Читать онлайн «География, История и Культура Англии». Страница 48

Для поэта или художника революционно-романтического направления море было той свободной стихией, над которой не властны людские пороки, где все стяжательское, мелочное отходит на второй план перед величием и красотой природы.

Едва ли не центральное место занимает море в творчестве одного из крупнейших английских пейзажистов Уильяма Тернера (1775-1851). Великолепный акварелист, придававший особое значение свету, воздуху, колористическим исканиям и в этом во многом предвосхитивший импрессионистов, Тернер был прежде всего романтиком. Его привлекали необычные и фантастические сюжеты - дикие скалы, утесы, развалины, грозовые ливни и прежде всего - море, бурное, мрачноватое, немного таинственное и почти всегда - в байроновском «борении стихий». Его «Мол в Кале» (1802-1803) - типичный романтический морской пейзаж. Здесь все - и предгрозовое небо, почти сливающееся с бурными волнами, и парус на переднем плане, и белые гребешки волн - вызывает чувство тревожного ожидания, создает атмосферу надвигающейся катастрофы. Значительно позже (1838) Тернер написал знаменитую картину «Последний рейс корабля «Отважный», в которой сказались результаты его колористических исканий. Прозрачный чистый воздух, многоцветная гамма солнечного заката, штилевое море - все это уже очень далеко от сугубо романтических морских пейзажей начала века.

Какая-то частица отношения поэтов и художников романтического направления к морю проникала в сердца миллионов англичан; это отношение выражало в художественной форме то, что испытывал народ, переплеталось с впечатлением от бесчисленных морских историй, которые рассказывались в тавернах, на ярмарках всей страны. Верхам общества не так уж трудно было привнести в это лирико-романтическое отношение народа к морю элементы шовинистического презрения к иностранцам, претендующим на свою долю позиций на морях, и победы английских моряков восторженно встречались в стране. Победитель в Трафальгарском сражении Нельсон стал национальным героем, и даже разбойничьи налеты па Копенгаген воспринимались как «славные» успехи английского оружия.

Борьба на море приобрела еще большее значение с 1806 г., когда Наполеон, убедившись в невозможности высадить десант в Англии, сделал попытку сокрушить ее другим методом. Специальным декретом он ввел континентальную блокаду Англии. Отныне всем странам, зависимым от Франции, предписывалось прекратить всякую торговлю с Англией, закрыть свои порты для английских кораблей. Тем самым Англия лишалась важнейшего для себя европейского рынка, и быстро растущая английская промышленность должна была впасть в состояние глубокого кризиса. Действительно, блокада привела к сокращению английского экспорта примерно на 10% общей стоимости экспортируемых товаров, а в 1809 г. начался торгово-промышленный кризис. Некоторые мелкие и средние фирмы, работавшие преимущественно на экспорт, обанкротились.

Правительство принимало энергичные меры, чтобы сорвать блокаду, и при его поддержке многие купцы все-таки находили возможность торговать с континентом. Английские торговые суда сопровождались военными кораблями. Столкновения на море еще больше усилились, когда Англия предприняла контрмеры. Английские корабли останавливали в открытом море суда других стран, конфисковывали французские товары либо товары, направлявшиеся во Францию. Это привело ко многим дипломатическим осложнениям, но самым опасным из них был конфликт с США.

Американская буржуазия не желала упустить период, когда Франция и Англия истощали силы в длительной войне, и перешла к активной экспансионистской политике на американском континенте. Американские войска без объявления войны вторглись на территорию Канады, что само по себе могло привести к войне. Но агрессивные действия со стороны США были лишь одной и не самой важной причиной конфликта. Гораздо большую роль играла английская политика контрблокады, которая распространялась, конечно, и на корабли США. Англия не только захватывала американские суда, но и принудила 6 тыс. американских моряков, задержанных во время этих операций, служить в английском флоте. Американская буржуазия ответила на это прекращением торговых сношений с Англией и ее колониями. Это было сильным ударом по английской экономике: ведь в период континентальной блокады значение американского рынка резко возросло. Как ни маневрировало английское правительство, пытаясь урегулировать конфликт с США, 18 июня 1812 г. война была объявлена.

