Читать онлайн «Падение Римской империи». Страница 76

После Констанция: борьба за власть

Первый раунд борьбы оказался достаточно коротким — он продолжался от смерти Констанция до смерти Гонория, последовавшей менее чем через два года, 15 августа 423 г. В тот момент смысл игры по-прежнему заключался в завоевании и сохранении доверия властелина. Первенство в этом смысле принадлежало его сестре, которая имела то преимущество, что обладавший ею обретал императорский пурпур, а она становилась августой, когда ее муж — августом. Ей приходилось защищать как собственные интересы, так и ее сына от Констанция — Валентиниана, предполагаемого наследника трона. Однако он отнюдь не получал его автоматически. Система наследования, как мы видели в главе третьей, обычно основывалась на династическом принципе, но лишь в том случае, если существовал подходящий наследник, такой, который мог опереться на всеобщее согласие. Например, Варрониан, маленький сын императора Иовиана, исчез без следа после смерти своего отца, поскольку не оказалось никого, кто счел бы выгодным для себя защитить его претензии. Поэтому Плацидия ловко пристроилась к своему брату — до такой степени тесно, что Олимпиодор доносит до нас дыхание скандала, носившегося в воздухе:

«Расположение Гонория к собственной сестре после смерти ее мужа Констанция стало таково, что их безмерная любовь и частые поцелуи в уста внушили многим постыдные подозрения. Такая же затем родилась у них вражда друг к другу стараниями Спадусы и Элпидии (она была кормилицей Плацидии), которым она многое предоставила. Этим женщинам помогал и куратор Плацидии Леонтий, так что в Равенне начались частые раздоры (Плацидию окружало множество варваров, что получилось из-за ее союза с Атаульфом и брака с Констанцием), сопровождавшиеся побоищем обеих сторон. В конце концов эта самая вражда и ненависть, равная прежней любви, привели к тому, что Плацидия, осиленная братом, была сослана вместе со своими детьми в Византий» (fr. 38).

К несчастью, здесь мы зависим от краткого изложения рассказа Олимпиодора у Фотия, поэтому не вполне ясно, кто чью сторону занимал. «Спадуса» — по-видимому, ошибка вместо «Падусии», жены армейского командира по имени Феликс{263}. Мы также знаем, что и другой видный военачальник, Кастин, был замешан в этом деле. Во фрагменте далее рассказывается о третьем командире, Бонифации, преемнике Гераклиана в Африке, сохранявшем лояльность Плацидии в трудные для нее времена. По крайней мере общие контуры ясны: Плацидия пыталась защитить позиции своего семейства, монополизируя привязанность брата, и небезуспешно искала поддержку в среде военных. Но возобладали интересы иных группировок, которые сумели отдалить друг от друга брата и сестру. В результате в конце 422 г. Плацидия отправилась в изгнание в Константинополь.

Интриги продолжались и в ее отсутствие, но они приостановились со смертью Гонория, случившейся за несколько дней до его тридцать девятого дня рождения. Все прежние ставки теперь потеряли силу, и на Западе начался второй раунд борьбы за власть.

После того как Плацидию с Валентинианом отправили на Восток, явных кандидатов на престол не было. Многие весьма одаренные сановники, выдвинувшиеся благодаря Констанцию, претендовали на него. В итоге через несколько месяцев власть захватил главный нотарий Иоанн. После того как он обеспечил себе необходимую поддержку военных и бюрократических верхов, 20 ноября его провозгласили августом. Находившийся в Африке Бонифаций держался в стороне. Наиболее влиятельным сторонником Иоанна был военачальник Кастин, который, как мы видели, был замешан в дворцовых интригах накануне смерти Гонория. Режим располагал еще одним важным приверженцем из числа военных в лице Аэция, который занимал видный пост смотрителя дворца (cura palatii). Аэций впервые выдвинулся, когда еще совсем молодым его дважды (до и после 410 г.) отправляли в качестве заложника к союзникам-варварам. Он провел у готов Алариха три года (405–408 гг.), а затем столько же — у гуннов (возможно, в 411–414 гг.). Как мы увидим, второе имело свои последствия.

