Читать онлайн «От Лубянки до Кремля». Страница 119

Была дана пресс-конфереция, на которой присутствовало около полусотни журналистов. Фидель, как всегда, был эмоционален, обвинил организаторов ассамблеи в дискриминации Кубинской делегации были предложены свободные комнаты в отеле Commodore около здания ООН, а также, расположенный в северной части нью-йоркского округа Манхэттен отель THERESA, известный как «Waldorf-Astoria Hotel» в Гарлеме.

Остановились все же на THERESе.

Решалась и политико-пропагандистская задача — быть ближе к простому народу. Как всегда, Фидель не ошибся — народом он был встречен на «ура». Его приветствовали толпы жителей Гарлема. Одни — потому что поддерживали социалистические идеи Кастро, другие — потому что они рассматривали его движение как вызов всевластию белой Америки, третьи — просто из любопытства. Но все это вылилось в грандиозную демонстрацию, продолжавшуюся и днем и ночью все время пребывания Фиделя Кастро в Нью-Йрке. Даже толпы антикастровцев и бесцеремонных фоторепортеров придавали всему этому определенную пикантность.

Президент Дуайт Эйзенхауэр назвал кубинцев «нарушителями спокойствия», которые много хлопот доставили Службам безопасности ООН, Госдепартамента США и нью-йоркской полиции.

В советской мемуарной литературе гостиницу описывают по-разному. О. Трояновский: «Кастро разместился в захудалой гостиничке, в негритянском Гарлеме».

Н. Хрущев. «Потом владелец какой-то гостиницы в Гарлеме разместил делегацию Кубы у себя… Войдя в гостиницу, я тотчас почувствовал, что там кроме негров никто не живет. Бедное старое здание, воздух спертый, тяжелый. Видимо, мебель и постельные принадлежности проветриваются недостаточно, может быть, они не первой или даже не второй свежести…».

Если быть объективным, то это не совсем так. Видимо, сыграло негативную роль место расположения гостиницы. Гарлем далеко не фешенебельный центр города. Он традиционно считается афроамериканским сектором, родиной гангстеров и оплотом развития афроамериканских криминальных группировок. Мне приходилось путешествовать по улицам Гарлема и днем, и вечером, и пешком, и на машине, и я не могу сказать, что получал от этого эстетическое удовольствие или был спокоен.

Но тем не менее многоэтажный отель THERESA, построенный в старых европейских англо-голландских традициях биржевым маклером немецкого происхождения Густавом Зиденбергом, выглядел и выглядит весьма величественно.

Именно за старину и патриархальность он был любим американским артистическим и спортивным бомондом. В списке его постояльцев: Луи Армстронг, Сугэр Рей Робинсон, Лена Хорн, Джозефина Бейкер, Дороти Дэнбридж, Дюк Эллингтон, Дина Уошингтон, Рей Чарльз, Литл Ричард, и Джими Хендрикс и др.

В отеле THERESA дислоцировался штаб организации «Нация ислама» знаменитого борца за права чернокожих Малкольма Икса (Malcolm X), для встречи с которым Фиделю Кастро не пришлось выходить из здания. Любил останавливаться в отеле и боксер Кассиус Клей, который после вступления в организацию М. Икса поменял имя на Мохаммед Али. Как видите, все это — афроамериканцы, но, кстати, и среди кубинской делегации достаточно было темнокожих. Среди белокожих посетителей можно назвать команду Джона Ф. Кеннеди, размещавшуюся там во время выборов 1960 года.

И еще раз Фидель не прогадал, когда «его дискриминация» привлекла в Гарлем советского лидера Н.С. Хрущева. Получив звонок от его помощников, Фидель несколько растерялся, «как-то неудобно, давайте я к вам приеду». Но ушлый советский политик понимал, что эта встреча лучшая реклама для обоих. Буквально через несколько минут, узнав от полиции о намерении советского лидера ехать на встречу с Фиделем Кастро, все вокруг было забито журналистскими машинами. Дорожной полиции огромного труда стоило провести кортеж по забитым улицам Гарлема.

