Читать онлайн «Славяне. Историко-археологическое исследование». Страница 88

24 — Пергамон.

Пальчатые фибулы славянских типов обнаружены также в ряде мест восточных районов Балканского полуострова. Они могут отражать миграции антского населения из разных мест, в том числе и из ареала ипотешти-кындештской культуры.

На Балканском полуострове, вплоть до Фессалии, получили распространение предметы так называемой «мартыновской культуры». Так, в Велестино найдено 15 металлических фигурок (рис. 88), изображающих в гротесковой форме птиц и копытных животных. Ещё 5 фигурок — женские изображения, в том числе есть фронтальные изображения с поднятыми руками, другие держат на руках младенцев. Мужские фигурки — всадник в шлеме с мечом и круглым щитом, фронтальное изображение бородатого воина с боевым топором, фронтальные изображения бородатых людей с диадемами или в орнаментированной одежде. Исследователи давно сопоставили подобные находки с изображениями из Мартыновского клада в Поднепровье и условно отнесли к так называемой «мартыновской культуре». Специально изучивший велестинскую коллекцию Й. Вернер датировал ее VII в. и отнес к единому культурному стилю, который объединяет находки из Велестино и им подобные с антскими пальчатыми фибулами и мартыновскими изображениями. Исследователь допускал, что фигурки имели культовое назначение, что позднее попытался обосновать Н. Чаусидис.[727]

Рис. 88. Находки из Велестино

Поселения славян, расселившихся на Балканском полуострове, изучались во многих местностях. В регионах, примыкающих к нижнему Дунаю, на территории Болгарии селища VI–VII вв. раскапывались около Гарвана, Попина, Дунавца, Среберны, Старого Села, Новы Черны, Вечедрема и других. В Центральной Болгарии наиболее известно селище около Севлиево, в южной — около Любеново, Минерални Бани и Марицы.[728] По своим топографическим особенностям большинство селений идентично севернодунайским. Впрочем, не отличались от них в этом отношении и поселения, основанные на местах проживания аборигенного (фракийского и греческого) населения. Таковы, в частности, селища VI–VII вв. в Любеново, Старой Загоре, Благоевграде и другие.

И письменные, и археологические данные свидетельствуют, что славяне очень часто основывали свои поселения также на месте античных крепостей, разрушенных во время военных походов. Таковыми являются исследованные раскопками, например, селения в Долно Церово и Пернике на Струме.[729]

Жилища-полуземлянки, весьма характерные для славян коренных территорий пражско-корчакской и пеньковской культур, выявлены лишь на немногих поселениях северо-восточной части Балканского полуострова.[730] В остальных регионах славянского расселения господствовали наземные жилища срубной конструкции. В Адриатике и западной части Балканского полуострова славяне нередко использовали жилища автохтонного населения. Славяне, осевшие в Греции, быстро освоили местное домостроительство. Интересные материалы получены при раскопках поселения в Керкыре на северо-западе Пелопоннеса. Его напластования VII в. перекрывали культурные слои античного времени. Славянское селение располагалось в наиболее возвышенной части античного поселка и было довольно большим. Оно состояло из множества двукамерных домов размером около 4 х 5 м. Цоколи их выкладывались из каменных плит, стены сооружались из кирпича, а крыши из черепицы.[731] Материалы расположенного рядом могильника и топонимия микрорегиона дают все основания утверждать, что жителями этого поселения были исключительно славяне или в основном славяне.

Славянские поселения в рассматриваемое время состояли из индивидуальных дворов, представлявших собой небольшие хозяйственные комплексы. Около жилищ обычно находились ямы — хранилища продуктов сельскохозяйственного производства. В некоторых селениях в грунте раскопками открыты «цистерны» с запасами воды. Почти в каждых жилищах встречены различные бытовые предметы: ножи, ножницы, ручки и обручи от деревянных ведер и кадушек, скобы, гвозди и т. п. Каждая семья вела индивидуальное хозяйство, ее земельные участки были выделены в пределах общинных владений.

Исторические источники, археологические материалы и данные топонимики достаточно определенно говорят, что основные массы славянского населения Балканского полуострова и Греции занимались земледелием. Согласно сведениям, содержащимся в труде «Чудеса святого Димитрия», в 70-х гг. VII в. велегезиты, драгувиты, сагудаты и другие славянские жители Фессалии и окрестностей Фессалоники выращивали хлебные культуры и излишки урожая продавали в города.