В условиях раскола военной верхушки Запада ключевым фактором становилась позиция восточного двора Феодосия II. Иоанн сразу отправил посольство с предложением признать его, но послов приняли весьма недружелюбно и отправили в изгнание в Причерноморье. Мы не знаем, до чего дошли дебаты, но Феодосий и его советники, ободренные, по-видимому, тем, что Бонифаций отказался отдать Северную Африку под власть Иоанна, в конце концов решили отправить экспедиционный корпус в Равенну, чтобы защитить династический принцип и поддержать претензии своего кузена — Валентиниана. Поэтому Плацидию и ее сына отправили в Фессалоники, где 23 октября 424 г. представитель Феодосия магистр оффиций Гелион провозгласил Валентиниана цезарем. Военачальника Ардабурия, недавно одержавшего победу над персами, его сына Аспара, тоже военачальника, и третьего генерала по имени Кандидиан направили с армией на запад. Поначалу все шло согласно плану. Двигаясь по адриатическому побережью Далмации, они овладели двумя важными портами — Салоной и Аквилеей. Но затем разразилась катастрофа. Из-за бури Ардабурий сбился с курса, был взят в плен и доставлен в Равенну, где Иоанн попытался использовать его в качестве заложника. Но этот план привел к обратным последствиям, поскольку Ардабурий сумел посеять раздор среди сторонников Иоанна, вероятно, указывая на то, сколь велики силы армии, двигающейся из Константинополя. Как рассказывает Олимпиодор в своей «Истории» (fr. 43.2), «Аспар быстро явился с конницей, и после короткой борьбы Иоанна взяли в плен из-за измены его чиновников и отправили в Аквилею к Плацидии и Валентиниану. Здесь ему в наказание отсекли руку, а затем он был обезглавлен, пробыв узурпатором всего полтора года».

Затем Феодосий отправил Валентиниана в Рим, где 23 октября 425 г. Гелион провозгласил его августом — Валентинианом III — и единственным правителем Запада.

Все происшедшее знаменовало собой новое блистательное подтверждение политического единства двух частей империи. Восточноримский экспедиционный корпус возвратил престол Запада законному отпрыску, и союз был скреплен помолвкой юного Валентиниана III с Лицинией Евдоксией, дочерью Феодосия II. Олимпиодор этим событием заканчивает свой труд — историю крушения и восстановления Запада, достигшую кульминации в момент недавних величайших триумфов{264}. Но оставалась одна проблема. Приход к власти Валентиниана III отнюдь не означал конца нестабильности, а лишь придал ей новую форму. Шестилетний мальчик не мог управлять империей, даже находясь в руках столь способной и опытной матери, как Галла Плацидия. Теперь соревнование шло между западноримскими вельможами и особенно военными за то, кто сможет добиться наибольшего влияния на мальчика-императора.

Его мать стала главной участницей последовавшего затем конфликта. Из фрагментарных известий следует, что она стремилась поддерживать баланс сил, при котором никто из представителей военной или бюрократической элиты не приобретал слишком значительного веса. Главными соперниками в развернувшейся после 425 г. борьбе за власть и влияние стали командующие трех главных армейских группировок Запада: Феликс, Аэций и Бонифаций. В Италии главным человеком был Феликс, чья жена Падузия могла сеять раздор между Гонорием и Плацидией, а сам он занимал пост главнокомандующего полевой армией (magister militum praesentalis). В Галлии Аэций занял место Кастина, который был здесь командующим в правление Иоанна. То, как Аэций уцелел при новом порядке, весьма примечательно. Когда Иоанн столкнулся с ошеломляющей мощью экспедиционной армии Феодосия, он отправил Аэция к гуннам, с которыми тот имел связи со времен своего заложничества, чтобы добыть их поддержку в качестве наемников. Аэций не сумел прибыть вовремя, чтобы спасти своего повелителя, но в конце концов он оказался в пределах Италии с сильным корпусом гуннов — согласно одному источнику, численностью в шестьдесят тысяч человек{265}. Дело было решено. Аэций убедил гуннов за умеренную плату уйти восвояси, в обмен на что новое правительство оставляло его на службе и отправляло в Галлию в качестве командующего. Бонифаций, третий конкурент в борьбе за власть и доверие Плацидии, оставался руководить войсками в Северной Африке.

Какое-то время стратегия Плацидии вполне имела успех. Угрозу всевластия то одного, то другого вельможи удавалось контролировать, пусть и не полностью. Постепенно, однако, ситуация стала ускользать из-под контроля августы. Первым проявил активность Феликс. Обвинив Бонифация в нелояльности, он приказал ему в 427 г. вернуться в Италию. Когда тот отказался, Феликс отправил в Северную Африку войска, но они потерпели поражение. Тогда в дело вмешался Аэций. Имея в своем послужном списке некоторые успехи в борьбе с вестготами в Галлии (426 г.) и франками (428 г.) (к ним мы вернемся в свое время), он почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы выступить против Феликса. То ли его победы вновь снискали ему доверие Плацидии, то ли неудача в борьбе с Бонифацием стоила Феликсу его положения, но в 429 г. Аэций прибыл в Италию и занял пост младшего командующего центральной полевой армией. Источники не позволяют выяснить, что именно произошло потом, но ясно, что в мае 430 г. Аэций приказал арестовать Феликса и его жену за заговор против него. Их казнили в Равенне. Вместо трех соперников теперь стало двое, и вскоре настал звездный час Бонифация.