Читать онлайн «История военно-окружной системы в России. 1862–1918». Страница 51

Не удалось переломить ситуацию и с казарменным размещением войск, что отрицательно сказывалось на уровне их боевой подготовки. В 1881 г. в казармах размещалось 53,6 % полевых войск, в частных домах казарменным порядком – 32,0 %, а 14,4 % – на частных квартирах. В наилучшую сторону выделялись Петербургский, Финляндский, Туркестанский, Западно– и Восточно-Сибирские округа, где в казармах находилось свыше 90 % войск (в Петербургском округе – 97,4 %). В Киевском, Харьковском, Одесском, Варшавском округах, напротив, большая часть войск оставалась на частных квартирах или в наемных помещениях[402]. Однако и через 13 лет ситуация не изменилась коренным образом: в 1894 г. в казармах находилось 61,5 % полевых войск, в частных помещениях казарменным порядком – 30,0 % и на частных квартирах – 8,5 % соответственно[403]. Высокозатратное строительство постоянных лагерей велось прежде всего в западных округах.

Под руководством Военного министерства принимались меры по улучшению вооружения войск военных округов и овладению ими новыми видами оружия. Перевооружение русской армии, начатое после Крымской войны 1853–1856 гг., к 1881 г. было далеко не закончено. Например, на вооружении пехоты, по преимуществу во внутренних округах, находилось около 300 тыс. устаревших винтовок систем Крнка и Карле[404]. Даже в приграничных округах не все полевые и резервные части были снабжены малокалиберными казнозарядными винтовками Бердана № 2 (образца 1870 г.) по штатам военного времени. Перевооружение войск казнозарядным оружием было завершено к середине 1880-х гг. Одновременно встала задача перехода к магазинному оружию, которое к этому времени уже начало осваиваться в армиях Западной Европы. Задачу создания и принятия на вооружение отечественной магазинной винтовки удалось решить лишь в 1891 г., когда после испытаний в войсках Петербургского военного округа был утвержден образец 3-линейной винтовки С.М. Мосина. Обеспечение ею войск заняло десятилетие (последние ружья Бердана № 2 были сданы на склады в 1901 г.). До 1894 г. не предпринимались меры по оснащению войск новыми револьверами (на вооружении оставались устаревшие зарубежные револьверы системы «Смит-вессон» калибра 10,76 мм).

Из-за косности чиновников Военного министерства русская армия при Александре III не получила на вооружение пулеметы. Дело ограничилось лишь испытанием в 1892 г. пятиствольных пулеметов (зарубежного производства) в Туркестанском и Сибирском военных округах. Был сделан вывод, что «при нынешнем вооружении пехоты и полевой артиллерии пулеметы вообще и прежних систем в особенности имеют для полевой войны весьма малое значение»[405]. По решению Главного артиллерийского управления имевшиеся пулеметы были переданы нескольким крепостям.

Требовал к себе внимания и качественно-количественный состав артиллерии. На 1 января 1881 г. из 3988 орудий, состоявших на вооружении полевой, горной и резервной артиллерии, было всего 2056 стальных орудий, а 1932 – бронзовых и медных[406], испытывался явный недостаток в дальнобойных орудиях. Во всеподданнейшем докладе Военного министерства за 1890 г. П.С. Ванновский отмечал: «Дальнейшее усиление пехоты образованием резервных частей не сопровождалось соответствующим увеличением численности артиллерии… Некоторые войсковые части, как, например, стрелковые бригады и все резервные войска Кавказского военного округа, вовсе не обеспечены артиллерией»[407]. С учетом этого вывода за период с 1881 по 1891 г. резервные войска получили 980 9-фн, 4-фн и 3-фн стальных орудий[408]. Состоявшие в резерве и запасе 1152 9-фн и 4-фн медных орудия были сняты с вооружения. Принимались меры и по повышению оснащенности стальными орудиями полевых войск округов, в которых в 1894 г. их насчитывалось 3200 единиц. С 1887 г. на вооружение была принята 6-дм мортира-гаубица, способная разрушать все типы полевых инженерных укреплений, и до середины 1890-х гг. созданы 3 мортирных полка, оснащенные этими орудиями. Однако военный министр признавал, что русская армия по оснащенности артиллерией явно отстает от других европейских держав. Так, в 1893 г. на один батальон во французской армии приходилось 4,22 орудия, в германской – 3,01, в австро-венгерской – 2,85, а в русской – только 2,52 орудия[409]. Поэтому в 1893 г. был принят 5-летний план развития артиллерии[410].

