Читать онлайн «Русская армия и флот в XIX веке». Страница 82

Таблица 64[934]

Состояло Бердана № 2 Горлова и Гунниуса Крнка Карле пехотные драгунские казачьи карабины В войсках 1 524 847 52 716 127 276 16 070 3 024 258 842 40 817 На складах 58 391 19 737 9 832 3 505 12 579 197 214 116 943

Наличие стрелкового оружия в войсках, в запасе на складах на 1 января 1881 г. показано в табл. 64.

По истечении контрактов с арендаторами в 1880 г. Ижевский и Сестрорецкий заводы вновь были переданы на шестилетний срок «коммерческим заготовителям». Производство винтовок образца 1870 г. продолжалось до 1891 г.: для покрытия текущей потребности (40 тыс.), для расширения запаса оружия (100 тыс.), для вооружения переменного состава запасных батальонов (99 тыс.) и, наконец, для второй и третьей очереди ополчения (428 тыс.). Запасные же части продолжали изготовлять на Сестрорецком заводе до 1893 г.[935]

Изготовление на заводах стрелкового оружия образца 1870 г. представлено в табл. 65.

Таблица 65[936]

Год Тульский Сестрорецкий Ижевский Наряд Всего изготовлено пехотные и драгунские пехотные и казачьи пехотные и казачьи по данным заводов по данным всеподданнейших отчетов 1880 147 474 125 000 135 200 410 000 407 474 410 000 1881 149 107 122 500 132 500 405 000 404 107 404 107 1882 85 893 62 500 72 500 220 000 240 893 220 000 1883 65 000 55 000 65 080 170 000 185 080 185 000 1884 60 000 45 000 60 000 165 000 165 000 156 364 1885 42 018 25 500 34 000 93 000 101 018 93 000 1886 37 247 20 000 26 276 83 000 83 523 83 000 1887 27 607 15 000 28 925 68 000 71 532 68 000 1888 25 503 14 000 26 908 65 000 66 411 65 000 1889 19 959 13 000 24 013 56 000 56 972 56 000 1890 15 000 10 000 15 000 40 000 40 000 40 000 1891 – – 20 000 – 20 000 20 000

Перевооружение казнозарядным оружием полевых войск и ополчения первой очереди было завершено к 1884 г. К началу 1885 г. мелкокалиберных винтовок Горлова и Гунниуса и Бердана № 2 в войсках было: 1 856 631, в ополчении — 118 440, на складах — 833 072. Кроме того, оставалось на складах 13 237 ружей образца 1866 г. и 18 344 кавалерийских карабинов[937].

Введение на вооружение казнозарядного оружия дало возможность увеличить дальность огня. Дальнобойное стрелковое оружие и дальнобойная артиллерия вынуждали противника развертываться в боевой порядок, как только его войска попадали в зону поражения огнем. На поле боя войска развертывались в стрелковую цепь, позволяющую вести и огонь и удар. В связи с этим большое значение получило в бою применение к местности и самоокапывание. Резко уменьшились цели для поражения. Поле боя стало пустынным. Перед конструкторами встала задача повышения интенсивности огня и его плотности. Ее можно было решить, лишь перейдя к магазинному оружию.

Оружейный отдел Артиллерийского комитета начал работать в этом направлении еще в ходе русско-турецкой войны 1877–1878 гг. Более интенсивно работа велась в 1883 г., когда при отделе была создана особая Опытовая комиссия генерал-лейтенанта Н. И. Чагина по испытаниям магазинных ружей[938].

Военное министерство, получив в 1887 г. от своих военных наблюдателей (атташе) сведения о начавшемся перевооружении ряда европейских армий магазинными ружьями, поспешило представить план перевооружения русской армии, который был утвержден 18 июля 1888 г. План предусматривал перевооружение войск мелкокалиберными винтовками, перевооружение полевой артиллерии дальнобойными орудиями и замену крепостной артиллерии орудиями крупных калибров[939].

