Читать онлайн «Ледокол 2». Страница 18

По словам американского советолога М. Бернштама, в советской исторической литературе не скрывается тот факт, что, когда мобилизованные формирования Красной Армии были малочисленны, неорганизованны и необучены, именно ударные отряды интернационалистов и, в частности, полки и бригады Латышской стрелковой дивизии были основной военной силой в основных операциях – в подавлении народных восстаний (именно интернационалисты применили артиллерийский обстрел химическими снарядами при подавлении восстаний в Ярославле, Ижевске и Воткинске).

О размахе народной борьбы против большевистского режима свидетельствуют данные Наркомата внутренних дел: с июля по декабрь 1918 г. в 16 губерниях европейской части России произошло 129 восстаний, в том числе в июле – 13, в августе – 29, в сентябре – 17. А за весь 1918 год «только в 20 губерниях Центральной России вспыхнуло 245 крупных антисоветских мятежей». [109]

Интернациональные бригады состояли из бывших военнопленных Центральных держав, а также белочехов, поляков, финнов, китайцев, корейцев, персов и других. Всего они насчитывали 74 000 осенью 1918-го и 268 000 – летом 1920 года (Интернационалисты. Трудящиеся зарубежных стран – участники борьбы за власть Советов. М., 1967, с. 577). Из них Латышская дивизия насчитывала соответственно 24 000 и 18 000 человек (Латышские стрелки в борьбе за Советскую власть в 1917-1920 годах. Воспоминания и документы. Рига, 1962). Красная Армия в это же время имела 387 500 – в 1918-м и 3 538 000 – в 1920 году (Директивы Главного командования Красной Армии. М., 1969, с. 130-131).

Из этих цифр видно, что интернационалисты составляли очень высокий процент для любой армии в любой войне, и он уникален в истории. Для войны же, в которой основные операции – не стратегические фронтовые, а подавление повстанчества и сопротивления коренного населения, роль ударного [110] костяка, именно на подавлениях сосредоточенного, – является, несомненно, ключевой ролью в победе режима над населением.

Особенно это было важно для трудного первого года революции, когда мобилизация только началась, регулярной армии почти не было, восстания не прекращались ни на день, – тогда не неуправляемые отряды красноармейцев, а железный костяк интернационалистов, остовом которого стали латышские формирования, спас мировую революцию от русского народа. Контролируя остальную армейскую массу и являясь ударным кулаком в войне против населения, формирования ландскнехтов-интернационалистов стали главной, решающей силой социализма в 1917-1920 годы.

Отметим также роль интернационалистов в ковке пролетарского «щита и меча». Например, в московской ВЧК, которую в 1919 г. называли «вотчиной латышей», три четверти палачей-исполнителей составляли латыши, служившие целыми семьями, специально для этой цели вызванными из голодной и нищей (чисто пролетарской) Прибалтики. Ну, а фамилии типа Петерс, Лацис (кстати, отец советника Горбачева и Ельцина редактора «Новых Известий» О. Лациса руководил в 1918 году Киевской ЧК, где людям выжигали папиросами и выкалывали на сцене глаза, забивали гвоздями в ящики, разбивали головы молотками и т. д.) – это вообще, как говорится, «краса и гордость» ВЧК.

Учитывая вышеприведенные факты, было бы неплохо разобраться с вопросом – когда существовали и существовали ли вообще прибалтийские государства.

Резун, вероятно, мог бы сказать, что эти земли были завоеваны Петром I. Но, во-первых, они [111] были не завоеваны, а отвоеваны у Швеции в результате двадцатиоднолетней войны, что и было тогда закреплено Ништадским договором, после которого Св. Синод и присвоил Петру I титул «Отца отечества, императора всероссийского, Петра великого». «Отец» закатил тогда такое празднество по случаю заключения мирного договора со Швецией, какого, наверное, не видывал мир.

Парадоксально, но после победы страна-победительница выплатила контрибуцию побежденной стороне! Ништадский договор от 30 августа 1721 г. (артикул № 5) предусматривал возвращение Швеции не только финских территорий, но и выплату «двух миллионов ефимков, исправно и без вычета… и указать на такие сроки и такою монетою, как о том в сепаратном артикуле… постановлено». Постановление в сепаратном артикуле было следующее:

«А сей платеж чинится впрочем в 4 срока, из которых перьвой в начале будущего февраля 1722 года на 500 000 ефимков; второй в начале месяца декабря того же года на 500 000 ефимков; третий в месяце октябре 1723 года паки на 500 000 ефимков, а четвертый и последний в начале месяца сентября 1724 года, на 500 000 ефимков, что тогда вся сумма сих помянутых 2 000 000. сполна заплачена и отдана быть имеет».