Обучение войск в округах организовывалось согласно Плану распределения годовых занятий, введенному в 1881 г. Им предусматривалось разделение учебного года на зимний и летний периоды обучения. В зимний период план предусматривал занятия по строевой подготовке, гимнастике, обучение грамоте, стрельбе в цель, изучение уставов и др. Летние занятия подразделялись на два периода. В первый проводились занятия по родам оружия (войск). В пехоте – поротно – 6 недель, побатальонно – 4 недели[411]. В этот период проводились полевые стрельбы, занятия по самоокапыванию и «полевой гимнастике», односторонние ротные тактические учения, двухсторонние батальонные и полковые. В кавалерии строевым и тактическим занятиям в пешем строю отводилось 12 дней из 64. Второй период летних занятий предполагал проведение в течение 4 недель «общих сборов всех родов оружия», с 1886 г. включавших и маневрирование с боевой стрельбой.

Упорядочению обучения войск способствовало издание новых уставов, наставлений и инструкций, а также установление новой, более жесткой системы инспектирования войск, изложенной в Положении об инспекторских смотрах и соответствовавшей духу «беспрекословной дисциплины», прививавшейся военным министром Ванновским. Среди нескольких десятков изданных документов, относящихся к обучению личного состава войск, выделялись: Устав полевой службы (1881); 2-я часть Воинского устава о строевой кавалерийской службе (1881); Инструкция для занятий с офицерами (1882); Наставление для обучения саперных команд в пехоте (1883); Инструкция для ведения занятий в кавалерии (1884); Инструкция для ведения занятий в артиллерии (1884); Устав гарнизонной службы (1884); Положение о специальном образовании инженерных войск (1884); учебники для батальонных школ (1884); Наставление для саперных батальонов (1885, 1887, 1891); 1-я часть Строевого кавалерийского устава (1886); Наставление для обучения полевой артиллерии (1886); Правила стрельбы полевой батареи (1886); Опыт руководства для железнодорожных батальонов (1887); Инструкция для маневрирования с боевою стрельбою отрядов из трех родов оружия (1889); Устав внутренней службы в кавалерии (1889); Руководство по военному воздухоплаванию (1889); Наставление для войскового окопного дела (1891); Новые правила стрельбы для батарейных, легких, конных, мортирных и горных батарей (1891); Учебная книга крепостного артиллериста (1891); Справочная книга для инженерных и саперных офицеров (1893).

В числе важных задач, повседневно решаемых личным составом военных округов, было несение караульной службы. Данные о размерах караульных нарядов, выставляемых как от полевых, так и местных войск, на 1 января 1881 г. и 1 января 1895 г. выглядят следующим образом:

Таблица 16

Сведения о размерах караульных нарядов с 1881 по 1895 г. по округам[412]

Из этой таблицы видно, во-первых, что наибольшее количество караульных нарядов приходилось на неспокойные в военно-политическом отношении Кавказский и Виленский военные округа, на связанные с густонаселенными и важными в политико-административном и экономическом отношениях районами страны Петербургский и Московский округа, а также на протянувшийся вдоль важной водной транспортной артерии (Волги) и характеризовавшийся пестрым составом местного населения Казанский военный округ. Во-вторых, за четырнадцать лет общая численность караульных нарядов в округах снизилась с 30 892 человек (около 1/7 штатного состава строевых нижних чинов) до 12 850 (1/20 часть строевых нижних чинов), то есть на 58 %. Это было продуманной линией Военного министерства и командования военных округов, обеспокоенных тем, что привлечение большого числа личного состава пехоты к несению караульной службы (а кавалерии – к патрульно-полицейской службе) отвлекало военнослужащих от боевой под готовки, снижало эффективность обучения подразделений и частей. В-третьих, весьма значительная часть караулов выделялась на охрану гражданских объектов (административных зданий, финансовых учреждений, тюрем, важных предприятий, крупных складов, транспортных узлов и др.). Снижение числа караульных нарядов, о чем шла речь выше, происходило во многом вследствие освобождения войск от «окарауливания» административных, финансовых, тюремных и других гражданских объектов. Если к 1 января 1883 г. в интересах гражданских ведомств был выделен наряд из 17 702 караулов, а военного ведомства – из 13 219[413], то к 1 января 1895 г. эти цифры (см. вышеприведенную таблицу) составили соответственно 4221 и 8629. Таким образом, если число караулов, выставляемых у военных объектов, снизилось на 35 %, то «окарауливание» гражданских объектов – на 76 %. Снимаемые с последних караулы от войск заменялись караулами от органов внутренних дел.