Главное артиллерийское управление преобразовало в октябре 1889 г. комиссию Чагина в комиссию по выработке мелкокалиберного ружья и возложило на нее задачу выработать лучший образец мелкокалиберной винтовки.

Наше Артиллерийское ведомство, докладывал до этого царю военный министр генерал Ванновский, «зорко следило за всеми подобного рода нововведениями (т. е. за переходом к системам уменьшенного калибра. — Л. Б.), постоянно производило над ними разного рода опыты и исследования, стремясь, так сказать, научно не отставать от иностранных армий»[940]. Однако далее продолжать держаться подобной системы было бы уже рискованно, поэтому было принято решение приступить к изменению системы стрелкового вооружения, заменив ее дальнобойной, казнозарядной.

Комиссия Чагина провела испытания многих систем, как русских, так и иностранных. Из русских систем сначала обратила на себя внимание десятизарядная винтовка оружейного мастера Игнатовича с магазином, располагавшимся с левой стороны ствольной коробки, и Квашневского (с подствольным магазином). Кроме того, испытывались винтовки с постоянно-приставным магазином Лутковского, Малкова, Владимирова, Маузера, Гра-Кропачева и других русских и зарубежных изобретателей. Испытания проводились в офицерской стрелковой школе в Ораниенбауме[941].

Более совершенными оказались конструкции с реечно-прикладными магазинами Мосина, Лутковского, Ивенса. Лучшей среди них была винтовка капитана С. М. Мосина. В 1882 г. он переконструировал стрелковую винтовку образца 1870 г., снабдив ее реечно-прикладным магазином на восемь патронов[942]. В последующие годы он усовершенствовал свою конструкцию. В 1885 г. Оружейная комиссия решила изготовить на Тульском заводе тысячу винтовок и отправить их на испытания в войска. После испытаний Мосин внес в 1887 г. некоторые поправки в свою конструкцию и представил три образца. Наконец, в 1889 г. Оружейная комиссия приняла винтовку Мосина.

Французская фирма Ricter предложила Мосину 600 тыс. франков за право использования магазина его конструкции при доработке принятой во Франции системы Гра, но он решительно отказался. Между тем Военное министерство продолжало испытания. Оно остановилось было на французской системе Лебеля, но затем решено было разработать собственную конструкцию. По поручению Оружейной комиссии было изготовлено в 1890 г. три экземпляра пачечного ружья, сходного с системой Лебеля.

Но пока шли искания винтовки с реечным механизмом, возникла идея создания мелкокалиберных винтовок с серединным (внутренним) механизмом. Она нашла свое отражение в винтовках Квашневского и Лутковского, применивших круговые магазины. Лучшей оказалась система полковника Роговцова с серединным вертикальным магазином и подобные ей конструкции, но она не имела устройства для механического удаления стреляных гильз. Только после того как Мосин предложил в 1890 г. более совершенную систему 3-линейной винтовки, которая решала многие конструктивные задачи, вопрос был разрешен. Его винтовка имела магазин с подающим механизмом. В ствольной коробке был установлен отсечка-отражатель для механической подачи из магазина стреляных гильз. Скользящий затвор имел боевую личинку, обеспечивавшую надежное запирание. Винтовка Мосина была на 1½ фунта легче и короче винтовки Бердана № 2[943].

Почти одновременно с Мосиным в комиссию представил свой образец 3,15-линейной винтовки бельгийский фабрикант Леон Наган. Но его система имела ряд конструктивных недостатков, которые бросались в глаза при сравнении с конструкцией Мосина. Главным из них являлось несовершенство подающего механизма, результатом чего было либо заклинивание патронов, либо одновременная подача двух патронов[944]. Еще хуже были системы, принятые в немецкой, австрийской и французской армиях.

Отмечая недостатки иностранных систем, Ванновский писал: «Все упомянутые армии снабжены ныне ружьями далеко не совершенной системы». Русская система была самая дальнобойная и, главное, простая и надежная в обращении. Для кавалерии был разработан особый вариант винтовки Мосина с более коротким стволом и меньшим весом.