Материалы археологических раскопок вполне определенно указывают на земледельческий уклад славянских колонистов Балканского полуострова. Это продемонстрировано изучением раннеславянских поселений в Сербии в бассейнах Моравы, Дрина и Тимока, в Македонии в районе с. Дебреште и в Болгарии — при раскопках поселений обнаружено множество находок земледельческих орудий и иных элементов земледельческого быта.[732] На многих поселениях VII–IX вв. встречены железные серпы, косы, наральники, а также каменные жернова. На селищах в бассейнах Струмы и Месты раскопками изучены остатки зернохранилищ, в которых находилось большое количество пшеницы и проса.[733] Весьма часты на поселениях славян пряслица от веретен, указывающие, по всей вероятности, на широкое культивирование льна.

Славяне, расселившиеся в Македонии, Фессалии и Греции, кроме того, занимались огородничеством, садоводством и виноградарством. Об этом имеются данные в названных выше «Чудесах святого Димитрия», а в сочинении Иоанна Камениата «На взятие Фессалоники» говорится, что в округе этого города, где проживали драгувиты и сагудаты, было множество садов и виноградников. При раскопках славянских поселений Македонии, относящихся, правда, к несколько более позднему времени, найдены кривые садовые ножи и ножи для подрезывания винограда.

Интереснейшие результаты были получены Ф. Малингудисом на основе изучения топонимики Греции и лексики современного греческого языка.[734] Проанализированные им материалы показывают, что славяне появились в этом регионе в качестве сложившихся земледельцев. В топонимии и лексике Пелопоннеса, Эпира и западных областей материковой Греции засвидетельствован весь спектр славянской земледельческой терминологии, начиная от обработки пашенных участков (поле, борона, ярмо, мотыга, корчевать, выжигать и др.) и кончая уборкой урожая и молотьбой зерна (серп, коса, ток, гумно, молотьба и др.). К. этому можно добавить и такие славянские лексемы, как жито, пшено, ветряная и водяная мельницы, сад, слива и т. п.

Эти материалы свидетельствуют о развитости земледелия славян до расселения их на Балканском полуострове, об их знакомстве с провинциальноримскими достижениями в области сельского хозяйства. Во вновь освоенные земли Греции славяне принесли новшества, неизвестные здесь прежде. К таковым, в частности, принадлежат водяные мельницы, хорошо известные в провинциальноримских ареалах; бороны, более приспособленные для обработки пахотных полей в равнинных местностях (до этого греки знали иной тип бороны, более пригодный для работы в предгорных и гористых землях); косы, серпы и мотыги, восходящие к орудиям сельскохозяйственного труда провинциальноримских культур.

Значительное место в хозяйстве славянского населения рассматриваемого ареала занимало и животноводство. Согласно материалам, полученным при раскопках поселений на территории Болгарии, около 95 % костных остатков принадлежит домашним животным. При этом на долю крупного рогатого скота приходится 46 % всей остеологической коллекции, 21 % составляют кости свиньи, 18,5 % — костный материал мелкого рогатого скота и около 5 % — кости лошади. Анализ остеологических материалов показывает постепенное возрастание употребления в пищу мяса крупного рогатого скота.[735] Охотились преимущественно на кабана, серну, оленя и тура. Лошадь использовалась и как тягловое животное в сельском хозяйстве, и при транспортировке, и в военном деле. По свидетельствам Прокопия Кесарийского и Феофилакта Симокатты, отряды конницы имелись в славянском войске уже в VI в., и византийцы использовали их в войнах в Италии.

Славяне, осевшие в предгорных местностях, изобиловавших лугами и пастбищами, в большей степени занимались пастушеством. Рыбная ловля у балканских славян имела чисто вспомогательное значение. При раскопках поселений были встречены кости сомов и осетров, рыболовные крючки, каменные и глиняные сетевые грузила.

Имеются основания полагать, что среди славянского населения, колонизовавшего Балканский полуостров и Грецию, была развита дерево- и металлообработка. Плотницкое мастерство славян получило известность в Византии еще тогда, когда они жили к северу от Дуная. Фиофилакт Симокатта сообщает, что аварский каган привлекал славян как умелых мастеров к строительству судов и плотов для переправы через Дунай. Данные, содержащиеся в сочинении «Чудесо святого Димитрия», говорят о наличии у славян большого числа судов и лодок. В 626 г. во время осады Константинополя славяне по повелению аварского кагана должны были переправить из Малой Азии на своих судах целую армию персов. Очевидно, что, достигнув берегов Эгейского и Средиземного морей, славяне смогли переправиться на острова и на побережье Малой Азии на судах, построенных своими мастерами. По описанию Константина Багрянородного, славянские суда имели мачты и паруса. Однодеревки, выдолбленные из крупного бревна и скрепленные при помощи скоб и болтов в сложные конструкции, вмещали до 40 человек.