Читать онлайн «Дверь в стене». Страница 209

Американцы люди упрямые и недоверчивые, а потому они англичанам не поверили и попытались добыть информацию из "независимых источников". Начав "копать" в этом направлении, они тут же наткнулись на якобы исходящие из королевского шатра слухи, согласно которым ибн Сауд и в самом деле англичанам отказал, но отказал потому, что англичане, говоря о базе, преподнесли дело так, что база будет не совместной англо-американской, а английской, после чего ибн Сауд замахал руками и заявил, что никаких английских баз на территории вверенного ему Аллахом государства не будет. "Точка!"

"Но каковы англичане?! Вот же негодяи!"

Американцы люди упрямые и недоверчивые, а потому они вновь открытой истиной насчёт английского негодяйства не удовлетворились и запустили в раскоп крота. И тот рыл, рыл и дорылся до того, что выяснил источник слухов, оказавшихся распускаемыми самими англичанами, которые, как оказалось, никаких переговоров с ибн Саудом не вели и тот ни о каких базах слыхом не слыхивал и вообще ни сном, ни духом.

"Каковы англичане! Вот же негодяи!"

Всё это (и негодяйство в том числе) называется дипломатией. Или, если угодно, межимпериалистическими противоречиями.

А эти противоречия включали в себя такую частность как денежный вопрос. Пиастры, соверены, гинеи и прочие рупии с тугриками. Одним словом - стерлинговая зона. Осторожный ибн Сауд, выслушав заманчивое американское предложение, из зоны стремглав не побежал. И американцы его позицию встретили с пониманием. Ваххабизм же. А это дело, понимаешь ли, такое, обязывает, а потому Америке пришлось думать и за себя, и за ваххабитов.

Выход? Он был найден.

Американцы посчитали, что тонкий восточный вопрос можно решить быстро и толсто.

Помощь Саудии пополам? Пополам. "И хлеба горбушку и ту - пополам!" Англичане "влияют" на Саудию тем, что чеканят ей звонкую монету? Ну вот вам и выход. "Если это могут делать англичане, то почему мы не можем?" И американцы взяли, да и начеканили три миллиона серебряных риалов. США государство большое, государство богатое, оно счёт вело на миллиарды, а тут какие-то три миллиона. "Подумаешь."

Предназначенные ибн Сауду денежки были погружены на транспортник "Джон Барри":

Миссия "Джона Барри" была засекречена. Судно, которое уже несколько раз пересекало Атлантику в составе конвоев в Англию и СССР, находилось в конвое, шедшим Карибским морем, но было отозвано и направлено в Портленд, штат Мэн, где 9000 тонн содержимого его трюмов было перегружено на другой транспорт, а "Джон Барри" получил приказ отправиться в Хобокен, Нью-Джерси. Там он принял на борт драгоценный груз, с команды взяли расписку о неразглашении и "Джон Барри" отправился в Филадельфию, где был включён в состав очередного трансатлантического конвоя. Проводкой занимались американцы и конвой, распугивая немецкие "волчьи стаи", благополучно прошёл Атлантикой, затем Средиземным морем и был доведен до Суэца. Дальше начиналась зона ответственности англичан.

Однако, когда "Джон Барри", пройдя Суэцким каналом, вышел в Красное море, обнаружилось, что по какому-то роковому совпадению его никто не встречает и никто не сопровождает. Что было гораздо хуже, одинокое и беззащитное судно никто не встретил, когда оно прошло Баб-эль-Мандебским проливом и вышло в Индийский Океан. Роковое совпадение, конечно же. Ничего не попишешь.

В ночь на 28 августа 1944 года "Джон Барри" находился в 127 милях к юго-востоку от побережья Омана. Капитану Джозефу Эллервальду было страшно. Судно, совершая противолодочный манёвр, шло зигзагом, превышая максимальную для этого класса судов скорость в 12 узлов, но это ему не помогло. В 22:00 "Джон Барри" был торпедирован немецкой подлодкой U-859. После взрыва он остался на плаву, однако из строя была выведена двигательная установка и Эллервальд отдал приказ команде покинуть обездвиженное судно. Ночь была ясной и немцы наблюдали за происходящим в перископ. Убедившись, что "Джон Барри" не тонет, в 22:30 они выпустили вторую торпеду, взрывом судно разорвало пополам и обе половинки благополучно затонули на трёхкилометровой глубине.

Вместе со всеми риалами.

"Ну что, Франклин Делано, помогли тебе твои миллионы?"

