Читать онлайн «О происхождении и деяниях гетов». Страница 63

181 О разных названиях частей "Кавказа" см. прим. 170.

182 Иордан начал писать об амазонках в 49-52.

183 Мелания (Melanis у Иордана вместо Menalippe; у Орозия, - I, 15, 8-9, Melanippe) - амазонка Меналиппа; по греческой мифологии, она была сестрой царицы амазонок Антиопы (Ипполиты). Когда Геракл победил Антиопу, он взял в плен ее сестру Меналиппу.

184 Мифическая царица амазонок Ипполита (Антиопа), плененная Тезеем и родившая от него Ипполита; последнего Еврипид сделал героем своей трагедии "Ипполит".

185 Penthesileia - мифическая царица амазонок, дочь Арея. Она оказала помощь Приаму и погибла в поединке с Ахиллом. Слова Иордана о Пентесилее явно навеяны словами Орозия: "cuius Troiano bello clarissima inter viros documenta virtutis accepimus" (I, 15, 10).

186 "Гетика" - не дошедшее до нас произведение Диона Хризостома по истории гетов. (См. прим. 128 и 129).

187 Орозий (Oros., ?, 16, 2) пишет: "недавно геты, теперь же готы" ("modo autem Getae illi, qui et nunc Gothi"). Иордан (Get., 40), продолжая свою тенденцию, смешанно употребляет названия "готы" и "геты", а в 58 заявляет, что он, опираясь на труд Орозия, доказал: "Getas... Gothos esse" - "геты являются и готами", "геты - то же, что и готы". Интересно, что в схолиях к Горацию, связываемых с именем Геления Акрона (III в. н. э.?), в объяснении к оде 15 из кн. IV относительно стиха 22, в котором сказано, что геты (Getae) не нарушат повеления Цезаря, отмечено: "Getae-Gothi". Таким образом, вызванная известным сочетанием исторических событий тенденция Иордана была подготовлена еще в III в. смешением этнических определений "геты" и "готы". (См. прим. 374.)

188 Телеф (Telefus, Telephus) - сын Геракла и Авги, герой из цикла троянских сказаний, царь Мизии. Сославшись на сочинение Диона Хризостома о гетах, Иордан рассказывает о некоем гетском "короле" Телефе, тенденциозно обращаясь ко временам Троянской войны (см. прим. 156). Правда, вся эта путаница, цель которой - углубление древности истории готов, иногда сбивает с толку самого Иордана: с одной стороны, он делает оговорку относительно "чуждого готскому языку" имени Телефа и сообщает некоторые данные о персонаже греческой мифологии, с другой, - правильно упомянув о Мизии (в Малой Азии), действительно связанной с Телефом, поясняет, что Мизия (Mysia, ?????) очерчена... границами Мезии (Moesia) - римской провинции на Балканском полуострове, на правом берегу Дуная (см. прим. 194). Подменой малоазийской Мизии придунайской Мезией, на почве которой развивается история гетов, притянутых Иорданом в предки готов, он создает вымышленный мост между историей готов (гетов) и мифом о Телефе.

189 Сарматы, или савроматы (Sarmatae, Sauromatae), неоднократно упоминаются Иорданом (Get., 58, 74, 101, 178, 191, 265, 277, 282; Rom., 247, 287). В общем значении это название в раннесредневековых источниках является исключительно собирательным и должно рассматриваться как географическое определение племен, давших имя "Сарматии". Впервые термин "Сарматия" был употреблен Помпонием Мелой (III, 33). Под Сарматией понималась средняя и главным образом южная части Восточно-европейской равнины, до Волги на востоке и включая Карпаты на западе. Число племен в Сарматии, называемых рядом авторов, очень велико, и задача их определения очень сложна как из-за недостаточности сведений о них, так и из-за путаницы в свидетельствах разных писателей. Основными племенами (в некоторых случаях - объединениями племен), выделявшимися на территории Сарматии еще в античности, были: мэоты - к востоку от Мэотиды: аланы (упоминаемые с I в. н. э.) - на север от Кавказского хребта и в степях Северного Кавказа; роксоланы (выступающие в письменных и эпиграфических памятниках I в. н. э.) - между Доном и Днепром с заметным движением на запад; язиги, более других ушедшие от Мэотиды на запад, достигнув Дуная, и особенно четко определившиеся (по-видимому, к середине I в. н. э.) к востоку от Дуная, близ Тиссы. Иордан указывает, что старое название "савроматы" относится к тем племенам, которые в его времена называются "сарматами" ( 265); он, несомненно, не знал о древних савроматах Геродота (Hist., IV, 57, 103, 110, 116-117, 119-122, 128-136) и об их стране "Савроматиде" (?????????? ????, - Ibid., IV, 123), лежавшей только к востоку от Танаиса - Дона (это у Геродота определено очень точно; он говорит, что по ту сторону, т. е. к востоку от Танаиса, нет никакой скифской земли, а сразу же лежит земля савроматов: ?????? ?? ??????? ???????? ?????? ???????, ??? ? ??? ??? ? ??? ?????? ??????????? ????, - Ibid., IV, 21). Хотя Иордан и был знаком с трудами Помпония Мелы и Птолемея, он ничего не сказал ни об "азиатской" и "европейской" Сарматиях (Птолемея), ни об их границах, впрочем, почти совпадающих (кроме дальневосточных) с границами, которыми в его (Иордана) сочинении очерчена Скифия. Только у Аммиана Марцеллина как отголосок давно отодвинувшихся в прошлое сведений звучит упоминание о савроматах (Amm. Marc., XXII, 8, 29): в небольшой экскурс, посвященный описанию Фракии и припонтийских областей (и сделанный по древним источникам), он включил сообщение о савроматах "по ту сторону Танаиса", "растянувшихся в ширину" (шириной обычно называли восточно-западное протяжение). Тут же (Ibid., XXII, 8, 31) рассказал Аммиан о племенах, некогда населявших земли вокруг Мэотийского болота, приводя этнические наименования, которые в его время, конечно, не употреблялись: "яксаматы, мэоты, язиги, роксоланы, аланы, меланхлены, гелоны, агафирсы". Другие сообщения Аммиана Марцеллина касаются более поздних периодов. В годы правления Константина I (307- 337) происходили события, связанные с восстанием ("conjuratio clandestina", "тайный заговор") порабощенной части сарматов против сарматов-господ (Ibid., XVII, 12, 18; Anon. Vales., 32: "servi Sarmatarum adversum omnes dominos rebellarunt"). Вооруженные рабы победили господ ("vicerunt dominos") и изгнали их из своих областей. Констанций II (337-361) вернул изгнанных сарматов обратно за Дунай. Действительно, не только Иордану, но и Аммиану Марцеллину и Орозию сарматы известны как живущие за Дунаем, по соседству с квадами, вместе с которыми сарматы часто опустошали Паннонию. "В те времена (рассказ относится к 365 г.), - пишет Аммиан Марцеллин, - по всему римскому миру будто запели боевые трубы, призывая к войне, и возбужденные ими яростнейшие народы пересекли ближайшие границы: алманны разорили Галлии и Рэции, сарматы с квадами - Паннонии... " (Amm. Marc., XXVI, 4, 5). Хотя области, занимаемые сарматами, и названы "самым лоном варварской земли" ("in ipso barbarici soli sinu hoc est in Sarmatarum regione", - Anon. Vales., 34; те же слова, - Oros., VII, 28, 29), тем не менее сарматы были ближайшими соседями империи на подунайских границах. Такими они даны и у Иордана; поэтому едва ли можно сомневаться в том, что сарматы VI в. это язиги, обитатели степных пространств к востоку от Дуная (в части его северо-южного течения) и берегов Тиссы, которая и являлась рекой позднесарматских земель.

