угнетаемые и бесправные — пусть стихийно, пусть без «программы», пусть даже не против рабства как такового! — поднялись на борьбу за завоевание, за достижение са­мого простого и самого великого общечеловеческого идеала всех вре­мен — за свободу. Вот в этом юном, наивном, стихийном, неисто­вом порыве к свободе — вечное и непреходящее значение восстания Спартака, секрет благодарной памяти о нем потомков вплоть до на­ших дней» (Утченко С. Л. Древний Рим. События. Люди. Идеи. М., 1969. С. 64—67).

В 70-м г. консулами стали Помпей и Красс. Проведя ряд законов, они факти­чески отменили сулланскую конституцию. 60-е годы принесли новые лавры полко­водца Гнею Помпею: в 67 г. он в кратчайшие сроки очистил все Средиземное море от пиратов, на следующий год завершил разгром Митридата, после чего продол­жил Восточный поход, подчинив римской власти Армению, Кавказ, Сирию и Иудею. Тем временем в Риме консул 63 г. Марк Туллий Цицерон раскрыл антигосудар­ственный заговор аристократической молодежи во главе с Луцием Катилиной. После возвращения Помпея с Востока в Риме возник союз трех самых могущественных и амбициозных политиков — Помпея, Красса и Цезаря, — получивший название I триумвирата (60 г.). Использовав свое консульство в интересах всех троих, Це­зарь в 58 г. отправился в провинцию Нарбонская Галлия, откуда в том же году начал завоевание остальной независимой Галлии. Ему понадобилось 8 лет, чтобы покорить эту страну. Тем временем другой триумвир — Марк Красс — начал вой­ну с парфянами. Поход закончился полным поражением римской армии и гибелью самого Красса (53 г.). Триумвират распался, и отношения между Помпеем и Цеза­рем с каждым годом ухудшались. Помпей, находившийся все время в Риме, сбли­зился с сенатской партией. Разрешить противоречия не удалось, и в январе 49 г. разразилась новая гражданская война.

74—64 гг. — Третья Митридатова война.

66—63 гг. — Восточный поход Помпея.

60 г. — создание I триумвирата.

58—51 гг. — завоевание Цезарем Галлии.

54—53 гг. — парфянский поход и гибель Красса.

После разгрома обоих восстаний хозяевами положения в Риме стали Красс и Помпей. Хотя они терпеть не могли друг друга, политическая не­обходимость заставила их объединиться и заключить союз с целью доби­ваться консульства на 70 г. Войск своих победоносные полководцы не рас­пускали, чем оказывали давление на сенат. Популярам было дано торже­ственное обещание отменить сулланскую конституцию и восстановить полностью демократические порядки. Таким образом, крупнейшие пред­ставители партии Суллы превратились в демократов.

В 70 г. Помпей и Красс стали консулами. Особым законом они уничто­жили все ограничения трибунской власти (lex Pompeia Licinia). Претор Луций Аврелий Котта провел важную реформу суда (lex Aurelia): отныне судебные комиссии должны были составляться поровну из сенаторов, всад­ников и так называемых эрарных трибунов. Это были богатые плебеи, ко­торые по своему имущественному положению следовали непосредствен­но за всадниками[297]. Реформа Аврелия Котты положила конец долгой борь­бе за суды, начавшейся еще в эпоху Гракхов. Она, правда, носила компро­миссный характер, но зато более или менее удовлетворяла всех.

В 70 г. снова были избраны цензоры, которые произвели чистку сената от лиц, являвшихся прямыми ставленниками Суллы. 64 человека были вы­черкнуты из списка сената.

Таким образом, были уничтожены все основные антидемократические реформы Суллы. Чрезвычайно характерно как знамение времени, что все эти мероприятия были проведены не популярами, не вождями демокра­тов, а победоносными полководцами, которые пользовались демократией как орудием для достижения своих личных целей. Политическая история Республики вступала в свою последнюю фазу.

Однако состояние римской державы было таково, что простое восста­новление порядков, существовавших до 82 г., не могло помочь делу. Тем более, что эти досулланские порядки, как мы знаем, были таковы, что Сулла имел некоторые основания их реформировать. Положение в Италии и в провинциях требовало чрезвычайных мер.

В начале 60-х годов особенно остро встал вопрос о борьбе с пиратами. Мы уже говорили о той роли, которую играло пиратство в римском обще­стве. Политика Митридата и Сертория, опиравшихся на флоты морских разбойников, увеличение числа беглых рабов после подавления восстания Спартака, общее расстройство нормальных условий жизни, вызванное де­сятилетиями гражданских войн, — все это привело к колоссальному ро­сту пиратства. Киликийские пираты[298] не ограничивались только восточны­ми районами Средиземного моря, но проникали далеко на Запад, вплоть до побережья Испании. Их дерзость дошла до того, что они высадились в Кампании, напали на Остию и разграбили порт и стоявшие там суда. Цены на хлеб резко поднялись. Народ требовал принятия чрезвычайных мер.

В начале 67 г. народный трибун Авл Габиний внес предложение о том, чтобы одному из консуляров была предоставлена проконсульская власть на 3 года на всем пространстве Средиземного моря и на прибрежной поло­се, простирающейся на 50 миль в глубину. Ему предоставлялось право выбрать себе 15 легатов в ранге претора, давался флот в 200 судов и такое количество войск, которое будет необходимо. Имя кандидата не было на­звано, но все понимали, что речь идет о Помпее.

Ввиду этого законопроект вызвал резкое противодействие сената: его пугали огромные полномочия, которыми наделялся новоявленный демо­крат. В обществе ходило крылатое слово, что Помпей из навархов[299] метит в монархи. Сопротивление оптиматов было сломлено после жестокой борь­бы. Законопроект стал законом (lex Gabinia), причем в процессе своего прохождения он получил дальнейшее расширение, количество легатов уве­личено до 24, число судов — до 500, цифра войск определена в 120 тыс. пехоты и 5 тыс. конницы. После того как закон прошел, персонально был избран Помпей[300]. Один этот факт вызвал падение цен на хлеб.

Помпей с необычайной быстротой выполнил возложенную на него за­дачу. В 40 дней была очищена западная половина Средиземного моря. Потом он послал своих легатов на Восток, а следом за ними отправился и сам. Киликийские пиратские гнезда были ликвидированы в течение 49 дней. Такая быстрота в значительной мере объясняется тем, что Помпей дей­ствовал не только силой, но и дипломатией: он сохранял жизнь и свободу всем, кто слагал оружие. Тем не менее около 10 тыс. наиболее отчаянных пиратов погибло или попало в плен, более 800 судов было захвачено, 120 пиратских крепостей разрушено. Средиземное море на некоторое время было очищено, и нормальные торговые отношения восстановились. Помпей стал самым популярным человеком в Риме. Поэтому было совершенно естествен­но, что год спустя он получил новое ответственное поручение.