Дадим себе передышку, нефть и геополитика материя скучная, так что попробуем развлечь себя, а чем развлечёшься больше, чем поиском сокровищ. Мы все когда-то понемногу чему-нибудь и как-нибудь, так что приводилось нам не только вполглаза смотреть мультфильм, но даже и читывать запоем "Treasure Island" и каждый из нас, даже если он был не английским мальчиком, а русской девочкой, становился, пусть и на минутку, Jimом Hawkinsом.

А где проныра Джим, там и Длинный Джон Силвер, помните такого? А Капитана Флинта, зелёного попугая, сидевшего на плече пирата Серебряного? А parrot’s cry, куда от него деться?

"Pieces of eight! Pieces of eight!"

Piece of eight это старинная испанская серебряная монета, peso de ocho, номинацией в восемь риалов, в русском переводе pieces of eight превратились в пиастры, ну а мы проделаем обратную операцию, это будет нетрудно, ведь у нас всё сходится, и серебро и риалы.

Начнём мы, чтоб она нам в дальнейшем не мешала, с немецкой подлодки U-859.

Отправив на дно "Джона Барри", командир U-859 Kapitänleutnant Йоханн Йебсен (хорошая фамилия у человека была, лучше, чем у Ибсена) лёг курсом на зюйд-ост, и сделал он так потому, что если была секретная миссия у "Джона Барри", то была миссия не менее секретная и у U-859. Совпадение? Да совпадение, конечно. В этой истории совпадений множество, и если некоторые из них только притворялись совпадениями, то данное совпадение было просто совпадением. Немцы во время войны снабжали японцев множеством вещей разной степени полезности, в том числе и такими остро необходимыми в крестьянском хозяйстве гаджетами как образцы последних моделей немецких самолётов, реактивные двигатели и материалы для японской ядерной программы. Перевозкой занимался главным образом немецкий подводный флот и в нашем случае миссия U-859 состояла в доставке в расположенный в оккупированной японцами Малайе Пенанг 31 тонны ртути. Зачем? Не знаю, будем считать, что японцы захотели измерить температуру китайцам и им понадобилось много-много градусников. (Согласно послевоенным сплетням, кроме ртути на U-859 имелись ещё и какие-то расщепляющиеся материалы.)

1 сентября 1944 года находившаяся в трёхстах милях к северо-востоку от Сокотры (это примерно на полпути между Аравийским полуостровом и Индией) U-859 потопила подвернувшийся под руку английский пароход "Троилус", тащивший в Ливерпуль тяжкий груз в виде кокосового масла, чая и копры, после чего Йебсен решил, что подвигов с него достаточно и, более ни на что не отвлекаясь, направился прямиком в пункт назначения. Отметим одно обстоятельство - он торопился.

U-859 была последней модификацией океанских лодок IX-й серии - IXD2, эти лодки помимо увеличенного водоизмещения отличались очень высокой надводной скоростью - свыше 20 узлов, однако это преимущество было использовано Йебсеном только на последнем отрезке маршрута, когда вверенная ему лодка, презрев опасность, всплыла и шла на максимальной скорости (до этого, особенно во время прохождения U-859 Атлантикой, немцы шли в погружённом состоянии либо под шноркелем сперва 23 часа в сутки, а потом время нахождения на поверхности было вообще сокращено до 15 минут).

Йебсен сбросил скорость только на подходе к Пенангу, ожидая высланный навстречу японский эскорт, который должен был провести его в бухту. Получившие от Йебсена радиограмму японцы уже даже выстроили на пирсе военный оркестр и местных женщин с цветочными венками. Однако ни капитан немецкой подводной лодки, ни японцы не подозревали, что о подходящей к цели U-859 было известно не только им.

23 сентября 1944 года шедшая в надводном положении и находившаяся всего в 23 милях от Пенанга U-859 получила торпеду в бок от поджидавшей её английской подлодки "Тренчант", которой командовал Артур Хезлет:

Сидевшая в засаде "Тренчант" выпустила три торпеды с дистанции 500 метров и одна из торпед угодила прямохонько под рубку U-859. Немецкая подлодка немедленно затонула. Глубина в тех местах небольшая, Йебсену недаром понадобился эскорт для прохождения фарватером и U-859 легла на дно, находившееся всего в 50 метрах от поверхности, и это счастливое обстоятельство позволило спастись двадцати членам экипажа из шестидесяти семи. Заметив в воде оранжевые жилеты, Хезлет отдал команду на вслытие и до того, как на сцене появился японский эсминец, "Тренчант" успела подобрать одиннадцать человек. В числе двадцати спасшихся девятнадцать были рядовыми моряками. Единственным спасшимся офицером был судовой инженер Хорст Клятт, которому незадолго до того исполнился двадцать один год, что, живи он в Америке, давало ему право на беспрепятственную покупку и утоление жажды банкой пива, но бедняге, вокруг которого плескался океан, наверняка было не до этого.