Читать онлайн «Жизнь и реформы». Страница 199

Состоялась моя встреча с Президентом Индии. Мне предоставили возможность изложить свои взгляды в индийском парламенте. Не желая злоупотреблять терпением радушных хозяев, я заранее осведомился, каким временем могу располагать. Но в ответ услышал: «Никаких ограничений». В результате выступление и последовавшие ответы на вопросы конгрессменов продолжались больше двух часов. Причем впервые выступление иностранного государственного деятеля транслировалось по каналам радио и телевидения на всю Индию.

На месте кремации Махатмы Ганди мы возложили венок и посадили дерево. Затем посетили Дом-музей Джавахарлала Неру и Мемориал Индиры Ганди. Узнали много интересного об этой выдающейся семье и пережили минуты глубокого волнения на месте гибели Индиры. Вечер 26 ноября провели в семейном кругу в резиденции премьер-министра и его супруги. Познакомились с их сыном и дочерью — Рахулом и Приянкой.

Раиса Максимовна провела много времени в беседах с Соней Ганди. Среди многообразных мероприятий ее программы упомяну о встрече с группой индийских женщин. Получился весьма интересный разговор о положении женщин в СССР и Индии. Именно на этой встрече Раиса Максимовна предложила издавать индийско-советский женский журнал. Журнал «Диалог» начал выходить с 1988 года на индийском и русском языках. В Индии он и сейчас выпускается, а у нас, к сожалению, прекратил существование после распада Советского Союза.

Мы с Радживом договорились провести в Советском Союзе и Индии совместный фестиваль, посвященный 70-летию Октябрьской революции и 40-летию независимой Индии. Летом на территории Кремля произошло его официальное открытие. Был праздничный концерт на стадионе в Лужниках, а затем эта красочная манифестация дружбы наших народов прокатилась по всей стране.

Во второй половине ноября 1988 года состоялся мой второй визит в Индию, где я участвовал в закрытии фестиваля. В его заключительных мероприятиях приняли участие большой «десант» деятелей советской культуры, выдающиеся советские спортсмены, многие коллективы художественной самодеятельности. Всюду, где побывали наши посланцы, их встречали с исключительной сердечностью. Итог фестиваля — еще большая близость между людьми двух стран. А ведь это не менее важно, чем соглашения между правительствами. Убежден, что методы «народной дипломатии» будут играть все более серьезную роль в будущей политике.

В беседах с индийскими руководителями на этот раз доминировали проблемы формирования новой международной системы. Р.Ганди выражал беспокойство по поводу создания «центров силы», претендующих на исключительное положение. Мы были едины в том, что СССР и Индия не должны поддаваться искушению «блокового» подхода, не намерены сколачивать замкнутые группировки, нацеленные против кого-либо. Лучший способ противодействия подобным тенденциям — вывод глобальных проблем на уровень ООН, континентальных и региональных организаций. И, разумеется, подтвердили свою приверженность Делийской декларации, провозглашенные ею принципы международной жизни.

Раджив был весьма заинтересован получить из первых рук информацию о событиях в Советском Союзе, задавал много вопросов. Мы стояли тогда на пороге политической реформы, и я подробно рассказывал о предстоящих выборах, новой структуре верховной власти, не скрывая и нашей озабоченности сепаратистскими тенденциями, межнациональными конфликтами. Со своей стороны индийский премьер не скрывал тревоги в связи с возросшей агрессивностью некоторых сикхских лидеров.

Мне врезался в память наш разговор о том, какие методы должны применяться для урегулирования межнациональных и религиозных распрей. Не всегда можно обойтись без применения силы, но при этом надо отдавать себе отчет, что она может лишь отсрочить, отложить взрыв и чаще всего делает его во много раз мощнее. Словом, и здесь ненасилие, хотя и оно не всегда спасает.

Еще один важный аспект присутствовал во время ноябрьского визита — отношения с Китаем. Пожалуй, впервые был поставлен вопрос о том, что назрело время энергичней добиваться улучшения отношений с КНР. А в этой связи — сделать все, чтобы у Китая не было никаких оснований опасаться сближения СССР и Индии. Наша дружба должна служить не противостоянию с Китаем, а, напротив, улучшению отношений обеих стран с ним. И в этом вопросе мы пришли в целом к взаимопониманию с Ганди, что имело благоприятные последствия.