Между тем судьба мира решалась как раз в это лето 1812 г. совсем в другом районе земного шара - на полях России. После распада пятой коалиции Россия осталась лицом к лицу с наполеоновской империей, и теперь, в ходе Отечественной войны, русский народ свершил свой великий исторический подвиг. Разгром «великой армии» Наполеона в 1812 г. был решающим переломным моментом во всей истории наполеоновских войн. Только победа России дала возможность Англии выделить для войны с США достаточные военно-морские и наземные силы. Англо-американская война шла с переменным успехом, но морское превосходство Англии все же обеспечило ей перевес. В ходе войны английская армия даже захватила столицу Соединенных Штатов - Вашингтон и ознаменовала свою победу варварским поджогом крупнейших зданий города. Тем не менее обстановка в Европе вынудила Англию предложить американцам почетный мир, который и был заключен в конце 1814 г. в Ренте. США не получили территорий, на что рассчитывали, начиная войну, но Англия еще раз торжественно признала независимость США и прекратила захват американских кораблей.

Помимо значительного расширения своих владений в Индии, за годы войны Англия захватила ряд важных стратегических пунктов на Средиземном море (Мальту), в Африке (Капскую колонию), приобрела монопольное положение на рынке Бразилии и т.д.

Таким образом, все слои господствующих классов Англии, включая промышленную буржуазию, имели основания поддерживать партию тори. Правительство Питта охотно откликнулось на петиции промышленников и в 1799 г. провело в парламенте закон о запрещении тред-юнионов и других объединений рабочих.

Только рабочий класс продолжал упорную борьбу с предпринимателями и поддерживавшим их правительством, только он не склонился перед реакцией и тем самым спас честь английского народа в те мрачные годы. Несмотря на закон 1799 г., рабочие сохранили свои профсоюзы и даже создавали новые тред-юнионы. Организуя стачки (крупнейшими из них была стачка 40 тыс. ткачей в Шотландии в 1805 г. и 60 тыс. рабочих Манчестерского округа в 1808 г.), рабочие все чаще прибегали также к методу уничтожения орудий производства. Центром движения стал район Ноттингема. В 1811 г. здесь был образован подпольный профсоюз вязальщиков - организация луддитского движения, которой удалось связаться с аналогичными организациями страны.

Наибольшего подъема движение достигло в 1811-1812 гг., когда страна переживала экономический кризис, связанный с континентальной блокадой и временной утратой американского рынка. Предприниматели были терроризированы и пастолько напуганы, особенно в Ноттингеме, что постоянно требовали от правительства присылки войск для охраны фабрик.

В этот период широкое распространение в буржуазных кругах приобрела крайне реакционная и бесконечно далекая от науки теория священника Томаса Мальтуса (1766-1834). В 1798 г. он опубликовал свой «Опыт о законе народонаселения», и эта книга сразу настолько пришлась по вкусу буржуазному читателю, что уже в 1803 г. она была переиздана и затем переиздавалась неоднократно. Мальтус утверждал, что бедность неискоренима по самим законам природы. Если средства пропитания растут в арифметической прогрессии, то само население земли, по Мальтусу, возрастает в прогрессии геометрической, и поэтому всегда будет «избыточное» население, которое обречено на нищету, страдания и вымирание. Из этого делался успокаивающий совесть буржуа вывод, что в нищете рабочих будто бы никто не виноват - пи отдельное лицо, ни социальный строй. «Человек, рождающийся па свет, уже занятый другими, если семья не имеет средств его кормить или если общество не нуждается в его работе, - такой человек не имеет ни малейшего права требовать себе даже малейшей части пищи, и на самом деле он - лишний на свете. Природа приказывает ему удалиться и не замедляет сама привести в исполнение свой приговор».

Но рабочие, вопреки теории Мальтуса, не желали умирать голодной смертью и даже боролись за лучшую жизнь. Перепуганная буржуазия видела выход только в обращении к грубой силе, к армии и полиции. Паническое состояние умов господствующих классов Англии выражал, в частности, глава реакционных романтиков Саути: «В настоящий момент только армия предохранит нас от самой страшной опасности: восстания бедных против богатых».

Парламент в 1812 г. принял закон о введении смертной казни за участие в луддитском движении. Этот чудовищный закон прошел почти без возражений в обеих палатах парламента, и только Байрон в палате лордов произнес гневную речь против составителей билля, которые «могут по праву считать себя достойными преемниками того афинского законодателя, о котором говорили, что его законы писаны не чернилами, а кровью». В «Оде авторам билля против разрушителей станков», которую ему удалось напечатать в «Морнинг кроникл», звучит угроза решительных действий: