Читать онлайн «Русская армия и флот в XIX веке». Страница 117

Комиссия разделила прибалтийский театр на пять районов: Петербургский, Финляндский, Ревельский, Рижско-Моозундский и Либаво-Виндавский — и потребовала усиления оборонительных мероприятий во всех этих районах в связи с обострением отношений с Англией в 1885 г. Военное министерство, кроме решения комиссии, получило также соображения по обороне берегов начальника морского штаба и отдельных членов комиссии.

Испытания бомб-торпед, проведенные в 1886–1887 гг., показали удивительные результаты. Равновесие между обороной и наступлением рухнуло под воздействием новых средств наступления. Военный министр Ванновский докладывал Александру III: «Нарушенное равновесие между атакой и обороной в пользу первой заставило повсюду перейти к расширению и перестроению крепостей». Он сообщил, что Франция ассигновала для этой цели 183 млн. франков, Италия — 34 млн. франков, а Германия — 35 млн. марок[1388].

Особенно большое беспокойство Военного министерства вызывала активная внешняя политика Германии. Она заставила вновь взвесить положение на западных границах. Исходя из сложившейся в Центральной Европе обстановки, Главный штаб (Н. Обручев) составил новый мобилизационный план, развивавший идею активной обороны на западной границе. В 1884–1887 гг. производилось инспектирование состояния инженерных сооружений Привислинского края. Проведенная проверка показала, что крепости первой и второй линий совершенно не отвечают современным требованиям. В связи с этим было принято решение создать на западном театре мощный плацдарм в районе Висла — Нарев, опирающийся на треугольник крепостей: Варшава — Новогеоргиевск — Зегрж; на северо-западном направлении для защиты Петербурга укрепить Ковно и Осовец; на южном направлении — Дубно.

Руководство строительством было возложено на Комиссию по сооружению крепостей. Комиссия внимательно изучила как русский, так и зарубежный опыт крепостной войны. Выводы западных теоретиков были противоречивы. Они искали решения в усилении средств обороны существующих крепостей, способных противостоять огню артиллерии. В связи с этим большое значение придавалось применению брони и бетона. Другие заявляли, что крепости как прикрытие границ окончили свое существование и должны быть преобразованы в цепь укреплений, наглухо запирающих границу.

Отражая эти идеи, военный министр Ванновский писал в 1891 г. царю: «Форты уже теряют свое значение преимущественной артиллерийской позиции и должны будут главным образом служить опорными пунктами для обеспечения отдельных оборонительных позиций»[1389].

Пока на Западе шли споры между отдельными инженерными школами о характере укреплений и способах их атаки и обороны, в России сложилась своя фортификационная школа, возглавляемая военным инженером К. И. Величко. Русская школа разработала систему бетонно-земляных укреплений (в отличие от бетонно-броневых за рубежом). Кроме того, она выдвинула идею создания укрепленных районов. Русская инженерная школа, указывал замечательный русский инженер Ц. А. Кюи, «отличается особенно гармоническим сочетанием живой силы с прикрывающими мертвыми массами; настойчивым отрицанием брони как прикрытия артиллерии, несмотря на ее раннее применение в Кронштадте; стремлением достичь безопасности артиллерии с помощью маскировки и передвижения орудий; стремлением к самому широкому развитию средств обороны на промежутках; превосходной разработкой сообщений для содействия подвижности обороны: энергической огневой защитой доступа к промежуткам из орудий, закрытых от неприятельского поражения, такой организациеи крепостных сооружений, которая бы содействовала развитию активной обороны»[1390]. Все эти положения нашли отражение в работах К. Величко[1391] и П. Клокачева[1392]. Плодом трудов Величко явился проект создания «Русского форта», или «Форта Величко», оказавший большое влияние на практику строительства крепостей в конце XIX — начале ХХ в. Его система сочетала средства ближней и дальней обороны[1393].

Опираясь на мнения специалистов, комиссия по строительству крепостей приступила к осуществлению программы 1882 г., дополненной решениями 1885 г. Комиссия, конечно, должна была учитывать также установки мобилизационного плана 1890 г. (так называемое расписание № 14), который исходил из посылки, что России придется одной вести оборонительную войну с Германией и Австро-Венгрией, военный потенциал которых сильно возрос.

Положение изменилось после заключения в 1892 г. конвенции с Францией. Теперь Россия могла рассчитывать на более благоприятные условия, и в мобилизационном расписании № 17 1897 г. вновь возродилась идея наступательной войны.

В планах 1882–1897 гг. сказывались многие недостатки обороны западной границы: недостаточное количество железных дорог вынуждало держать в мирное время количество войск в Привислинском крае, приближавшееся к штатам военного времени; положение передового (привислинского) театра заставляло эшелонировать войска в глубину и сосредоточивать крупные резервы, ибо только при этом условии было возможно оказать серьезные противодействия противнику, в то же время такое расположение войск облегчало возможность вести наступление на Вену и Берлин, что и определило мероприятия по организации инженерной обороны на всех театрах.

Состояние крепостей к концу XIX в. было таково. Главной' базой северо-западного театра оставался Кронштадт, представлявший в то время достаточно сильную морскую крепость с 660 орудиями. Для усиления Кронштадта были сооружены 3 форта и построены 2 форта на Финском и Ораниенбаумском берегах, а также модернизирована крепостная артиллерия. Из 660 были исключены 354 орудия устаревших образцов и заменены 169 новыми дальнобойными, которые изготовлены вновь или взяты из Выборга, где были разоружены все укрепления приморской стороны. На вооружение поступили 30 10-дм орудий, 54 6-дм, 45 57-мм скорострельных береговых, 24 11-дм мортир и 16 9-дм мортир. Установлены были усиленные боекомплекты для орудий первой линии обороны. Так, для пушек и мортир 10 и 11-дм калибра полагалось 200 снарядов, 9-дм пушек — 250, для 6-дм и 9-фн — 300, для 57-мм — 9 308. Для второй линии оставлен обычный боекомплект. Для 13½-11-дм орудий — 50, 9-дм — 80, 6-дм — 400[1394]. Кроме того, была установлена минная батарея для самодвижущихся мин Уайтхеда и взята на вооружение железнодорожная батарея из шести 6-дм орудий, действующая на 14-километровой крепостной железной дороге[1395]. В целях усиления береговой обороны в Финском заливе сооружено 10 минных станций и 2 форта (Белая лошадь и Красная Горка), обеспечивающих фланкирующий огонь подступов к Кронштадту[1396]. Решено было также несколько усилить укрепления Свеаборга и Ревеля, чтобы исключить возможность высадки десанта для атаки Петербурга с суши.

Серьезное внимание было обращено на укрепление Риги. «Первой задачей по обороне Риги, — делала заключение специальная комиссия, — должно быть поставлено приведение динамических укреплений, запирающих устье Зап. Двины, в боеспособное состояние». В этих целях нужно было соорудить три форта, одно укрепление и четыре батареи, создать укрепленную линию для обороны Риги со стороны суши, вынеся ее на 19–25 верст вперед[1397]. Это давало возможность содержать в Риге боевую эскадру в 40 единиц (3 броненосных батареи, 4 броненосные лодки, 4 монитора, 4 канонерские лодки, 26 миноносцев и судов такого же класса)[1398].

Громадное значение придавалось созданию на Балтийском театре крупной незамерзающей базы. В результате проведенной рекогносцировки и обмена мнениями Морского и Сухопутного ведомств было решено создать базу в Либаве, рассчитанную на 12 броненосцев, 20 крейсеров и 40 миноносцев. Преимущество Либавы состояло в том, что к этому времени она стала головной станцией обширной сети железных дорог первостепенного значения при развертывании войск на западном театре[1399]. Сооружение этого порта было осуществлено с 1890 по 1893 г. Он был назван «Порт Александра III».

К западному театру было обращено главное внимание. Его крепостные сооружения подверглись радикальной перестройке. Комиссия пришла к выводу, что Привислинский край должен иметь современную инженерную оборону, в которую входили бы: система приграничных укреплений, укрепления на линии Вепрж — Средняя Висла — Нарев; центральный укрепленный район (Варшава — Новогеоргиевск — Ивангород) и фланговые крепости Ковно и Осовец, защищающие петербургское направление, а также Зегрж, Брест-Литовск и Дубно; прикрывающие центральное и южное направления[1400]. Варшава стала большой маневренной крепостью с периметром окружности до 48 верст. Ее ядро — Александровская цитадель защищалась двумя линиями фортов (в первой — 9, во второй — 5), кроме того, тремя редутами и двумя батареями.