Читать онлайн «De Aenigmate / О Тайне». Страница 131

Естественно, речь шла не о новой стратегии, а о том, чтобы вывести, наконец, на свет идеи «Круглого стола», Совета по международным отношениям и Бильдербергского клуба и облечь их в такую идеологическую форму, которая была бы приемлема для широких слоёв западного общества. Приоритетное значение приобретала пропаганда «единого человеческого общества», «мира без границ», единого глобального денежного обращения, единого центрального банка, абсолютной свободы движения народов, товаров, идей и услуг. Соответственно, необходимо было поддерживать всё, что давало возможность оправдать необходимость глобализации и одновременно дискредитировать государство в качестве эффективного регулятора хозяйственной и социально-политической жизни. На это стали работать соответствующие мозговые центры, главную роль среди которых играл тесно связанный с Бильдербергами Римский клуб, объединивший представителей мировой политической, финансовой и научной элит.

Предполагается, что реально клуб был создан в 1965 г. в поместье Дэвида Рокфеллера в Белладжио (Италия) во время международной конференции «Условия мирового порядка», в ходе которой обсуждалась роль интеллектуалов в формировании «нового мира». Однако официально он начал свою деятельность в 1968 г. со встречи в Академии Деи Линчеи в Риме (Национальной академии наук Италии), а организатором и инициатором её был глава фирмы «Olivetti», член административного совета компании «Fiat» Аурелио Печчеи, ставший первым президентом клуба. Одной из главных своих задач клуб изначально считал привлечение внимания мировой общественности к глобальным проблемам посредством составления научных докладов, посвящённых вопросам построения «целостной прогрессивной цивилизации». Выделив два блока глобальных проблем — противоречия между обществом и окружающей средой и противоречия внутри общества — «римляне» стремились убедить человечество в том, что современная технологическая цивилизация в силу истощения природных ресурсов и перенаселённости планеты пребывает в критической ситуации и потеряла способность к саморегенерации, и если она рухнет в результате какого-либо катаклизма, то восстановить её будет практически невозможно. Для решения этой глобальной проблемы Римский клуб и разрабатывал соответствующие меры, которые можно было реализовать только усилиями наднациональных структур.

Начальную работу по предложению клуба провёл американский специалист по компьютерному моделированию Дж. Форрестер, пытавшийся доказать в своей работе 1971 г. «Мировая динамика», что продолжение прежних темпов потребления ресурсов приведёт к 2020 г. к всемирной экологической катастрофе. А в 1972 г. группа учёных Массачусетского технологического института во главе с Д. Медоузом написала самую известную из всех работ Римского клуба — доклад «Пределы роста», ставший научным бестселлером в среде интеллектуальной элиты Запада. В нём была описана катастрофическая ситуация, которая ждёт человечество уже в начале XXI в. в силу достижения им демографических и экологических пределов, и выдвигалась задача перехода к планируемому в мировом масштабе развитию по модели «нулевого роста». То есть речь шла о консервации промышленного развития и сокращении численности населения. Тем же мальтузианским виденьем были проникнуты и последующие доклады этой элитной группы, названия которых говорят сами за себя: «Человечество у поворотного пункта», «Пересмотр международного порядка», «За пределами века расточительства», «Цели для человечества» и др.

Своей деятельностью Римский клуб совершил радикальный поворот в контроле над сознанием западного человека, перейдя к обоснованию необходимости глобальной системы управления с помощью «научно обоснованных» положений, не терпящих никаких возражении. Теперь возможность обеспечения благополучной жизни лишь для 1 млрд человек (так называемого «золотого миллиарда») можно было оправдывать объективными условиями развития, рассчитанными с помощью чёткого математического анализа. Хотя в реальности на идеологию Римского клуба решающее влияние оказало оккультно-пантеистическое мировоззрение движения «Нью эйдж» с его культом «глубинной экологии»[667], все эти псевдонаучные концепции скрывали интересы финансовых элит, готовивших переход к новым социальным технологиям, которые позволяют сокращать не представляющее никакой функциональной ценности население стран «третьего мира», держа их в качестве сырьевого придатка и зоны сбросов вредных отходов.

