Сборник документов - Русский архив: Великая Отечественная: Т. 15 (4-5). Битва за Берлин (Красная Армия в поверженной Германии).

Читать онлайн «Русский архив: Великая Отечественная: Т. 15 (4-5). Битва за Берлин (Красная Армия в поверженной Германии).». Страница 99

Автор Сборник документов

Вопрос: Что вам известно о комитете «Свободная Германия».

Ответ: О национальном комитете «Свободная Германия» я знаю только из официальных немецких источников, если не считать того, что в конце февраля, когда над нашей дивизией было сброшено много листовок, я просмотрел иллюстрированную листовку, на которой были изображены видные немецкие генералы, подписывающие какое-то обращение. Я знаю о том, что генерал Зейдлиц приговорен к смерти, и слыхал, что такой же приговор вынесен фельдмаршалу Паулюсу. Зейдлица лично я знал очень мало и определенного мнения о нем у меня нет. Должен сознаться, что я не понимаю, как эти генералы, герои Сталинградской эпопеи, могли решиться нарушить присягу. Сначала я отнес все дело к пропагандистскому трюку большевиков. Но приговор над Зейдлицем показал мне, что дело серьезно. Исходя из предположения, что это — честные люди, я решил, что в основе их поступков лежат какие-то крупные, но совершенно непонятные для меня мотивы. [292] Я не считаю, что я нарушил присягу, когда перешел со службы от кайзера Вильгельма на службу Веймарской республике и затем от нее — к Гитлеру. Но как можно нарушить присягу Гитлеру — я не понимаю. Члены комитета «Свободная Германия» выступают против самого ценного, что есть в немецком народе, — его солдатства. Национал-социализм выражает интересы этого солдатства. Я должен сознаться, что не понимаю, как такие прекрасные солдаты, несомненные носители лучших традиций немецкой армии, как фельдмаршал Витцлебен и другие, могли в июле выступить против фюрера и покушаться на его жизнь. Это доставило мне много мучительных переживаний, и я до сих пор не понимаю этого, говоря себе, что и тут есть какие-то вещи, стоящие вне пределов моих знаний. В том факте, что Витцлебен и его группа, с одной стороны, а Паулюс и его соратники, с другой, выступают против нацизма, я еще не вижу доказательства того, что существуют противоречия между традициями немецкой армии и нацизмом. Сейчас традиции немецкой армии, видоизмененные в соответствии с духом времени, все больше и больше переходят к войскам СС, и я считаю это закономерным. Поэтому в том, что касается Национального комитета, меня интересует только персональный вопрос об его участниках, и я остаюсь совершенно равнодушным к содержанию его пропаганды.

Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления 1 БФ майор Ф. Шемякин

РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 42, 45 об. Подлинник.

№ 201. Из протокола допроса командира 402-й запасной дивизии генерал-лейтенанта З. Шпайница о перспективах войны

18 марта 1945 г.

Зигмунд фон Шпайниц, 1890 года рождения, родился в Берлине, образование — среднее, женат, беспартийный, немец, в армии с 1909 года.

Вопрос: Опишите вкратце свой боевой путь в армии.

Ответ: Я вступил в немецкую армию в 1909 году, в 1911 году получил звание «лейтенант», в 1915 году — звание «ст. лейтенант», в 1918 г. — звание «капитан».

Участвовал в первой мировой войне в качестве адъютанта батальона, затем офицером по поручениям при штабе 1-й резервной гренадерской дивизии. С 1914 по 1916 г. я был на восточном фронте. С 1918 по 1919 год я был в этой же дивизии на западном фронте.

С 1919 до 1921 года я работал начальником отделения по делам младшего начальствующего и рядового состава при 3-й дивизии. С 1923 до 1929 года я был командиром роты в этой же дивизии.

С 1929 до 1933 год я был адъютантом у командира трех пехотных полков. (Примечание: в немецкой армии в мирное время, кроме командира дивизии, существовала должность командира только пехотных полков этой дивизии, подчинявшегося командиру дивизии).

В 1931 году я получил звание «майор», в 1934 году — «подполковник».

В 1937 году я получил звание «полковник».

С 1932 до 1934 год я был командиром батальона в 5-м прусском полку 2-й пехотной дивизии, дислоцировавшейся в Штеттине. [293]

С 1934 до осени 1937 года я был адъютантом командира 2-го корпуса, сперва у генерала Бока, затем у генерала Бласковица.

В декабре 1940 года я получил звание «генерал-майор», в сентябре

1942 года — «генерал-лейтенант». С осени 1937 года до конца 1940 года я был командиром 48-го полка 12-й пехотной дивизии.

С января 1941 года до августа 1943 года я был командиром 9-й пехотной дивизии, участвовал с нею в борьбе на восточном фронте в составе армии Рейхенау.

С августа 1943 года до ноября 1943 года я был в резерве ставки, с ноября

1943 до августа 1944 года был командиром 361-й пехотной дивизии и действовал с нею [в боях] в районе Броды.

