Читать онлайн «Нацистская оккупация и коллаборационизм в России, 1941—1944». Страница 36

Комендатуры в городах возглавлялись старшими офицерами, а в наиболее крупных из них — генералами. Например, комендантом города Орел был назначен генерал Гаманн.

Комендатура поддерживала тесную связь с гестапо и имела в своем составе агентурную сеть, помещение для арестованных и команду по охране, а также отделы: военный, полиции и карательных отрядов, сельскохозяйственный, транспортный, регистрации и прописки населения, по делам военнопленных и финчасть.

В небольших населенных пунктах комендатуры имели меньший личный состав и упрощенную организацию.

Уже в первые дни оккупации, в соответствии с директивами Восточного штаба экономического руководства, германские военные службы полностью реквизировали на всех фабриках, заводах и складах различные виды жидкого топлива, смазочные вещества, сырье, полуфабрикаты и готовую продукцию.

В марте и апреле 1942 года проводилась конфискация растительных, животных и искусственных жиров, маслокислот, олифы, глицерина, стеарина, нефти, мазута, авиационного бензина, минеральных масел и смол. На предприятиях были даже изъяты кожаные приводные ремни. Стремясь захватить полностью все запасы дефицитного сырья, немцы запретили производство товаров первой необходимости для снабжения местного населения. К ним относились мыло, обувь, кожевенные изделия. Ремесленники в этих условиях наладили выпуск обуви из дерева. Широкое распространение получило плетение лаптей7.

Конфискованное сырье в первый период оккупации отправлялось в Германию. Позднее оно стало передаваться местным предприятиям, выполнявшим военные заказы. Не ограничиваясь реквизицией сырья и промышленной продукции, немцы вывозили и оборудование. Так, например, в начале 1942 года были отправлены в Германию оборудование и различные материалы со сланцевых рудников Ленинградской области.

Зимою 1942–1943 годов в связи с наступлением Красной Армии немцы начали эвакуировать целые предприятия. Из Орджоникидзеграда (Брянск) вывозилось оборудование завода «Красный Профинтерн». При отступлении немцы, как правило, разрушали все уцелевшие промышленные сооружения. Кроме того, оккупанты вывозили трамвайные рельсы, электрические и телефонные провода, металлические ограды и т. п. Это имущество предназначалось для использования в качестве металлического лома8.

Война, принявшая после поражения немцев под Москвой затяжной характер, все более настоятельно требовала продовольствия, металла, угля, нефти и другого стратегического материала. Необходимость ремонта боевой техники и транспортных средств, а также обмундирования заставляла нацистов организовывать на оккупированных территориях работу различных предприятий. В январе 1942 года гитлеровское руководство приняло «обязательное постановление о восстановлении промышленного хозяйства занятых восточных областей», где перечислялись отрасли и предприятия, подлежащие первоочередному восстановлению. К ним относились энергетическое и угольно-рудное хозяйство, добыча марганцевой руды, литейные, сталелитейные, железопрокатные заводы, транспортные предприятия9.

В ближайшем фронтовом тылу восстановление промышленных и коммунальных предприятий производилось техническими батальонами и отрядами технической помощи. Для руководства предприятиями назначались управляющие, действовавшие как уполномоченные германского государства. Кроме того, в 1941–1942 годах на оккупированной территории России было создано около 50 обществ и компаний по эксплуатации отдельных отраслей промышленности.

С июля 1941 года в Германии стали образовываться так называемые «восточные компании». Обычно они являлись филиалами крупных акционерных обществ и фирм, при помощи которых крупный германский капитал стремился к непосредственному осуществлению собственных экономических целей.

В этих условиях возникла целая система «подшефных фирм» и «опекунов», через которые крупнейшие немецкие монополии попытались взять под контроль наиболее ценные отрасли и предприятия советской промышленности. Так, например, металлургический завод в Таганроге стал опекаться фирмой «Маннесман — Рёренверке»10.

Уже в указаниях Геринга от 27 июля 1941 года относительно управления экономикой в оккупированных советских областях в связи с образованием восточных компаний говорилось, что первоначальное использование немецких предприятий в качестве отдельных опекунов следует рассматривать лишь как временную переходную меру. Рекомендовалось как можно быстрее организовать «сдачу восточных объектов в аренду» этим немецким предприятиям11.