(Мне почему-то сразу вспомнились авторы Версальского договора с их педантичной росписью ограбленных побежденных.)

А в артикуле № 6 побежденная Швеция обязывала Россию продавать ей хлеба на 50 000 рублей ежегодно, не «взимая никаких пошлин и иных налогов». И, что самое главное, это экономическое обязательство вменялось России «в вечные времена». Правда, присутствовала здесь и «гуманитарная» оговорка в том духе, что, ежели в России случится недород, тогда, конечно, может быть сделано и послабление, однако при условии, что «его царское [112] величество принужден будет вывоз хлеба генерально всем нациям запретить». Это была тоже, пусть и замаскированная, контрибуция, причем вменяемая России «в вечные времена».

Во вторых, согласно Ништадскому договору, Россия даже не отвоевала в начале XVIII века у Швеции прибалтийские земли, а выкупила их.

А в третьих, казалось бы, прибалтийским буржуазным государствам, уважающим – по идее – священный институт частной собственности, следовало при даровании им независимости выплатить России хотя бы часть того, что она когда-то выплатила Швеции (это касается Эстонии и Латвии). Куда там!..

Английский историк Алан Тейлор писал в 1975 г., что «права России на балтийские республики и восточную часть Польши были гораздо более обоснованными по сравнению с правом Соединенных Штатов на Нью-Мексико (одна из захваченных у Мексики территорий. – Прим. авт.). Фактически англичане и американцы применяли к русским нормы, которых они не применяли к себе».

2 февраля 1920 г. в Тарту был подписан советско-эстонский мирный договор, согласно которому буржуазной Эстонии передавалось все движимое и недвижимое имущество российской казны, находящееся на ее территории. Эстония также освобождалась от долговых и иных обязательств царской России, она получала право на лесную концессию на территории РСФСР площадью в 1 миллион десятин. Более того, ей Советское правительство за что-то выплатило 15 млн. рублей золотом.

12 июля 1920 г. в Москве был подписан советско-литовский мирный договор, согласно которому город Вильно и Виленская область закреплялись за буржуазной Литвой. Их-то потом и отторгнет свободолюбивая Польша при помощи военной силы. В основу договора с Литвой лег тот же экономический [113] принцип, правда, Литве выплатили только 3 млн. рублей золотом.

11 августа 1920 г. в Риге на тех же экономических основаниях был подписан советско-латвийский договор. Буржуазной Латвии предусматривалось выплатить 4 млн. рублей золотом.

Итак, три прибалтийских государства, которых Россия никогда не лишала независимости, принялись грабить Россию под лозунгом «Грабь награбленное!». 22 млн. рублей золотом, экспроприация российского движимого и недвижимого имущества, полное аннулирование собственных долгов российским собственникам. И при чем тут священный принцип частной собственности, когда можно безнаказанно пограбить!

Можно как-то еще попытаться понять поляков. Да, когда-то Россия совместно с Пруссией и Австрией растащили Польшу на части, лишив ее независимости. По Версальскому договору она мирно заполучила земли и от Германии, и от уже несуществующей Австро-Венгрии, а на востоке ее граница пролегла по этнической «линии Керзона». Но плевать она хотела и на Керзона и на его линию; почувствовала слабость Советской России, Советской Украины и Советской Белоруссии и отодвинула свои границы от «линии Керзона» этак километров на 200 к востоку. В общем, «освободила» Западную Украину и Западную Белоруссию от коммунистического режима? Но от кого освобождала буржуазная Польша буржуазную Литву, когда в октябре 1920 года оккупировала Вильно и всю Виленскую область?

В том же месяце Красная Армия освободила Бессарабию, уворованную Румынией еще в 1918 г., когда было заключено советско-румынское соглашение. По нему Румыния обязывалась вывести свои [114] войска с территории Бессарабии в двухмесячный срок. Этот вывод затянулся на 22 года.

Бессарабия вошла в состав Молдавской союзной республики 28 июня 1940 г., когда Красная Армия вошла в пределы Румынии.

Между прочим, у А. Барбюса в книге «Сталин» есть такой пассаж:

«Германская армия оторвала от России Прибалтийские страны и Финляндию. Союзники отторгли от нее Польшу и, дополнив кусками Австрии и Германии, создали независимое государство… Они украли у советского государства Бессарабию, чтобы, пренебрегая желаниями бессарабцев, заплатить ею Румынии».