В августе 1944 года я должен был получить в командование дивизию во Франции, но этой дивизии не оказалось (была разгромлена к моменту моего приезда), я вернулся в Берлин. 20 сентября 1944 года я был назначен командиром 402-й резервной дивизии.

Имею ряд наград, полученных в первую мировую войну и в эту войну, в 1939 году получил «Пряжки к железным крестам I и II класса», в 1941 году — «Немецкий крест в золоте», в августе 1943 года ㄇ «Рыцарский крест». […]

Вопрос: Каковы, по Вашему мнению, дальнейшие перспективы хода войны для Германии, в чем Вы видите основные причины серьезных поражений Германии на Востоке, а также и на западном фронте?

Ответ: Должен сказать, что положение Германии в данный момент более, чем критическое. Больше того, Германия, видимо, уже стоит на грани своих возможностей. В последние несколько недель русские армии своими наступательными операциями кардинально ухудшили военное и экономическое положение Германии.

Я лично считаю, что ближайшей операцией русских будет операция с целью разгрома немецких войск на Одере и овладения Берлином.

Я предполагаю, что русские нанесут мощные, охватывающие удары из района Верхней Силезии, с целью охвата Берлина и берлинской группировки с юго-востока и юго-запада, а также со своих плацдармов севернее Кюстрин и из района Франкфурта.

Основными причинами поражения немецких армий на фронтах, приведших к тяжелому положению Германии, я считаю следующие:

1. Переоценка руководством Германии сил и возможностей Германии как в военно-стратегическом, так и в хозяйственно-экономическом отношении.

2. Превосходство противников Германии как в людях, так и в материалах.

3. Определенные просчеты немецкого политического и военного руководства в планировании и проведении войны, что привело к образованию коалиции против Германии и вынудило немецкое командование вести войну на два фронта.

[…]

Вопрос: Что, по Вашему мнению, является самым характерным в тактике и проведении крупных наступательных операций советским командованием?

Ответ: Я хотел бы по этому вопросу осветить следующие моменты:

1. Скрытность в переброске и сосредоточении крупных воинских соединений всех родов, умелая маскировка войск в районах сосредоточений и на исходных позициях.

2. Гибкость и, я сказал бы, маневренность русского командования в руководстве и проведении операций на всех ее этапах.

3. Умелое взаимодействие различных родов войск и в первую очередь артиллерии и пехоты.

4. Применение в каждой крупной наступательной операции каких-либо новых тактических приемов. В январской операции, например, русские, как мне рассказывали наши офицеры, сумели вгрызться в нашу оборону еще во время артподготовки. Это было достигнуто тем, что в определенный момент [294] ураганной артиллерийской подготовки и сплошной линии огня на остальных участках были созданы «коридоры», по которым отдельные русские подразделения прорвались к нашим позициям и штурмом овладели ими. В этом вопросе я хотел бы отметить еще следующие моменты:

а) исключительное мастерство в концентрации в короткие сроки больших масс артиллерии и умелое массирование арт. огня, а также гибкое маневрирование им;

б) отличную материальную часть русских войск;

в) насыщенность пехоты автоматическим оружием.

[…]

За начальника следственной части РО штаба 1-го Белорусского фронта капитан Суркис

РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 86, 88, 89–92. Подлинник.

№ 202. Из протокола политического опроса штурмбанфюрера СС К. Нейхауса, ведающего в имперском руководстве СС вопросами культа и вероисповедания

6 апреля 1945 г.

Карл Людвиг Нейхаус (К.L. Neihause) р. 22.7.1910 г. в г. Хольцхаузен под Гладенбахом, обр. — высшее, д-р философии и биологии, лютеранин, женат, имеет 3 детей. Член НСДАП с 1933 г.

Дом. адрес: Оффенбах-на-Майне, Германиштрассе, д. 36, 2-й этаж. (Дом разрушен и теперешнего местонахождения семьи — не знает). В 1933 г. защитил диссертации «Закон Ягве, как откровение» и «Определение нравственного у Фихте». Преподавал латинский язык и древнюю историю в гимназии, сотрудничал в ориенталистических журналах, был доцентом по исламизму и арабизму в университете во Франкфурте-на-Майне. В июле 1940 г. призван непосредственно главным командованием вооруженных сил и назначен руководителем библиотеки 649-й роты пропаганды (при 2-й армии), дислоцировавшейся в Париже. С 11.1940 г. работает в имперском руководстве СС в качестве референта по вопросам культа и вероисповеданий. 1 ноября 1944 г. находился в служебной командировке в г. Познань, где, согласно приказу, гласящего, что все способные носить оружие мужчины должны защищать крепость, остался в окружении, входя в состав «боевой группы Келлер». 15.2.45 г. согласно приказу выходить из окружения мелкими группами стал пробираться на запад. 25.2.45 г. взят в плен в районе Вольден-берг.