Читать онлайн «География, История и Культура Англии». Страница 85

Почти полностью утрачивалось национальное своеобразие английской живописи, растворявшейся в общеевропейском, космополитическом декадансе. На первый взгляд в картинах и росписях С. Спенсера (1891-1959) было нечто общее с орнаментом из средневековой миниатюры или с работами прерафаэлитов. Но это лишь внешнее подобие. Хаотическое нагромождение деформированных образов, по существу, не имело ничего общего с плодами народной фантазии, запечатленными в миниатюрах. В эти же годы начал завоевывать известность скульптор Г. Мур (р. 1898), создатель деформированных фигур - скорее человекоподобных, чем человеческих.

Деформация человеческого тела в живописи и скульптуре так же направлена на развенчание человека, как и изображение нарочито алогичных и отвратительных поступков и эмоций в нашумевшем романе Джемса Джойса «Улисс» (1922). В этом произведении есть элементы сатиры на буржуазное общество, но пошлость, лицемерие, мещанская имитация мыслей и чувств предстают перед читателем не как социально обусловленные явления, а как черты, будто бы извечно присущие человеку. Принадлежа к школе «потока сознания», Джойс утрирует хаотичность мысли; точно так же художники-сюрреалисты, создавая абсурдные сочетания предметов, навязывали зрителю представление о хаотичности мира вообще. Известный писатель-реалист Ричард Олдингтон (1892-1962) имел все основания сказать, что «Улисс» Джойса - «чудовищная клевета на человечество».

Между тем «Улисс» стал знаменем модернистского искусства. Его подняла на щит «психологическая школа», считавшая единственной задачей искусства проникновение в глубины подсознательного. Кредо этой школы сформулировала Вирджиния Вульф - одаренная писательница, отдавшая, однако, свой талант внесоциальному, внеисторическому и потому бесперспективному психоанализу: «Давайте чертить узоры, которые оставляют в нашем сознании мимолетные впечатления и даже незначительные события, какими бы бессвязными и неясными они не представлялись». Антигуманизм Джойса, Вульф и других писателей этого направления сочетался с антидемократизмом. Он выражался в крайней усложненности формы, а следовательно - в расчете на узкий круг читателей, на интеллектуальную элиту.

Эта антидемократическая тенденция едва ли не наиболее ярко проявилась в стихах и публицистике Томаса Элиота, одного из вождей идеологической реакции. В поэме «Бесплодная земля» '(1922) он сталкивает реальных людей современности с героями мифов и литературы. Калейдоскоп имен, которые не известны даже читателю, прошедшему классическую школу Итона и Оксфорда, разноязычные цитаты, исторические и литературные намеки, понятные лишь крайне узкому кругу «высоколобых», - все это выражает презрение к читателю, к «необразованной демократии». «Бесплодная земля» - поэма ужаса перед гибелью цивилизации, ожидания катастрофы. При всей туманной символике поэмы нетрудно разглядеть, откуда пришли к автору его пессимистические прогнозы. Не столь уж туманен образ «орд в остроконечных шлемах, кишащих на бескрайних равнинах»! Октябрьская революция, революционный подъем в Англии и во всем мире - вот что порождает ощущение надвигающегося краха буржуазной цивилизации,

В 20-е годы широкое распространение получила «массовая культура»; декадентское искусство и литература с их модернистскими течениями были отличным орудием для интеллектуального и политического разоружения интеллигенции, но для такого же воздействия на миллионы трудящихся требовались иные средства - развлекательное чтиво детективного или эротического характера, неглубокие, но захватывающие зрелища, джазовая музыка. Одурманить сознание, развлечь, не дать человеку задуматься-такова социальная функция «массовой культуры», искусно насаждаемой «коммерческими» издательствами, театрами, газетными и журнальными империями. Огромную роль в комплексе идеологически отравляющих средств играло молодое киноискусство. В то время как его выдающиеся художественные возможности были доказаны гениальными фильмами Чаплина и Эйзенштейна, на английских экранах преобладали развлекательные фильмы голливудского происхождения.

В борьбе с реакционной, унижающей человека буржуазной культурой и эрзацами культуры, производимыми для массового потребления, росла и крепла подлинно народная демократическая культура. Выдающиеся писатели-реалисты старшего поколения Гарди, Шоу, Голсуорси, Уэллс остались верны реалистической традиции и продолжали развивать ее в новых условиях. В этот период Голсуорси пишет последние романы «Саги о Форсайтах» и три романа, составившие цикл «Современная комедия». Тем самым было завершено главное дело его жизни - создана художественная история деградации английской буржуазии.