Когда наши отношения с Р.Ганди достигли высокого уровня доверия, мы уже не ограничивались принятием решений, касающихся текущих проблем сотрудничества, а стали думать о большой перспективе. На повестку дня встал поиск новых, более современных, динамичных, взаимопроникающих форм кооперации. Немаловажное значение имел и тот факт, что не увенчались успехом попытки обеспечить модернизацию экономики Индии за счет более широкого привлечения капиталов и новейшей технологии Запада. К тому моменту Ганди, умудренный опытом, понял, что путь, которым вели Индию его дед Д.Неру и мать Индира Ганди, — единственно верный, отвечающий национальным интересам.

Этими размышлениями и планами Раджив поделился со мной в минуты откровения. И мы начали выстраивать, конечно, с участием правительств, научных центров обеих стран планы, нацеленные на перспективу. Договорились заключить широкомасштабное соглашение об экономическом сотрудничестве с акцентом прежде всего на научно-техническую базу, создание совместных предприятий, производственную кооперацию. Речь шла также об активном вовлечении индийского частного бизнеса, установлении его связей с нашими финансовыми и управленческими структурами, налаживании взаимодействия на уровне не только правительств, но и предприятий.

Волнующим событием для меня стало вручение награды, к которой я отношусь с благоговением: премии имени Индиры Ганди. Я принял решение передать ее денежную часть Центру советской культуры и попросил Шеварднадзе огласить это решение. Тогда же он сообщил о принятом совместном решении открыть в Москве Центр индийской культуры.

В ходе наших визитов в Индию мы познакомились со Святославом Рерихом и его женой — известной индийской актрисой Дэвикой Рани-Рерих. У нас с ними сложились потом добрые отношения, мы всячески их поддерживали, воздавая должное заслугам этих наших знаменитых соотечественников, их вкладу в становление дружбы между двумя великими народами.

Вместе со Святославом Николаевичем и Дэвикой занялись созданием музея Рерихов в нашей стране. К сожалению, судьба распорядилась так, что нам не удалось довести это до конца. Но я знаю, что энтузиасты даже в нынешнее труднейшее время делают все, чтобы воплотить эту идею. Российское правительство приняло постановление создать к 1996 году музей Рерихов в Москве. Жаль, что не дожил до этого Святослав Николаевич. Пищу эти строки, а передо мной его портрет с размашисто написанными словами: «Будем всегда стремиться к прекрасному. С.Рерих 15.05.87 г.».

Еще дважды довелось встретиться с Радживом и Соней Ганди. В середине июля 1989 года премьер-министр побывал у нас с кратким рабочим визитом, возвращаясь, как помнится, с традиционной встречи в рамках Британского Содружества Наций.

Вечером в загородной правительственной резиденции был дан обед в их честь. Этот вечер запомнился мне необычной сердечностью общения и доверительностью разговора. Раджив рассказал нам о столкновениях в Шри-Ланке. По всему видно было, как это сильно его беспокоит. На события болезненно реагировало все население Индии.

Делясь впечатлениями о заседаниях Британского Содружества, Раджив говорил, что как в случае с Индией, так и с Советским Союзом, который встал на путь радикальных реформ, многие на Западе допускают упрощенный подход к процессам, анализируют их под одним углом зрения — соответствуют ли происходящие перемены западным представлениям. Его поразил цинизм некоторых западных деятелей, которых устраивал бы сценарий, связанный с ослаблением роли Советского Союза в мировых делах. Что ж, это подкрепляло мои собственные наблюдения, то, что я ощутил еще в 1987-м и особенно в 1988-м и начале 1989 года. Некоторых моих западных партнеров не устраивал растущий авторитет Советского Союза.

Доверительно Ганди поделился информацией, которую он не ставил под сомнение:, сейчас, когда администрация Буша завершает формирование своей внешней политики, там приходят к выводу, что дальнейший рост авторитета политики перестройки и Генерального секретаря ЦК КПСС не отвечают интересам Соединенных Штатов; противодействием этому должна будет заняться специальная группа в аппарате президента.

Таким образом, сведения, которые я получил по другим каналам, неожиданно нашли подтверждение. Это дало основание в разговорах с руководителями западных стран углубить дискуссию о направленности и значении реформ в СССР. В беседу на эту тему я не раз втягивал и представителей американской администрации, в том числе самого президента. Более того, прямо говорил, что мне известны их рассуждения о положении в Советском Союзе и деятельности нашего руководства. Несмотря на известное «смущение» собеседников, старался втолковать им, что реформы в Советском Союзе отвечают не только жизненным интересам советских людей, но и правильно понятым интересам наших зарубежных партнеров, пора бы им освобождать свои головы и политику от идеологических стереотипов «холодной войны».