Однако это была теория, а требовалось реальное потрясение, которое внушило бы массам необходимость отказа от прежней модели развития. Таким событием и стало спланированное на встрече Бильдербергского клуба и спровоцированное корпоративными элитами резкое повышение цен на нефть в 1973 г.[668], повлекшее за собой первый за послевоенные годы экономический кризис на Западе, после которого его экономика вошла в период перманентных катаклизмов. Однако этому кризису предшествовало другое, не менее важное событие, которое и можно считать реальным рубежом в политике финансовых элит. Речь идёт об отмене в соответствии с указом Никсона от 1971 г. привязки доллара к золоту, после чего доллар превратился в главное средство международных расчетов и, став печататься в неограниченном количестве, превратился по признанию Никсона в основной экспортный товар США. Печатание мировых денег и скупка на них реальных мировых активов стали главным бизнесом американских финансовых элит, добившихся в итоге снятия ограничений с перемещения денег и капитала. В этом смысле понятна и операция с повышением цен на нефть, в результате которого золотой стандарт был заменён на «нефтяной» (мощный поток нефтедолларов потёк в американские банки).

Экономический и финансовый кризис 1970-х гг. вверг западного человека в состояние психологического шока, которое было использовано корпоративными элитами для начала жёсткой критики неокейнсианства и созданного на его основе «социального государства». В этих целях в 1973 г. формируется еще одна структура теневой власти под контролем Рокфеллеров и под руководством З. Бжезинского — Трёхсторонняя комиссия (ТК), направленная на преодоление разногласий и консолидацию правящих элит трёх регионов (США, Европы и Японии, отношения между которыми тогда ухудшились) в отстаивании и проведении неолиберального курса[669]. Главной тематикой подготавливаемых ТК документов стали глобализация и освобождение элит из-под контроля государства и гражданского общества. Так, в отчёте одной из рабочих групп под названием «К обновлённой международной системе» говорилось: «Общественность и руководство большинства стран продолжают жить в мире понятий, которых больше не существует, — в мире отдельных наций — и им чрезвычайно трудно применить такие понятия, как глобальные перспективы и взаимозависимость. Либеральное представление о том, что существует разделение между экономикой и политикой, является отжившим: вопросы экономики находятся в центре современной политики». В другом документе 1975 г., написанном С.П. Хантингтоном и называвшемся «Кризис демократии: отчёт Трёхсторонней комиссии об управляемой демократии», уже открыто выражалась озабоченность «избытком демократии», перед угрозой которой оказалась правящая элита Америки. Кризис, по Хантингтону, «состоял в том факте, что сотни тысяч обычных американских граждан начали протестовать против политики своего правительства». В докладе указывалось: «Уязвимость демократического правительства в США происходит не из-за внешних угроз, хотя такие угрозы вполне реальны, и не из-за внутренних угроз от левых или правых, хотя такие угрозы также вполне реальны, но из-за внутренней динамики самой демократии в условиях высокообразованного, мобильного и активного общества». В связи с этим, предупреждая, что «эффективное функционирование демократической политической системы обычно требует некоторой меры апатии и равнодушия со стороны некоторых людей и групп», Хантингтон оправдывал применение властью «секретности и обмана», которые он называл «неизбежными атрибутами правительства»[670].

В результате всех вышеуказанных процессов активизировались все структуры, работавшие на реализацию наднационального объединения Европы. Что касается Панъевропейского союза, то после самоубийства Куденхове-Калерги, произошедшего в июле 1972 г., по предложению Жоржа Помпиду президентом организации был избран Отто фон Габсбург, влиятельный член «Круга». К этому времени Панъевропейский союз обладал целой сетью теневых политических организаций по всей Европе, среди которых кроме известного Европейского центра документации и информации были также Европейская академия политических наук, Европейский институт за развитие, Круг наций, переименованный затем в Круг Лоррэна, Общество «Мон Пелерина»[671]. Через Отто Габсбурга как члена «Опус Деи» Панъевропейское движение контролировалось, в свою очередь, со стороны Ватикана, внутри которого именно в эти годы опусдеисты достигли решающего влиянии, добившись избрания в 1978 г. папой своего ставленника Иоанна Павла II. С тех пор Ватикан последовательно поддерживал неолиберальный мировой проект, используя все свои ресурсы и возможности для формирования управленческой элиты нового типа, мыслящей глобальными категориями.