Очень ярко описал этот момент в своих мемуарах генерал КГБ Захаров, отвечавший за обеспечение безопасности визита Хрущева: «Вероятно, нью-йоркская полиция обиделась, что ее заранее не предупредили о поездке в Гарлем, и решила нас за это “проучить”». Когда мы подъехали к гостинице «Тереза», вокруг стояла толпа до 5 тысяч человек и сторонников Кастро и антикастровцев. Шум, крик были невообразимые. Кто кричит: «Виват, Кастро!», кто — «Смерть Кастро!». Копов, детективов там было вполне достаточно, однако вместо того, чтобы навести порядок и образовать коридор для свободного прохода, вся эта полицейская братия сбилась в кучу перед подъездом и перекрыла проход. Более того, когда Никита Сергеевич при помощи нас, сотрудников советской охраны, с трудом прошел в лифт, то, кроме полиции и одного нашего сотрудника, войти туда не мог уже никто. Даже министр иностранных дел Кубы, встречавший Хрущева, остановился в недоумении. Тогда Никита Сергеевич, обращаясь ко мне, сказал: «Николай Степанович, я не к полиции приехал, я к Кастро приехал, выведите их и пустите министра». Пришлось буквально за рукава вытаскивать полицейских, чтобы впустить в лифт министра Кубы. Кроме того, нам с трудом, с применением физической силы, удалось высвободить и пропустить к Кастро зажатых полицией помощника Хрущева B.C. Лебедева, главных редакторов «Правды» и «Известий» П.А. Сатюкова и А.И. Аджубея.

После этого я в резкой форме сделал замечание столпившимся в вестибюле командирам из полиции, что они или сознательно учиняют беспорядок, или не умеют работать».

Хрущев и Кастро встретились в холле гостиницы, обнялись, расцеловались. Хрущев вспоминал: «Я впервые увидел его лично, и он произвел на меня сильное впечатление: человек большого роста с черной бородой, приятное строгое лицо, в котором светилась какая-то доброта. Она просто искрилась на его лице и в глазах. Мы заключили друг друга в объятия (заключили — условное понятие, принимая во внимание мой рост и рост Кастро). Он нагнулся надо мной, как бы прикрыв меня своим телом. Хотя мой объем в ширину несколько больше, все поглощал его рост. К тому же он человек, плотный для своего возраста, показалось, что меня обхватил медведь».

Хрущев и Кастро очень тепло беседовали около часа и договорились о новой встрече, но уже в советской резиденции.

И опять генерал Захаров: «Обращаясь к заместителю начальника полиции Хемфри, я попросил его распоряжения об организации прохода при отъезде советской делегации. Эта просьба была молча проигнорирована — сказывалась обида на те недипломатичные приемы, которые только что применялись к американским полицейским. Служители порядка сознательно умывали руки и тем самым еще более накаляли ситуацию.

Когда Никита Сергеевич спустился вниз, я ему доложил, что обстановка сложная, поэтому придется прорываться через толпу. Сотрудники охраны обступили Хрущева, я попросил Литовченко прикрыть сзади, и мы начали при помощи рук и локтей двигаться к машинам. Время шло на секунды. Возбужденная толпа грозила раздавить нас».

Не меньших трудов кубинской охране пришлось приложить для организации встреч Фиделя с Джавахарлалом Неру и Гамалем Абдель Насером. По уже упоминавшимся причинам без проблем прошла встреча с Малкольмом Иксом.

Фидель и Хрущев не ошиблись. Весь мир облетела информация и о грубости и дискриминации в отношении кубинской делегации, а также о демонстративном посещении Кастро делегациями Советского Союза, Индии, Египта. Газеты и журналы украшали фотографии братских объятий Хрущева и Кастро. Политический эффект был потрясающий.

Кстати, до сих пор хозяева и администрация отеля, говоря о своих знаменитых постояльцах, не забывают упомянуть проживавших там в 1960 году кубинских революционеров.

Обеспечивающие безопасность проживания кубинцев и их встреч с высокопоставленными гостями нью-йоркские полицейские (NYPD Police Station Precinct 88) не обиделись и сегодня также гордятся этой работой. На сайте участка помещена групповая фотография патрульных, работавших с кубинской делегацией.

На следующий день состоялось так долго ожидаемое выступление молодого кубинского лидера с трибуны ООН. Опять рекорд. Он говорил 4 часа 29 минут.

Во время этих визитов Фидель стал «лучше держать удар», он меньше стал нервничать, научился спокойно, прагматично, но не менее от этого эффективно отвечать на враждебные происки политиков и спецслужб. Так, на кубинскую делегацию американцы наложили ограничение в передвижении по Нью-Йорку, якобы в целях обеспечения их безопасности. В ответ на это по его указанию послу США в Гаване было заявлено, что «отныне господин посол имеет право ездить только по одной улице от места жительства до своей резиденции», при этом кубинский чиновник с улыбкой добавил, что это вызвано «заботой правительства Кубы о безопасности его превосходительства».

Новая практика возымела на американцев свое воспитательное воздействие.

Мне самому во время службы в «Девятке» лично не пришлось участвовать в мероприятиях по обеспечению безопасности Фиделя Кастро на территории СССР. Но перед командировками подробно знакомился с отчетами руководителей и сотрудников, работавших с кубинскими делегациями на высшем уровне, много мне рассказывали о работе с Ф. Кастро мои коллеги В.Г. Гладких (Воронеж), В.А. Демеш (Воронеж, Мурманск), С.Я. Голосов (Москва, Гавана) и др.