Сколь бы сложны и противоречивы ни были идейные и художественные искания Г. Уэллса, он все же решительно выступил против политической реакции. Вместе с Гарди и Шоу он вступил в международную организацию прогрессивной интеллигенции «Клартэ», которая боролась против антисоветской интервенции. Во время известного визита в Советскую Россию (1920) он многого не понял, и это отразилось на страницах книги «Россия во мгле». Но здесь же честный писатель заявил: «Большевики морально выше всего того, что до сих пор с ними боролось».

Наибольшую идейную эволюцию в эти годы проделал Шоу: социалистическое строительство в СССР и общий кризис мирового капитализма углубили его сомнения в «фабианском социализме». В противовес модернистской аполитичности и асоциальности Шоу именно в эти годы переходит к собственно политической сатире, шаржу, гротеску. Беспощадному разоблачению подвергаются высшие слои политической иерархии - лидеры партий, министры и стоящие за их спиной подлинные хозяева - монополисты. В политической «экстраваганце» - «Тележке с яблоками» - перед судом сатирика оказывается сама буржуазная демократия.

Несколько необычным для Шоу был созданный им в пьесе «Святая Иоанна» образ Жанны Д'Арк, Отбрасывая мистические наслоения в трактовке «чудес» Жанны, Шоу создает героический народный характер, обаятельный, чистый. Безоговорочно признавая право народа на национально-освободительную, справедливую войну, Шоу остается сатириком в изображении предателей родины. Жанна написана как героиня народной трагедии, одерживающая духовную победу над врагами. Конечно, для Шоу важна полемика не столько с другими трактовками образа Жанны, сколько с декадентским представлением о ничтожности человека. Вот она - крупная личность, сказал Шоу своей пьесой; личность, обладающая силой, мудростью, поэтическим мировосприятием, свойственным народу. Недаром пьеса эта сразу же вошла в репертуар театров, придерживавшихся реалистического метода. В 1924 г. Жанну сыграла известная актриса Сибилла Торндайк. В 1929 г. в театре «Олд Вик» 25-летний актер Джон Гилгуд впервые сыграл Гамлета, причем, по свидетельству современников, вложил в этот образ все метания «потерянного поколения». Актер незаурядного дарования, обладавший великолепной техникой, Гилгуд впоследствии сыграл множество шекспировских ролей и - в качестве режиссера - поставил немало спектаклей.

Театры обращаются не только к Шекспиру, но и к другим классикам английской и мировой драматургии. Тяга передовых режиссеров и актеров к реализму, к глубокому воплощению «диалектики души» усилила интерес к русской драматургии, особенно - к Чехову. В Англии издаются труды К. С. Станиславского, его «систему» тщательно изучают и осваивают мастера английской сцены. Хотя модернистские веяния затронули некоторых деятелей английского театра, в целом он в этот период сделал шаг к углублению художественного анализа действительности.

В течение 20-х годов в рамках демократической культуры росли элементы культуры социалистической. Но особенно велик был взлет прогрессивной культуры в следующем десятилетии.

После непродолжительного периода относительной стабилизации капитализма мировая капиталистическая система вступила в 1929 г. в полосу глубочайшего экономического кризиса. Выбравшись из кризиса в 1933 г., капиталистическая экономика долго находилась в состоянии депрессии, за которой (в нарушение обычного цикла капиталистического производства) последовал в 1937 г. новый кризис. Только предвоенная гонка вооружений и начало второй мировой войны изменили экономическую ситуацию.

Обострившаяся в условиях мирового кризиса конкуренция на мировых рынках особенно больно ударила по старым отраслям английской промышленности: производство угля упало па 20%, стали и чугуна - примерно вдвое, а судостроительной промышленности - на 90%. В результате в этих отраслях возникла чудовищная безработица, составившая соответственно 34, 48 и 62% от общего числа застрахованных рабочих.

Именно те районы, которые исторически сложились как центры промышленности с огромной концентрацией рабочего класса, были более всего поражены кризисом. Зарождавшаяся еще в 20-е годы проблема «районов депрессии» превратилась теперь в одну из острейших национальных проблем. В угольных районах Уэльса, например, безработные составляли 37,5%. К числу районов депрессии относились также районы Клайда (судостроение), Ланкашира (текстильная промышленность). Предприниматели закрывали шахты, заводы, верфи, фабрики, и начался массовый отлив населения; некоторые города и рабочие поселки фактически обезлюдели.