При восстановлении предприятий немцы встречали серьезные препятствия. Большинство заводов и фабрик были полностью разрушены, так что их быстрое возрождение оказалось для оккупантов нерентабельным или даже невозможным. Так, в мае 1942 года в месячном отчете хозяйственного штаба «Восток» с раздражением констатировался факт, что из-за отсутствия приводных ремней, запасных частей для машин, достаточного количества электроэнергии большие кирпичные заводы, например в Смоленске, производительностью в несколько миллионов штук кирпича в год не могут быть пущены12.

Для восстановления менее поврежденных промышленных объектов не хватало инженерно-технического персонала, квалифицированных рабочих, инструментов, оборудования и строительных материалов. По этим же причинам тормозилась эксплуатация пущенных предприятий; кроме того, сказывалось отсутствие сырья, недостаток транспорта и крайнее сужение энергетической базы, вследствие нехватки топлива и выхода из строя электростанций. Ряд восстановленных оккупантами предприятий был вновь выведен из строя в результате диверсий и саботажа со стороны представителей советского сопротивления. Так, например, в районе Майкопа были сорваны восстановительные работы на буровых скважинах Майкопнефтекомбината. Последний представлял собой комплексную организацию, обеспечивавшую полный цикл производства, начиная от поисков и разведки нефти до ее переработки и выпуска готовых товарных нефтепродуктов. На территории Майкопского нефтяного района немцы приступили к восстановлению компрессорных станций № 2 и 3, нефтескважин № 81 Апшероннефти и № 40 Хадыжнефти. Чтобы сорвать восстановительные работы, краснодарские партизаны начали проводить систематические налеты и осуществлять диверсионные акты. Немецким службам пришлось прекратить здесь восстановительные работы, а привезенное оборудование демонтировать13.

В связи с этими обстоятельствами оккупанты были вынуждены ограничиться пуском сравнительно немногих предприятий, которые в весьма малой степени могли удовлетворять неотложные нужды действующих войск и разгрузить транспорт от крупномасштабной перевозки военных грузов из Германии.

Уже в первые недели оккупации в городах и крупных населенных пунктах восстанавливались объекты, обеспечивавшие их нормальную жизнедеятельность. В первую очередь восстанавливались некоторые коммунальные предприятия в городах, где размещались большие гарнизоны, штабы и военные учреждения. На начало 1942 года имеются сведения о пуске следующих коммунальных предприятий в крупных русских городах: Смоленск — электростанция «Смолэнерго», водопровод; Орел — электростанция, водопровод, баня. Брянская ГЭС снабжала током города Брянск и Карачев. При этом электрический ток подавался только в дома, занятые немцами, а также на оборонные предприятия14.

Оккупанты стремились пустить в ход предприятия по производству строительных материалов, продукция которых использовалась для постройки полевых укреплений, мостов, дорог, казарм и т. д. Так, к 1942 году начали успешно функционировать лесопильные заводы в Лисино, Луге (Ленинградская область) и в Карачеве (Орловская область). На них широко применялся труд военнопленных. В Смоленске предприниматель С. Б. Владимиров организовал «литейно-механический завод». Об этом патетически писал в статье «Создатели капитальных ценностей», опубликованной в газете «Новый путь», журналист В. Александров. В ней говорилось о том, что «частная инициатива, освобожденная из-под семи замков ненавистной большевистской опеки, бьет живительным ключом, создавая фундамент новой жизни»15. Но на практике этот «завод» являлся небольшой ремонтной мастерской, работавшей на немецком оборудовании и в основном по заказам вермахта16.

Машиностроительные, металлообрабатывающие и химические заводы и мастерские приспосабливались немцами, главным образом, для среднего и капитального ремонта автомашин, танков, артиллерийского вооружения и самолетов. Иногда ремонтные базы оборудовались в уцелевших промышленных зданиях независимо от того, какое производство размещалось здесь прежде. Недостающие станки, инструменты, оборудование, технические кадры и часть рабочих доставлялись из Германии, а также из стран, находившихся под нацистской оккупацией. На базе некоторых советских заводов немцы организовали производство авиабомб, боеприпасов и боевых химических веществ. Так, в районе Смоленска летом 1942 года действовало шесть мастерских по ремонту танков17.