Аммиан Марцеллин (Amm. Marc., XVII, 13, 4) пишет, что извилистый Партиск (Parthiscus - Тисса) протекает по этим землям. Близ его устья непроходимые болота и густые заросли ивняка; таким образом местные жители (accolae, обитатели территории между Дунаем и Тиссой) от натиска римлян, т. е. империи, защищены руслом Данубия, от варварских же набегов ("а barbaricis vero-excursibus") - тем "препятствием", которое представляет сам Партиек ("suo tutos praestat obsta-culo"). Эта Сарматия "смотрит на Вторую Паннонию", что позволяет сарматам-язигам опустошать Валерию (Ibid., XVII, 12, 6).

Широко пользуясь наименованием "сарматы", Иордан только один раз употребил название "язиги" (Get, 74). Здесь он разделил сарматов и язигов; в дальнейшем же, говоря только о сарматах, он имел в виду именно язигов на Тиссе.

Название "сарматы" в значении "язиги" было понятно в V и даже в VI вв. Иордан объясняет (с глаголом в настоящем времени): "Sauromatae vero quos Sarmatas dicimus" (Get., 265). Однако у Прокопия нет названия "сарматы" (равно как и "язиги"); это слово встречается у него лишь в трактате "О постройках" в виде названий крепостей в Гемимонте (Aed., IV, 11), в Иллирике (Ibid., IV, 4). Иордана сарматы интересуют не как противники императора Траяна (Get., 101), а раньше Октавиана Августа (Rom., 241-247), не как участники войн: Маркоманнской - при Марке Аврелии или Сарматской - при Каре (в 282-283 гг.), а как участники битвы с Аттилой в 451 г. на Каталаунских полях (Get, 191), когда они вместе с другими племенами держали сторону Аэция, не столько обороняя Рим от гуннов, сколько борясь с теми из варваров, которые тогда были им враждебны.

Еще более близки Иордану годы молодости восхваляемого им Амала - короля остроготов Теодериха. Его юношеский поход на левый берег Дуная, - Теодериху было тогда 18 лет, следовательно, поход относился примерно к 473 г., - был направлен как раз против сарматов, якобы в защиту интересов империи, так как король (rex) сарматов Бабай незадолго до того разбил войско императорского военачальника Камунда ( 282).

В тот момент сарматы были сильны: в 469 г., предводительствуемые своими королями Бевкой и Бабаем, они принимали участие в кровопролитной битве на реке Болии в Паннонии совместно со свавами, гепидами и ругами против остроготов ( 277-278). Несмотря на победу последних, сарматы уцелели и даже укрепились, так как вскоре начали разорять Средиземную Дакию (Dacia mediterranea). Поход Теодериха в 473 г. из Паннонии на левый берег Дуная закончился гибелью Бабая и полным поражением его войска. Незадолго до того занятый сарматами крупный город Верхней Мезии Сингидун (нын. Белград) был отобран Теодерихом, но не передан империи, а оставлен остроготам как их завоевание. Этот эпизод борьбы на дунайских берегах, в данном случае без участия императорских войск, показывает, что врагами Теодериха и остроготов в Паннонии были сарматы язиги.